Птица сомнительной нравственности

— Хочу выше! — Я боюсь, грозный герой нам этого не разрешит, — улыбнулась Рей, через плечо глядя вниз на мерно сидящего под деревом Айзаву. — Давай пока спустимся, а вечером я покатаю тебя еще? Тебя ждет Тогата, помнишь? Получив в качестве ответа утвердительный кивок, девушка расслабила крылья и мягко опустилась на землю. Как и ожидалось, летать Эри понравилось. Причем очень. Кто бы знал, что десятиминутное развлечение затянется на три часа?.. Поводив усталым взглядом Мирио и девочку, Рей с облегчением выдохнула. Основания крыльев ныли, как если бы она сутки напролет носила на них гири килограмм эдак по тридцать. Хорошо все-таки, что они проводят время вместе… Насколько Рей могла судить, это шло на пользу им обоим, и, если для Эри причина более чем очевидна, то для Мирио… После потери причуды ему пришлось взять академический отпуск, и теперь он был в числе тех, кто время от времени присматривал за девочкой. Пусть парень и усиленно скрывал это, но ему приходилось непросто, и Рей как никто другой его понимала: после потери крыльев она ощущала нечто подобное. Но Тогата и Эри… Они, казалось, пусть и по чуть-чуть, но лечат раны друг друга. И на душе теплело от этих мыслей. Они не пропадут. — Устала? — поинтересовался Айзава, когда Рей села рядом, оперевшись о его плечо. — Нет, — сладко зевнув, ответила Рей. — Неубедительно звучит, — улыбнулся мужчина, коротко поцеловав ее в волосы. — Ястреб же не ждет тебя сегодня? Поморщилась. — Не напоминай. — Возникают трудности? — обеспокоенно спросил Шота, откладывая в сторону очередную проверенную тетрадь. — Все хорошо, — соврала. — Просто у него специфичный подход к обучению. Сложно привыкнуть. Да уж, привыкнешь к такому… — Ничего, — мужчина хитро улыбнулся. — Как ты там говорила? Большая грозная птица? Такая-то точно справится. — Эй! — наигранно возмутилась Рей и, развернувшись, обеими руками несильно толкнула героя в плечо. — Ты не дашь мне это забыть, да? Ну, подумаешь, выпила… Подумаешь, на диване танцевала… И? Вместо ответа Айзава лишь усмехнулся и, перехватив ее запястья в момент толчка, потянул Рей за собой на траву. Зажмурилась. Она даже пискнуть не успела. Только прижать крылья к спине, чтобы ненароком ничего не помять и не сломать. И не зря. Да, сначала она оказалась сверху, но уже через миг ее опрокинули на спину. Поморщилась, когда оголенные лопатки коснулись прохладной травы. — Лишь бы ты вынесла из этого урок, — сказал нависший сверху Шота, упираясь руками в ее ладони, раскинутые по обе стороны от ее головы. — А то что? — с вызовом посмотрела в глаза герою, но почему-то неожиданно для самой себя она обеспокоенно сказала. — Выглядишь уставшим. Айзава еще секунду прожигал ее взглядом, а потом грузно выдохнул и нехотя согласился: — Так и есть, — подогнув локти, мужчина опустился и лег рядом, пристроив голову у Рей на ключице. — Не тяжело? — Нет, — коротко ответила она и, рефлекторно поглаживая его по растрепанным волосам, покосилась на проверенную стопку тетрадей А и В класса. — Поспи немного. Она закрыла глаза, заслонив их второй ладонью от пробивающегося сквозь листву солнца, и усмехнулась. Рей и подумать не могла, что когда-нибудь будет не только тренироваться в этом парке, но и вот так отдыхать. Девушка сладко зевнула. Впереди предстояло все больше и больше дел, и, как следствие, все меньше свободного времени. Практика, культурный фестиваль, до которого осталось меньше недели, Эри, за которой глаз да глаз... Это выматывало если не физически, то эмоционально. Все сегодняшнее утро класс А в полном составе проводил одну из последних репетиций перед мероприятием, и все утро на протяжении нескольких часов Рей, не переставая, возводила и сносила лестницу из барьеров. То Ашидо не нравилась ее форма, то высота или количество ступеней, но с ней - главным сценаристом класса, не поспоришь. Зато сейчас можно было наконец расслабиться. Спокойно… — Шота? — тихонько спросила Рей после получаса дремы. Поняв, что ее слышат, она продолжила. — Знаешь, а ведь странно получается. Юридически, мы с Эри сестры, так как ты наш опекун. А на деле… На деле получается черти что… Кожей почувствовала, как мужчина улыбнулся. — Да. Дернулась как ужаленная от запиликавшего телефона, который завалился ей прямо под спину во время всех этих нелепых маневров. Шота почти сразу же понимающе сполз на траву, заложив обе руки себе под голову, а Рей, согнувшись на девяносто градусов и приняв более-менее сидячее положение, судорожно пыталась ответить на входящий вызов. От удивления она чуть не выронила злосчастную трубку опять на траву. Крепче прижав ее к уху, девушка дослушала указания знакомого голоса, боясь даже предположить, откуда у него взялся ее личный номер. Когда же из динамика зазвучали гудки, Рей напряженно выдохнула и посмотрела на Айзаву, который наблюдал за ней на протяжении всего звонка. — Мне нужно в кабинет директора, — обреченно сказала она, поднимаясь на ноги. — С чего это вдруг? — Айзава был удивлен не меньшее ее. — Странный способ вызова. — Наверное, проблема с заменой лицензии… — предположила Рей и улыбнулась на прощание. — Я скоро вернусь.

***

Рей уверенным быстрым шагом вышла из директорского кабинета, но, как только створки дверей захлопнулись за ее спиной, обдав спину и крылья едва ощутимым потоком воздуха, а голоса людей внутри смолкли, она почувствовала, что не может идти дальше. Кое-как на негнущихся ногах она добралась до лестничной клетки. Руки била крупная дрожь, которую Рей уже не в силах была сдержать. Ее шаги эхом разносились по обшитой светлым камнем комнате. Сделав рваный вдох, девушка обессилено сползла на пол. — Дьявол! — выкрикнула, наотмашь ударив локтем стену позади себя. Эхо повторило за ней сгоряча сказанные слова, словно ножом режа по обнаженному сердцу. Опустошение накатило удушливой волной. Утробно зарычав, Рей уткнулась лбом в поджатые колени и впилась пальцами в собственные волосы, сжавшись в комок и желая лишь одного: чтобы весь последний час оказался дурным сном, очередным кошмаром, который закончится с наступлением утра. У вас нет вариантов, мисс Мори… Ей хотелось выть сквозь сжатые зубы, но страх того, что ее услышат, увидят в таком состоянии, брал верх. Либо мы сотрудничаем, либо… Слова мерзкого чинуши до сих пор звучали в голове, как если бы он следовал за ней по пятам из самого кабинета. В какой-то миг что-то лопнуло в душе подобно ржавой струне, и слезы во всю полились из глаз, капая с подбородка на колени и пол. Подняв взгляд к потолку, пытаясь хоть как-то сдержать их, Рей только расплакалась еще сильней. Можете делать все, что считаете нужным… — Сукин сын! — со всей дури ударила кулаком об пол. Ей было плевать даже на хруст тонких костей в кисти руки. Она ненавидела этих людей всей душой. Даже Незу за то, что он не остановил их. О чем они думали, подписывая на это студента?! Ненавижу! Ладони обжигала одичавшая сила, а тонкие нити света потянулись к Рей, спускаясь с потолка от источника света. С громким хлопком он взорвался, погрузив весь лестничный пролет в темноту. С гулким звоном осколки стекла посыпались по ступенькам вниз, исчезая где-то вдалеке. За час ее жизнь, все то, что она так старательно выстраивала, все то доверие людей, превратили в бомбу замедленного действия. Сейчас она успокоится, приведет себя в порядок. Пешком спустится на первый этаж и выйдет во двор, где ее все еще ждет Шота и Эри, которая уже наверняка вернулась. И они ничего от нее не узнают. Советуйся. Проси помощи. В этом нет ничего постыдного… Слова учителя спасительным островком всплыли в сознании, заставив девушку вздрогнуть. — Помоги мне, Шота… — проговорила едва слышно, уткнувшись лицом в колени и захлебываясь слезами. Чертовы эгоисты… Как жаль, что эти слова она могла произнести только в одиночестве. Если она будет отсутствовать еще дольше, есть шанс, что ее пойдут искать. Рей сделала глубокий рваный вдох. На то, чтобы успокоиться у нее ушло некоторое время. Девушка поднялась на ноги, все еще немного всхлипывая и пошатываясь, и расправила крылья, поправляя все то, что помялось в пылу истерики. Ее успокаивала единственная мысль: никто не заставил бы ее сделать то, чего она на самом деле не хотела бы. И она выполнит их просьбу, но не ради них самих, а для себя. И для Шоты. Даже если после этого он на нее смотреть не сможет…