Кому он нужен-то?

Глава 1 *** Я запутался. Кажется, впервые. Я всегда знал, что делаю. Мой мозг - идеальный механизм, он замечательно переносит перегрузки. Я писал много писем, заметок, записок, планов и схем, множество схем. Но дневников - никогда. А сейчас я впервые попробую рассказать о том, как всё пришло к этому. Как я это вижу. Серая моль, называли они меня. Смеялись над моей внешностью, манерами. Теперь кишка тонка, а тогда многие подшучивали. Над тем, что я никакой. Над тем, что я был никто и так откровенно пытался выбиться в люди. Над тем, что подлизывался ко всем, кто хоть на полшага, на полступеньки выше меня. Они не понимали главного. Я отличаюсь от всех них, всегда отличался двумя вещами, даже тремя. Первое. Я умел дружить, умел понравиться и тем, кто выше, и тем, кто ниже. Я никогда не забывал тех, кто мне помог. И не позволял забыть обо мне тем, кому помог сам. Второе. Я никогда не сдаюсь, не сдавался и не сдамся. Пока дышу, меня никто не сможет раздавить. И тот, кто просто попытается, дорого заплатит. И третье. Я не понимаю ценности понятия «правда». Это вымысел, никакой правды не существует. В том смысле, как большинство её понимает. По телевизору сказали, что доходы растут, и значит, это правда. Обожаю телевидение. Так смешно, что все, абсолютно все люди, даже друзья, которыми я окружил себя, в глубине души верят в какую-то эфемерную «правду». Люди считают, будто есть некий высший суд, будто за них кто-то заступится. Об этом выл под пытками Магнитский, об этом скулил Ходорковский. Об этом умоляют тысячи людей в тюрьмах. Они думают, кто-то наверху не знает об их страданиях. Они думали, правда может победить. Что это просто перекосы на местах. Идиоты. Я всё знаю, и я всё это одобрил. И вот это и есть правда. Моль, называли они меня. Не зная, что эта моль может легко сожрать их всех. Все сто пятьдесят миллионов человек, причмокивая. *** Когда это началось? Нет, не так быстро. Сначала я ещё должен сказать про совесть. Это важнейший элемент управления. Гек Финн у Марка Твена говорил: "Если бы у меня была собака, такая назойливая, как совесть, я бы ее отравил". Умный парень, Гек Финн. Это один из главных недостатков - иметь совесть, она портит жизнь. Совесть - это слабость. Она заставляет человека мучиться, будто в мире мало реальных проблем. И как часто я видел в ближайших людях эту слабину! Удивительно, её можно найти даже в Медведеве, даже в Матвиенко. Поэтому они самостоятельно никогда бы не смогли ничего добиться. Совесть - это фикция, придуманная для манипуляций массами, слишком примитивными, чтобы рассуждать рационально. Подмена Бога. Которого тоже, разумеется, не существует. А иначе я бы не хотел с ним встретиться. Что-то подсказывает мне, что небесный высший суд не одобрил бы большинство моих дел. Хорошо, что ничего подобного нет, а есть мой собственный российский Верховный суд, и вот от него не стоит ждать неприятных сюрпризов. Что я ценю в судебной системе - это ее предсказуемость. *** Совесть - это неплохо. Надо только притворяться, что она у тебя тоже есть, и тогда люди готовы оправдать что угодно. Полезная черта нашего глубинного народа, весьма нужный термин. Или вот ещё хорошее понятие - "системная оппозиция". Это мои марионетки на ниточке, абсолютно мёртвые, но оживающие, когда им в зад вставляют руки кукольника, например, перед выборами. Иногда они начинают забавно поквакивать. Мол, они против пенсионной реформы, или Крыма, или ещё чего-нибудь. Будто они забыли, для чего их достают из мешка. Будто они верят, что они живые. Вот кукла Зюганов - фигура, изображающая оплот коммунистов. Ходит в церковь на крёстный ход, между прочим. Вот Жириновский - кукла, изображающая несогласных, кумир всех придурков в стране. Всегда первым голосует, как надо. Вот донная слизь Миронов - везде, даже в названии своей жалкой партии, агитирует за справедливость (ещё один бессмысленный термин, справедливости не существует). Обеими руками за поправки к конституции. А вот ещё ниже донной слизи забился в камни Явлинский. Кукла борца против существующего строя. Десятилетиями героически пытается преодолеть пятипроцентный барьер и содрогается от ужаса при мысли, что же делать, если вдруг ему это однажды удастся. Наша увлекательная фауна. Родной аквариум. Есть и реальные люди, в отличие от этих марионеток на верёвочке. Те, кто много знает, что-то решает, кто крутит большими деньгами. И знаете что? Они все едят у меня с руки. Тимченко, Ротенберг, Якунин, Ковальчук, Чемезов, у меня их полно. Все мои лучшие друзья и все меня обожают, ведь я позволяю им делать то, что они умеют лучше всего - выкачивать бабло. Миллиардами. И они щедро делятся со мной. А потом появляется он, и всё летит к чёрту. Но об этом в следующей главе. ***