Дарованные тьмой

      Вечеринка бушевала и пребывала в той замечательной стадии, когда взрослых серьезных людей не отличить от студенческого разгула. Может, только развлечения стоили дороже.       Мартин застыл на пороге, приподняв брови. Он подозревал, что «отпразднуем контракт» именно этим и закончится, но не ожидал, что всё произойдет так… быстро. Музыка билась, цветные блики вертелись, выхватывая людей, которые еще пару часов назад представали сотрудниками серьезной компании.       Сейчас начальство разрешило веселиться, и никто не собирался упускать возможность.       Мартин склонил голову, рассматривая девушку в коротком платье, которая уселась верхом на мужчину и передавала изо рта в рот оливку от коктейля. Кажется, какая-то секретарша и начальник отдела логистики.       — Ма-а-ар-тин! Я уж думал, ты не придешь. Где носило?       На самом деле Джеффри не требовался ответ. Он выскочил откуда-то со стороны и повис на плече друга, то ли обнимая, то ли уже не особо держась на ногах. Днем он сыпал юридическими терминами и был одним из тех, кто знал текст контракта наизусть. Сейчас успел скинуть пиджак, растрепать идеальную прическу и расстегнуть верхние пуговицы рубашки. Жилетку, которой он очень гордился, вполне мог где-то потерять.       Мартин с легкой улыбкой поправил темные очки друга, которые тоже сдвинулись:       — Ты же не хочешь, чтобы все видели твои глазки?       — Да насрать, — хмыкнул Джефф и затянулся сигаретой, которую сжимал в руке. — Всем известно, что я природник.       — Может, из-за того, что устроил дождь прямо в офисе, когда Мелани тебя бросила.       — Вот ведь стерва, а?       Мелани работала здесь же, но она-то была аккуратнее и темные очки не снимала никогда. Как и большинство присутствующих. Даже та самая секретарша, которая сейчас в буквальном смысле раздевала начальника логистики, в постели наверняка не снимет очки — не зря они у нее модные, плотно опоясывающие голову. А он в линзах, меняющих цвет радужки, пусть в них и видит гораздо хуже. Может, это сыграло на руку секретарше.       По цвету глаз можно определить, какой магией владеет человек. А по интенсивности цвета — его силу.       Мартин видел глаза Джеффа, насыщенные каре-зеленые. Сильный природник, хотя его не особенно заботила магия, он предпочитал юриспруденцию.       — Попробуй, — Джефф сунул к лицу Мартину сигарету.       — Это табак?       — Конечно.       Мартин хотел отказаться. Он задержался из-за того, что оставались детали с контрактом, и он хотел удостовериться, что всё в порядке. В конце концов, это его первый собственный проект такого уровня, он не хотел облажаться.       Но в конце концов, какого черта? Он справился. Можно отдохнуть.       Мартин крепко затянулся, и едва не закашлялся. Курил он редко.       — Какая мерзость, — выдохнул он.       — Ты ни черта не понимаешь в сигаретах, — добродушно заявил Джефф. — Выпьешь со мной?       — Тебе не хватит? Домой не повезу.       — Попрошу шофера твоего отца, — хохотнул Джефф.       Отец всегда сдержанно выражал эмоции, но Джефф ему явно нравился. Пусть он порой вел себя как неуравновешенный подросток, зато в работе оставался первоклассным специалистом. Как-то отец сказал, что таким как Джефф необходимо сбрасывать напряжение и не быть вечно в работе, иначе и с ума сойти можно.       Он тогда многозначительно посмотрел на Мартина, но тот предпочел сделать вид, что не понимает, о чем говорит отец. В конце концов, он-то лучше многих знал, что срыв Мартина и клиника были связаны вовсе не с напряжением.       Пусть Мартин и предпочитал всегда оставаться собранным.       Он позволил Джеффу увлечь себя в сторону от музыки и импровизированного танцпола. Напитки разливал приглашенный бармен со смуглой кожей, так что на его лице терялись даже темные очки.       Сам Мартин предпочитал строгий, но лаконичный стиль. Он искренне ненавидел пиджаки, выбирая черные водолазки, зато носил их и на деловые встречи, и вот на такие вечеринки. Очки тоже казались обычными — небольшие и стильные, они контрастировали с бледной кожей и светлыми волосами. Мартин знал, что не похож на серьезного бизнесмена, но его устраивало.       Те, кто разбирался, могли узнать и титан, и тонкую серебристую платину в дужках очков. А если приглядеться, она чуть мерцала. Зачаровать такое количество дорогущего металла мог только очень опытный артефактолог. А носить — лишь состоятельный человек.       К тому же, очки фиксировались хитрым механизмом, который в свое время тоже стоил немало.       Очки выдавали в Мартине его положение. Хотя мало кто знал, что зачаровывал их сам отец.       Мартин успел выпить две текилы и выслушать бесконечный трёп друга, когда Джефф наконец-то поднял стопку и ткнул друга локтем в бок:       — За наследника нашей империи, у которого выгорело дело.       Мартин терпеть не мог, как его называли. Он знал, что это делают за спиной, и только Джефф осмеливался в лицо. Да, пусть он сын главы компании, но работает собственными мозгами. Быть сыном своего отца означало только то, что спрашивают больше, а плата за ошибку существенно выше.       На друга Мартина не злился. Поднял текилу за контракт:       — Что ж, пусть наши линзы шагают дальше.       — Хотя название у них могло быть менее пафосным, — подмигнул Джефф.       Мартин смутился. Мало кто знал, но, когда разрабатывали новый вид линз, отец долго не утверждал ни одно из названий. Мартину тогда было лет пятнадцать, он фанател от Бэтмена и заявил, что лучшее название для линз — «дарованные тьмой». Он не думал, что отец именно его и утвердит.       И уж точно не знал, что именно эти линзы произведут революцию: они почти не искажали цвета окружающего мира, не делали его темнее, зато надежно скрывали радужку.       Теперь глаза, скрытые тонким стеклом, так и называли, дарованными тьмой.       — Твои очки слишком круты даже для тебя, — усмехнулся Джефф, неловко ткнув. Он сам фанател от стимпанка, так что его собственные больше напоминали гогглы — Зачарованы… от воздействия?       Мартин кивнул:       — Никто не может повлиять на меня магией.       — Умно. У меня тоже есть такой талисман, но куда меньше и слабее. Ты должен дать контакты своего артефактолога.       — Он не работает на заказ. Только по знакомству и для личных целей.       — Жалко! Хорошие специалисты нынче в цене. Дороже артефактологов только иллюзионисты.       Мартину стало очень погано. То ли из-за выпитой текилы, то ли из-за напоминания об иллюзионистах. Мастера насылать видения, искажать восприятие и сознание. Их боялись, им платили огромные деньги — только они могли мягко и ненавязчиво излечить во сне от травм, успокоить даже в безнадежных случаях. Конечно, повлиять на чужое сознание, поэтому при важных встречах и переговорах с обеих сторон всегда присутствовало по иллюзионисту.       Когда в детстве Мартин плохо спал, мать насылала удивительные и чудесные грёзы. Не слишком часто, конечно, чтобы он на них не подсел. Ее удивительные серебристые глаза всегда казались такими добрыми и будто мерцали, отражая видения, которые она насылала.       Пока не сошла с ума.       Запуталась в собственных видениях. Такое иногда случается, когда иллюзионист слишком увлекается. Она потерялась в собственной голове, а потом умерла — как отец ни пытался, не смог уследить, и однажды она шагнула под поезд, вряд ли понимая, что это он.       Джефф начал о чем-то беседовать с барменом, и Мартин прислушался к разговору. Что-то не так. Он не мог сосредоточиться на словах, зато ему казалось, он слышит, как бьется сердце Джеффа. Так громко, что заглушает и голоса, и даже музыку. А голова друга внезапно начала удлиняться вверх, становится неестественной.       Тот ничего не замечал. Бармен, кажется, тоже. Они продолжали беседовать. Даже когда за спиной мужчины затрепетали кожистые крылья.       Тяжело дыша, Мартин вцепился в барную стойку. Он чувствовал, как по спине катится пот, но боялся поднять глаза и увидеть что-то еще. Не будь на нем зачарованных очков, он бы решил, на него воздействуют. Но настолько сильным не мог быть ни один иллюзионист, даже не будь у Мартина артефакта.       По стойке поползли тараканы, и Мартин отдернул руку. Он мог поклясться, что насекомые настоящие! Их становилось больше, они бежали к нему… исчезали без следа.       Мартину показалось, кто-то обнимает его сзади, но, опустив голову, он не увидел ничьих рук. А резко обернувшись, обнаружил только пустоту. Ощущение никуда не исчезло.       — Мартин? — в голосе Джеффа зазвучала обеспокоенность. — Ты в порядке?       — Нет. Да. Нужно освежиться.       Он побрел в туалет, едва не сбив с ног какую-то девицу: Мартину показалось, ее грудная клетка разверзлась, и из нее вываливаются органы. Девушка поправила очки и выругалась.       В туалете царил мутный свет, а холодная вода немного привела в чувство, но Мартин всё равно ощущал эту муть в голове.       С ним такое случалось только раз в жизни. После смерти матери он тоже чуть не потерялся в видениях, упустил контроль, так что отец отвез его в клинику, где знали, что с этим делать. Благо, когда подобное происходило от стресса, а не как у матери, постепенно, это легко лечилось.       Но сейчас стресса не было. Не настолько.       Мартину показалось, его ноги лишились костей. Он упал на пол, тяжело дыша привалился к ванной. В этот момент в дверь застучали — это вообще реальный звук? Черная дыра над косяком точно настоящей не была.       — Эй, эй, Мартин, что с тобой?       Дверь стояла распахнутой, а перед ним на коленях сидел обеспокоенный Джефф. Он лихо вздернул очки на макушку, как будто без них лучше видел.       — Что ты мне дал? — голос Мартина звучал хрипло.       — Что? В смысле? Ты текилу пил…       — Нет. Что ты мне дал?       Это было единственное разумное объяснение. Лицо Джеффа изменилось:       — Точно, в той сигарете была какая-то легкая наркота… но ты сделал одну затяжку.       Мартин шлепнул по дужке очков, ослабляя зажим. Он никогда не показывал глаза, другу в том числе. Лицо Джеффа изменилось, когда он увидел серебристую радужку иллюзиониста.       — О черт, Мартин… я не знал. Извини!       Всем известно, что иллюзионистам нельзя принимать ничего, что меняет сознание. Иначе в голове у них образуется каша и такие вот галлюцинации.       — Мартин, что мне сделать? Тебе нужно в больницу?       — Нет. Домой. Помоги мне добраться до дома.       Мартин зажмурился. С иллюзорными ощущениями он еще справится, но образы слишком путали. Он почувствовал, как Джефф вернул его очки на место — это явно было реальным. А потом подхватил и повел из ванной.       — Ну, точно воспользуемся машиной твоего отца.