Мы встретимся вновь. Я жду

      Уже глубокая ночь. Она смотрит на вход в палатку, лёжа на своей койке под тёплым одеялом. Ноги замёрзли, и Гермиона, закрыв глаза, вспоминает, как её маленькие ступни осторожно протискивались между его обнажённых колен.

***

      — Замёрзла, Грейнджер? — тихо прохрипел он, чуть разводя ноги и накрывая её ледяные пальчики. — Не хочешь забраться повыше?       Она смущённо улыбается, утыкаясь носом в его плечо.       — Я никогда не привыкну, что ты рядом, — нежно прошептала она.       — Не привыкай. У нас слишком мало времени, — Драко трепетно притягивает её к себе, робко касается губами её ушка и шепчет: — Я никогда не привыкну, что ты рядом.       Гермиона поворачивается к нему лицом, и её ступни проскальзывают по его голеням вниз, их ноги сплетаются, и он ласково проводит кончиками пальцев по её спине. Она любуется его губами, белоснежным угловатым контуром лица, подбородком, медленно скользя взглядом к идеально ровному красивому носу, встречает его взгляд, изучающий её лицо.       — Ты невыносимо красивый, Малфой, — шепчет она, осторожно обвивая рукой его шею.       — Не говори мне этого, у меня и так гордыня выше Астрономической башни, — усмехается он.       — Тренируйся сдерживать свою гордыню, — улыбается она. — Я хочу говорить это всё время.       — Значит… больше не считаешь меня жалким? — ухмыляется Драко.       — Ну, перестань! — с сожалением вздыхает она. — Ты же понимаешь, это было давно и…       — Грейнджер!       — Я не считаю тебя жалким, ясно?! — страстно шепчет она. — Ты смелый, это… было так страшно, больно, но я ведь понимаю, почему ты так поступил.       Она бережно накрывает ладонью чёрный череп, зияющий на его левом предплечье.       — Ты ведь этого не сделаешь, правда? — с надеждой выдыхает Гермиона. — Ты можешь этого избежать?       Его губы сладко впиваются в её. Томный стон вырывается из её груди, и она обнимает его крепче, прижимаясь к нему всем телом. Его губы чувственно захватывают её рот снова и снова, плавно скользя к подбородку, шее. Голова кружится, в груди всё сжимается.       Это их последняя ночь.

***

      Гермиона села, сложив ноги по-турецки, стала задумчиво растирать пальцы ног. Гарри дежурит снаружи. Вот уже несколько дней, как Рон ушёл. Но она думает не о нём. Она наклонилась к своей сумке и прошептала:       — Акцио блокнот.       Записная книжка оказалась в руке. Карандаш между страниц. Гермиона запрокинула голову, прислоняясь спиной к стенке палатки.       — Как же я устала без тебя… — беззвучно шепчет она.       Тепло окутывает сердце. Она видит его дрожащие в темноте ресницы, его улыбку.       «Я буду ждать тебя, ведь ты всё равно когда-нибудь вернёшься», — прошептала Гермиона.       «Я всегда буду с тобой, пока ты помнишь…» — еле слышно произнёс Драко.       Она устало улыбается, снова бросает взгляд на вход в палатку. Вряд ли Гарри вернётся в ближайшее время. Гермиона открывает чистую страничку. «Люмос», — и карандаш бегло выписывает мелкие буковки.       Я с тобой, мой любимый, единственный.       Ты окутан кромешною тьмой.       Но огонь мой горячий, немыслимый       Всегда близко, он рядом с тобой.       Моё сердце стучит далеко,       И душа грезит лишь о тебе.       Я приду, снова будет легко,       Как тогда, в золотистой луне.       Только ты сохрани свою душу,       Ты дождись, и мы будем свободны.       С кораблей мы вернёмся на сушу.       И пойдём, куда будет угодно.       Твои руки и нежные взгляды       Так давно в моё сердце вплелись…       Она знает, что может произойти всё. Гермионе так хотелось написать о его чудесных светлых прядях, глубоких серебристых озёрах глаз, белоснежной коже — прохладной и гладкой, как шёлк. Но эта книжка… она ведь может попасть в руки врага. Егеря рыщут повсюду. Гермиона зажмурилась, стиснула губы и захлопнула блокнот. Она не может его подставить. Драко слишком необычный, слишком запоминающийся, слишком идеальный. Нельзя оставлять его описание здесь. Ни в коем случае!       Гермиона перечитала написанные строки. Улыбнулась. Они кажутся смешными и такими нелепыми. Что на неё нашло? Она никогда прежде не писала стихов. Сердце защемило. Как же хочется его увидеть, хоть на мгновение!       Блокнот отправился в сумку на долгие недели.

***

      Удар в спину. Она почти падает, но сзади её подхватывают грубые руки.       — Не смейте! — выкрикивает Рон. — Как вы можете так обращаться с девушкой!       — Заткнись, щенок! — Уизли получает удар в лицо.       Гарри не может говорить, только дёрнуться в руках врага, всё лицо распухло, он с трудом дышит. Гермиона в ужасе осматривается в большом мрачном зале.       Дверь открывается. Она не верит своим глазам. Ожидание было слишком долгим, слишком мучительным. Гермиона видит его. Закрывает глаза, чтобы не показать, ничем не выдать своего счастья. Неужели она видит его последний раз…       Его губы дрожат, грудь тяжело вздымается. Драко сжимает кулаки, и его глаза наполняются слезами.