Птица сомнительной нравственности

Черт. От внезапной боли Рей вскрикнула. Левую щеку обожгло. Девушка ощутила, как кровь заструилась по коже. — Вон она! Лови! Пульсирующая боль заглушала звуки. Рей с трудом разбирала, что происходит. Понимала лишь, что здесь она не одна. Сражаться? Бежать? Что она должна делать? Она опустилась на одну из крыш, которая меньше всего была охвачена пламенем. Она провела рукой по щеке, которая все еще горела. Ладонь была в крови. Алые пятна расплывались по светло-серой ткани костюма. Здесь нельзя оставаться… Меня найдут!.. Рей бросила беглый взгляд на дверь, ведущую к выходу с крыши: наверняка внутри, как и снаружи, бушевал огонь. А если там еще и более тесно, чем на улицах, то Рей точно не хотела оказаться внутри. Девушка аккуратно подошла к краю крыши, который выходил в узкую подворотню, и посмотрела вниз. Никого. Встав на край, она солдатиком спрыгнула вниз, распушив крылья на последних метрах, используя их вместо парашута. Бесшумно коснувшись земли, она присела на корточки и, добравшись до угла здания, медленно выглянула. Чисто. Плотно прижав крылья, Рей направилась вверх по улице. Она надеялась добраться до края купола, а потом, двигаясь вдоль стены, добраться до выхода с территории пожаров. План прост, однако все могло пойти наперекосяк в любой момент. Горячо. Асфальт, стены, окна… Все было раскалено до предела. Невооруженным глазом она видела дрожание воздуха от раскаленных поверхностей. До края зоны девушка добралась не без потерь. Несколько раз шальное пламя добиралось до крыльев, в итоге пострадали средние маховые перья. Не критично, но неприятно. Также, переходя по тлеющему деревянному мостику, Рей не рассчитала: в какой-то момент ее нога провалилась, а на лодыжке остался заметный ожог. Не спас даже костюм. Вдоль края горящего города Рей шла уже несколько минут. Выхода все также не было заметно. Она хотела выбраться, но не хотела думать о том, что будет дальше. Осознание всех предстоящих трудностей душило подобно удавке. Смогут ли все выжить? Что случилось с остальными?.. А учитель? Справится ли он со столькими врагами?.. Мысли об учителе заставили ее сердце сжаться. Неужели, все это время это был он? Девушка горько усмехнулась. Конечно, герой справится. Должен справится… Рей вновь прокрутила в памяти эпизод с появлением злодеев. Все же, их было слишком много. Но кто она такая, чтобы знать, каковы шансы?.. Ей нужно было выбираться, прежде всего думать о себе. Кажется, так говорил Всемогущий на одном из занятий: «Вы не сможете никому помочь, если пострадаете сами. Не нужно быть эгоистами. Просто будьте внимательнее.» Он был прав. Рей понимала, если сейчас она застрянет здесь, если ее поймают, то кому-то придется спасать ее, тратить свои силы и время, но ни лишних сил, ни времени не было. Счет шел на минуты. Девушка замотала головой, стараясь прогнать пессимистичные мысли прочь. Нельзя. Нельзя сейчас опускать руки. Нужно идти быстрее. Несколько раз, Рей замирала, слыша в отдалении крики и шум. Каждый раз, прячась за раскаленными обломками, она молилась, чтобы крики не принадлежали ее одноклассникам. Каждый раз зажмурившись она ждала, пока шум утихнет. Надеялась, что звуки шагов начнут отдаляться. Она никогда не была религиозной, но, как говорится, в падающем самолете не бывает атеистов. Она знала, что шансов выжить больше, если не пересекаться со злодеями. Но ведь это… Это неправильно. Несмотря на все, каждый раз она невольно задерживала дыхание, чувствуя — враг где-то рядом. Рей не могла даже пошевелиться. Даже если бы она решила сражаться, все тело стало как будто бы неподъемным и неподвластным. Наконец долгожданные ворота. Конечно, враги не оставили их без просмотра. Стоило этого ожидать. На искореженном основании фонарного столба, закинув ногу на ногу сидел мужчина. Он закурил сигарету и продолжил вглядываться в руины горящего города. Тяжело дыша, Рей спряталась за обломком автобусной остановки. Нельзя. Нельзя ему показываться. Нельзя вступать в бой. Оставаться тоже нельзя… Девушка помассировала виски кончиками пальцев. Горло драл дым. Маска больше почти не помогала. Рей напряглась, всеми силами подавляя кашель. Вытянув руку перед собой, она создала в противоположной стороне от себя слабый, чуть осязаемый барьер. Светящийся диск повис в воздухе, Его было достаточно хорошо видно, чтобы привлечь внимание злодея. Как только враг отошел от ворот на достаточное расстояние, Рей, собрав все силы, остатки кислорода и воли, в несколько сильных взмахов вырвалась наружу, параллельно блокируя проход двумя метровыми более крепкими барьерами. Взор на секунду заволокла тьма. Ломая ветки кустов, Рей неуклюже спикировала и кубарем прокатилась по земле. И без того покалеченную лодыжку повторно вновь обожгла острая боль. Черт! Отсутствие завтрака, переутомление и бессонница давали о себе знать в полной мере. Рей понимала: еще пара-тройка таких трюков, и она не боец. Уже сейчас дрожь в коленях доставляла ощутимые неудобства. Но крылья были крепче ног. Рей решила лететь дальше, продолжая держаться края тренировочного центра. Если бой в центре все еще шел, то ей стоило держаться оттуда подальше. Давай, еще одно усилие… Самоуговоры работали с трудом. Опаленные перья местами все еще дымились, источая мерзостную вонь. Сжав руки в кулаки, стиснув зубы, Рей пересобрала растрепавшиеся волосы в тугой пучок и приготовилась к спринту. Пересечь необходимо было примерно треть периметра центра. Девушка закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, надеясь унять бушующие эмоции. Рывок. Поток воздуха ударил в лицо. На лице расплылась невольная, несвойственная случаю улыбка. Она вырвалась, вырвалась из этого пекла, осталось совсем немного. На секунду между деревьев мелькнула центральная площадь. Девушка старалась лететь максимально низко, чтобы издалека ее не было заметно. Но и она в свою очередь имела ограниченную область обзора. Однако, несмотря на это, Рей была уверена в увиденном: бой еще идет. Она облегченно выдохнула. Как минимум, это означало, что учитель жив и все еще сражается. Несколько мощных рывков и резкий подъем. Наконец, она вернулась туда, откуда ее телепортировало. К большому удивлению Рей, здесь осталось всего несколько человек, среди которых чуть живая Тринадцатая, и держащая ее Ашидо. — Рей! Ты в порядке! — голос Ашидо дрожал. Она с трудом подавляла панику. Вместо ответа Рей опустилась на колени и обняла одноклассницу за плечи, давая ей возможность успокоиться. Девушка невольно косилась на учителя. Она не знала, без сознания она или мертва… Такие страшные раны. Вся задняя часть костюма была изодрана в клочья, как будто ее оторвали вместе со спиной. — Все хорошо. Хорошо, — на выдохе тихо прошептала Рей. — Иида убежал за подмогой, — сдерживая слезы проговорила Ашидо. Ее обычно маджентовое лицо было бледным, почти обычного для человека цвета. Рей посмотрела по сторонам. Сэро, Урарака, Шоджи и остальная оставшаяся на ступеньках часть класса, замерев, наблюдала за происходящем на центральной площади. Ужас исказил их лица. В безмолвном крике Урарака прижала ладони ко рту. Без исключения все наблюдавшие за битвой невольно сделали шаг назад. Рей поднялась и, похрамывая подошла к остальным. Чем ближе она подходила, тем лучше видна была картина происходящего, тем сильнее Рей чувствовала, как ноги перестают слушаться, становятся ватными, а колени подгибаются. Она беспомощно осела на пол. Взгляд все еще был прикован к кровавому месиву у фонтана. Ожог на щеке пронзила резкая боль. Невольно девушка зажала рану рукой, боль стала невыносимой. Что это? Слезы? Почему она плачет? Дыхание сбилось из-за кома в горле. Ей хотелось зажмуриться, но что-то внутри шептало: «Смотри…» — Учитель справится,.. — почему-то слова Урараки прозвучали вопросительно. Она не знала, что как и Рей он почти не спал прошедшую ночь. Из-за меня. Во всем виновата я. Все умрут из-за меня… Огромный злодей, один только вид которого вводил в дрожь, кулаками вколачивал что-то в землю. В этом с трудом можно было узнать человека, но иных вариантов быть не могло: это был их классный руководитель. Выдавала его только черная ткань костюма. Рей закрыла рот руками, сдерживая рвотный позыв. Нет. Это все не может быть правдой!.. Мир злодеев. Мир профессионалов… Кого Рей обманывала? Она еще ничего не видела в своей жизни, но уже понимала, что это не ее место. Что может она — беспомощный ребенок, против такой мощи?.. Ее бесполезные печати, посредственная скорость — все это никак не поможет сейчас. От глухого далекого удара девушка вздрогнула. Она готова была поклясться, что слышала, в том числе, хруст костей. Ее пробрала еще одна волна холода. От кончиков перьев до самых пяток разлилось мерзкое чувство отчаяния. На полусогнутых ногах она сделала шаг вперед. Медленный и неуверенный. Я ничего не смогу сделать… Еще шаг. Позади несколько верхних ступеней. Ее никто не остановил. Все прибывали в оцепенении. Моя сила бесполезна. Меня убьют. Ноги вели сами. Иногда Рей оступалась, ее взгляд все еще был прикован к экзекуции на площади. Я ничего не смогу сделать. Ничего не смогу, если буду сидеть здесь!.. Она не знала как и что она делает, но точно знала зачем. Причина была той же самой, что заставила ее жить дальше, заставила перешагнуть через себя, поступить в академию, тренироваться. Но теперь, когда она нашла то, что так давно искала, нашла нужного человека, ей может просто не хватить времени. Она понимала, что сражаться с этим гигантом, состоящим, кажется, только из мышц — самоубийство. Рывок. Ноги с силой почти горизонтально оттолкнулись от ступеней. Воздух под ослабевшими крыльями стал тверже, удерживая Рей в воздухе. Она успеет. Должна успеть отвлечь их на себя. Скорость позволит держать дистанцию. В несколько сильных взмахов Рей преодолела расстояние, отделявшее ее от злодея. Только сейчас она заметила, что помимо птицеподобного, на площади были еще двое: телепортер и незнакомый ей враг, они стояли у кромки воды, отвлеченные чем-то. Учитель… Спасти. Сейчас она хотела спасти его больше всего на свете. Не имела смысла даже сохранность ее собственной жизни. Она жила в долг уже многие годы, но как и любой долг, этот также должен быть уплачен. — Прочь! Она приготовилась к удару ногами. В последнюю секунду, сменив траекторию, Рей создала на своем пути барьер, оттолкнулась от него ногами и отлетела в сторону. Урон она не нанесла, но миссия была выполнена: злодей переключился на нее. Быстрее. Она должна быть быстрее. Если она взлетит выше, он ее не достанет. Так она полагала… Когда от земли ее отделяли несколько десятков метров, она сбавила скорость и бросила быстрый взгляд назад. Она ничего не увидела, но что-то с силой рвануло ее назад к земле, ухватившись за лодыжку. Рей хотела было прошипеть от боли, но не успела. Ударом из легких вышибло воздух. Слезы, казалось, тоже выбило ударом о землю. Рей готова была поклясться, что слышала хруст костей. Адреналин в крови глушил боль, но это не на долго. Металлический привкус во рту пробивал на тошноту. Девушка попробовала встать. Левая нога была сломана. Над Рей нависла огромная тень. Мерзкий холодок пробежал по ее спине, она медленно посмотрела на приближающегося врага. Неужели он настолько быстрый?! Над ней возвышался птицеподобный гигант. Он даже не смотрел на нее, но она всем своим естеством чувствовала, что одного удара его мощной руки хватит, чтобы раздробить оставшиеся целые кости в ее теле. Девушку парализовал страх. В этот раз настоящий, не нагнетенный прошлым, настолько сильный, что Рей не могла даже вскрикнуть. Просто смотрела на злодея, а тот не смотрел на нее. — Эй, что это у нас тут? Ному, — властно проговорил один из злодеев. Птицеголовый одной рукой оторвал Рей от земли, схватившись за сгибы крыльев. Рей тряпичной куклой повисла в мощных руках. Висеть больно. Дергаться еще больнее. Кровь приливала к сломанной ноге, отчего та, казалось, вот-вот взорвется. Рей беспомощно ухватилась руками за запястье злодея над своей головой. — Что это у нас тут? Интересно, появится ли Всемогущий, если один за одним мы начнем убивать его учеников? — злодей задумчиво почесал шею, а затем кивнул. Убивать? Противный хруст. Боль, лишающая сознания. Страх. Все смешалось. Рей хотела закричать, но воздуха не хватало. Она снова рухнула на землю, а ей на голову безжизненно упали ее же крылья, все кости в которых были раздроблены. Девушка все еще могла шевелить ими у спины, но их собственный вес, пронизывающая боль и общая слабость не позволяли большего. Подгребая пальцами землю и не сводя глаз со злодеев, Рей попыталась уползти прочь, помогая себе здоровой ногой. Чудовища. Тот, кого лидер назвал Ному, всего в несколько неспешных шагов догнал Рей. Подняв руки над головой, он сложил их в замок, а потом хищно посмотрел на свою цель. Он же не бить собирается, да?.. За секунду до осознания происходящего, Рей инстинктивно прикрылась руками и подобрала под себя ноги. Удар. Несмотря на наспех сооруженный барьер, ей показалось, что ее спина оставила вмятину в земле. Еще удар. В ушах звенело. Стоило ей пропустить хоть один — она труп. Ному колотил, не переставая. Каждый барьер выдерживал не более одного удара, но при этом тратил огромные ресурсы на создание. Словно сваи забивает… Девушка трижды пожалела, что не спала нормально, что не завтракала, что потратила так много сил, выбираясь из зоны пожаров… Энергии оставалось буквально на один-два барьера, и то крошечных. Бежать! Она должна была бежать, но как?.. Подгадав время, когда Ному заносил кулаки, готовясь к очередному удару, Рей собрала все оставшиеся силы и, оттолкнувшись здоровой ногой, отпрыгнула в сторону, покатилась кубарем, и остановилась, врезавшись во что-то. Кусок правого крыла от лучевой кости и до самых кончиков остался под кулаком у злодея. Досада, обида, злость комом стояли в горле. Слез уже давно не осталось. Адреналин потихоньку выветривался. Боль парализовывала. Позади Рей в лужи собственной крови лежал учитель. Девушка с досадой закусила губу. Отступать некуда. Мгновение и тяжелая рука легла Рей на голову, с силой сжала и подняла в воздух. Девушка едва касалась носочками земли. Еще через секунду ее с силой ударили о землю. Из легких вновь выбило весь воздух. Горло раздирал вырвавшийся хрип. Она была готова поклясться, что целых ребер стало на несколько меньше. Черт... Ее глаза заливала собственная горячая кровь. Рей чувствовала, как она струится по лицу, затылку, плечам, стекая с оторванного крыла. Голова раскалывалась. Сквозь пелену Рей заметила вновь готовящийся удар. — Нет!.. Крик вырвался сам. Рей еле удерживала себя в сознании. Использовать причуду больше не было возможности. Скривившись от боли, она забросила на себя остатки раздробленных крыльев и вскинула руки, защищаясь. Волна от удара молниеносно разошлась от рук по всему телу. Предплечья пылали огнем — сломаны. От боли в глазах потемнело.

***

Распластанная на спине, Рей трудом ощущала собственное тело: все болело, а что не болело, то вообще не чувствовалось. Под ней образовалась ощутимая вмятина в земле. Каждый вздох сопровождал рокочущий хрип сломанных ребер. Ее мысли путались, но она была все еще жива. Рей ощущала, как со лба, мимо носа стекали тонкие струйки крови — голова разбита. — Дура!.. Она дура? Почему это прозвучало так грустно, с таким же хрипом, который сейчас издают ее легкие? Рей приоткрыла глаза. Картинка плыла. Прямо над ней нависал какой-то силует. Она попыталась сесть. — Жить… Надоело?.. Слишком громко… Ее голова раскалывалась. Рей узнала голос: он принадлежал Айзаве. Учитель нависал над ней, опираясь на локти и без того сломанных рук. Рей испуганно посмотрела на учителя. С его лица крупными каплями капала кровь, местами она запеклась в растрепанных волосах. Капли падали ей на лицо, костюм, на волосы. Кости его лица, по всей видимости, также были сломаны. Девушка испуганно смотрела в глаза герою. Он был слишком близко. Их лица разделяли несколько десятков сантиметров. Ее пугало, что при таких ранах он все еще способен двигаться, способен говорить. Она хотела было возразить ему, но на глаза предательски накатили слезы. Почему? Она ведь так хотела помочь, но сделала только хуже… Внезапно мир содрогнулся от нового удара. Девушка замерла, как это делают совсем маленькие дети при возникновении опасности. Казалось, даже ее сердце перестало биться. Лицо Айзавы исказилось от боли, он дрогнул, но не упал. За его спиной Рей отчетливо видела следующий готовящийся удар. Она понимала: ни она, ни учитель не выживут, если все останется как есть. Она чувствовала, как нынешний страх вытесняет все остальные эмоции. Он стал двигателем, каким порой становится решимость. Превознемогая боль, за секунду до удара девушка создала барьер, разделяющий учителя и Ному. Острым гвоздем в висок впилась боль. Пусть барьер и получился слабым, но щит исполнил свою роль: поглотив большую часть урона от удара, он рассыпался. Держать себя в сознании. Не отключаться. Густым облаком эта мысль заполнила сознание. Злодей продолжал заколачивать их в землю. Весь бой длился не больше пары минут, но, казалось, прошла целая вечность. Рей создавала барьер за барьером, стараясь делать их как можно более маленькими, чтобы удар приходился точно по ним. Так она могла не тратить энергию на покрытие лишней площади. Сознание медленно выскальзывало. Удар. Мощный, сильнее, чем прежде. Он с легкостью прошиб хрупкий световой диск и обрушился на спину учителя, а тот — на Рей. Острая боль во всем теле, усилившаяся от давления и удара, огненной волной растеклась по всему телу. Адреналин уже не притуплял ее. Рей не могла пошевелиться, не могла поднять руки. Только чудом она все еще находилась в сознании, но это ничем не помогло бы. Полными отчаяния глазами она наблюдала, как Ному заносит кулаки для очередного удара. Рей зажмурилась, пряча голову. Руки машинально вцепились в пропитанную кровью ткань костюма Айзавы. Он был без сознания. Несколько секунд отделяли их обоих от смерти. Грохот. Удара не последовало. Рей с трудом открыла глаза. Взоры злодеев были обращены к лестнице. — Не бойтесь. Ведь я уже здесь! Все. Теперь Рей могла провалиться во тьму. Ткань чужого костюма все еще была крепко сжата в ее руках.