Твои глаза.

      Высокий и худощавый юноша стоял у ничем неприметной могилы. За последний год он прилично потерял в весе, почти завалил сессию и пару раз попадал в больницу с нервными срывами и паническими атаками. Многие скажут стресс, последний курс, давление, но на самом деле на такого, как Розэ это не могло повлиять в полной мере.       Парень стоял, обнимая себя руками. Сегодня выдался до неприличного солнечный день, а кладбище пустовало. Сейчас. Еще пара минут и Розэ уйдёт. Он снова пообещает себе, что пришел сюда в последний раз. Он обещает это себе целый год подряд, навещая могилу пару раз в месяц, а то и чаще. — Ты жуткий эгоист, — присев на колени перед надгробием, говорит Розэ, а его глаза уже наполнены слезами. Капли очерчивают заострившиеся черты лица, тонкий прямой нос краснеет от постоянных потираний. Он громко шмыгает им. Глаза студента на фоне похудевшего лица стали казаться еще больше. Яркий карий цвет стух, они больше не блестели и не переливались желтым на солнце, они стали блекло-болотными и смотрели на мир без особого интереса. — Ты же обещал заставлять меня улыбаться, а теперь я только и делаю, что плачу. Плачу утром, плачу на занятиях, плачу за ужином, плачу во сне. Как ты мог так поступить со мной?       Мальчишка кладёт худую ладонь на плиту надгробия, сжимая холодный мрамор тонкими пальцами, которые казалось могут переломиться даже от такого давления. Он еще пару минут рыдает, утирая слёзы рукавом толстовки, а после наконец встаёт и уходит.        Розэ спиной ощущает чей-то взгляд. Такой тёплый и любящий, и от этого на душе только сильней кошки скребутся, наверное они хотят выбраться наружу, чтобы прекратить страдания парня, наконец лишив его жизни. Но не сегодня, ребят. Не сегодня.       Студент сжимает костлявую ладонь на груди, сминая поглаженную только недавно вещь и торопливо уходит прочь. Он не может здесь больше находится. Воздух пропадает из легких с удивительной лёгкостью, парень почти не вдыхает, лишь бы быстрей покинуть территорию кладбища.

Годом ранее.

— Розэ, милый, ты уверен, что тебе следует быть на похоронах этого человека? — матушка парня была женщиной волнительной, единственное чего она желала в этой жизни, что бы её прелестный мальчик нашел милую невесту и жил тихо, как и она с отцом Розэ, всю жизнь, душа в душу. — Мама, — парень поворачивается. Глаза, уже уставшие плакать, оглядывают женщину, всматриваясь в такие родные глаза. — Матушка, я не могу не идти. — Хорошо, Розэ, — говорит женщина, — хорошо.       Она наконец отпускает его. Розэ спешит.       До похорон еще полно времени, они будут только после обеда. Он хотел последний раз взглянуть на самое дорогое для его сердца лицо, и наконец осознать, что Ианн больше никогда не посмотрит на него своими ослепительно серыми глазами. Больше не будет шутить старческие шутки, готовить по утрам завтраки, и не будет больше его целовать.       До дома, из которого будут выносить гроб, студент доходит быстро, на негнущихся ногах. Он пару раз стучит в дверь, и она под этим напором открывается. Холл особняка пустует. Пройдя немалое расстояние до основной гостиной, студент миллион раз повторяет про себя «Будь сильным.» — и его абсолютно точно настигает провал.       Комната встречает его женщиной средних лет, это бывшая жена его возлюбленного. Клара, так её звали, немного отстраненно смотрит на Розэ, а после трогает за плечо девочку лет семи. Малышка поворачивается, её лицо опухло от постоянных слёз, как и у нашего героя. Она долго смотрит на парня, а после медленно подходит к нему, он приседает перед ней на одно колено и она крепко обнимает его. Розэ обнимает её в ответ.       Оливия была единственным членом семьи Бон, что приняла и полюбила Розэ почти так же сильно, как и сам Ианн. Студент очень любил эту девочку. Как и её отца. — Роз, ты не должен был приходить, — хоть она и была маленькой, понимала, какого будет сегодня парню в кругу ненавидящих и не принимающих его людей, еще и на похоронах любимого человека. — Папа не хотел, что бы ты видел его таким. — Оливия, — у Розэ хватает сил, только произнести имя девчушки. — Оливия Ианн Бон, прекрати это немедленно, — мать девочки наконец показывает свой скверный нрав. Она подходит ближе и протягивает дочери руку, давая понять, чтобы та наконец отлипла от парня. У младшей Бон нет сил сопротивляться матери, она виновато целует Розэ в лоб и покидает гостиную, на её красивом лице вновь появляются слёзы.       Когда Розэ остаётся в комнате один на один с покойным, его пробирает дрожь. Он медленно встаёт, и на всё еще негнущихся ногах подходит ближе к гробу. Там лежит он, такой же красивый, как и всегда.       Ианн был одет с иголочки даже в день собственных похорон. Идеально уложенные волосы с заметной проседью, уложенная борода, костюм тройка, дорогой галстук, и даже парфюм. Всё было как всегда. Казалось еще чуть-чуть и его бледное лицо нальётся кровью, он раскроет свои глаза и с любовью обнимет Розэ. Обнимет так, будто всё это — лишь плохой сон.       Но этого не будет.       Бледная ладонь Розэ ложиться на давно остывшее тело. Он ведёт тонкими пальцами по любимому лицу, а после наклоняется и осторожно касается своими губами губ Ианна. Парня будто током прошибает, слёзы вновь подступают, а ком в горле мешает как следует вздохнуть.       После окончания похоронной церемонии Розэ Фатис остаётся последним. Он долго стоит поодаль, наблюдая как святой отец беседует с братьями Ианна. Ему хочется подойти к надгробию и как следует оплакать наверное самую большую любовь своей жизни, но эти идиоты портят всё, мешая студенту последний раз остаться наедине с любимым. — Почему вы до сих пор здесь? — святой отец подходит к стоящему над могилой почившего главы семейства Бон Розэ и хлопает того по плечу. Юноша даже не вздрагивает. — Уже довольно поздно, вы стоите так больше двух часов. Может мне вызвать скорую или позвонить вашим близким? — Вам некуда звонить, теперь мой близкий — остывшее тело, лежит вот в земле, бесстыдно смотрит на мои страдания, — Розэ говорит это с усмешкой и полными глазами боли. — Не говорите так, юноша, вы не так стары, что бы больше никого не встретить, — святой отец старается звучать не как циник и ханжа, но у него плохо выходит. — Оставьте меня, я буду стоять здесь, пока не смогу смириться, — Фатис сбрасывает руку священника со своего плеча. — Или даже это мне не позволенно? — Что вы, — мужчина отступает. — До свидания.       Розэ оглядывается по сторонам и понимает, уже ночь. Он пробыл здесь так долго, но ноги до сих пор не хотят покидать это место.       Он падает на колени прямо перед надгробием, держится за него обеими руками и начинает рыдать в голос. Он уже не в силах как следует плакать, поэтому рыдания сменяются на тихий скулеж. Розэ похож на раненую и брошенную собаку. Ему уже даже не жалко себя, он презирает своё существование, свою наивность. — Ианн мать твою Бон, — тихо тседит сквозь зубы студент. — Зачем? Если ты всё знал, зачем? Ты. Неужели ты ненавидел меня?

***

      Уже лёжа в кровати парень понимает, что даже футболка, в которой он лежит — принадлежит Ианну. Это давит на студента, он порывается её снять, но руки не поднимаются. Сопротивляясь самому себе Розэ наконец ложиться назад на подушку, тянет одеяло до самых ушей и проваливается в сон под гнётом скопившейся усталости.