Глава 10 — Дуэльная комната
23 мая 2021 г., 12:01
Гарри
Во что только может превратить одно действие, спустя два месяца холодной войны. Даже мысли не возникало, о каких бы то ни было последствиях, когда я применил Protego Horribilis. Вдруг такое внимание... я был ошеломлен, назовем это так:
— Ой-ой, все расходимся, наш герой засмущался... — ляпнул напоследок Флинт, отчего я, наверное, был красный уже от макушки до плеч. Это стало понятно, когда я мимолетом послушал мысли Блейза и Драко.
Этой ночью думал, не усну после произошедших событий. Этот Хэллоуин я, наверное, запомню надолго. И снова думал, что будут спокойные деньки. Я-то думал, а вот другие нет. Даже те слизеринцы, которые меня не приняли изначально стали довольно приветливы. После занятий многие дружно отправились в дуэльную комнату. Она находилась здесь же в подземельях через пару коридоров от гостиной Слизерин. Это был достаточно большой зал, посередине были две змеиные головы. То ли я ку-ку, то ли эти головы «живые». Глядя на них у меня появилось острое желание что-нибудь «прошипеть». Пришлось, сдержать сей порыв и больше не смотреть в «глаза» этих «змей». По крайней мере, стараться. Уборка здесь не помешала. Воздух в помещении стоял затхлый. Сколько же эту комнату не открывали? Так что в первую же очередь спустя столько времени эта комната «услышала» Tergeo и Excuro. Свободное время, часто далеко не свободное. Даже перед праздниками учителя заваливают домашними заданиями. В конце концов, открыть дуэльную комнату по назначению удалось только спустя две недели. Причем еще две недели использовалась исключительно старшими курсами. Чуть позже, с середины ноября, были допущены и остальные.
— Итак... — начала Джемма, когда уже можно было с позволения декана начинать спарринги. Резко продолжил Флинт:
— Кто хочет выступить против Поттера? — последовал «лес» рук.
— Что сразу Поттер? Может, я хочу утереть нос Паркинсон, — высказалась неизвестная слизеринка.
— Отлично, первая пара есть. Не забываем у нас соревнование, а не смертоносная дуэль. Если хоть услышу, к примеру, слово Bombarda, — угрожающе произнес Флинт, — вылетите отсюда со свистом...
Немного было даже жаль, что, как я позже узнал Дафна Гринграсс, что-то не поделила с Панси. Я был готов к тому, что кто-то захочет попробовать свои силы против меня. Почти на все сто процентов я был уверен, как минимум Теодор захочет одолеть меня. Это читалось в его глазах уже несколько дней как. Кто знает, что взбрело в эту голову. Во всяком случае, просто так направить в меня заклятье он не мог. Что бы ни говорили о нашем Доме, профессор Снейп держит нас в ежовых рукавицах. Не дай Салазар, случись дуэль посреди коридоров Хогвартс — нас будет ждать чуть ли не отчисление. Дафна не то чтобы вспыльчива, но невиннее всех нас вместе взятых на первом курсе. Она очень эмоциональна. Ее можно понять. Были те из чистокровных, кто не пошел за Марволо по ряду причин. Соответственно были и те, кто считал их трусами. Уж не знаю, что там девочки не поделили, но Дафна держалась столь же воинственно, сколько и не умело пользовалась заклинаниями. Так что та убежала довольно скоро, едва схлопотала жалящий сглаз. Когда я попытался, что-то выяснить:
— Извини, Гарри, это наши «девчачьи дела».
Девчачьи, так девчачьи. Я решил выйти на наш магический ринг. Некоторые из старшекурсников одобряюще загалдели. Как мог, старался держать лицо кирпичом. Как я и ожидал, вызвался Нотт, спустя минуты «вечности». Не скрывая своего презрения. Интересно, чем же оно вызвано?
— Итак, Теодор Нотт и Гарри Поттер, — провозгласил Эдриан Пьюси, с легкой руки старост ответственный за проведение дуэлей.
Конечно, еще по паре студентов стояли неподалеку с каждой стороны. Нужно было контролировать не только дуэлянтов, но и чтобы их заклинания ненароком не навредили зрителям. Собственно сама арена была в низине, а места, откуда можно было смотреть за «представлением» находились выше. Напоминала амфитеатр или, наверное, скорее Колизей в миниатюре. Они были огорожены перегородкой, плюс защищены комплексом чар и рунами. Несмотря на это, невольное заклинание могло случайно попасть кому-нибудь, допустим, по голове. Сами чары были немного несовершенны. Или артефакты давно не обслуживались должным образом. Чтобы они защищали подобно Protego Horribilis, необходимо было активировать кристаллы. За ними как раз старшекурсники и следили.
Мы поклонились, как требовали правила и:
— Aqua Eructo! — Тео обрушил на меня сильную струю воды, это вам не Aquamenty.
— Protego duo! — сфера затрещала от столкновения с водой, которая стекала вниз арены.
— Неожиданно, — прокомментировал Эдриан.
— Flippendo! — Я смог уклониться от этого, едва почувствовав толчок в плечо.
— Lumos Solem! — Тео закрыл глаза, — Petrificus totalus! — уловка не удалась, он увернулся выкрикивая:
— Serpensortia! — змея шлепнулась перед моими ногами. Ошарашенно огляделась и увидела меня, все затаили дыхание, самые впечатлительные закрыли свой вырвавшийся крик рукой:
— Говоряс-щий! — радостно прошипела змея, дергая кончиком хвоста:
— Ты? — прошипел удивленно я в ответ, чем ввел в ступор присутствующих. Казалось бы, тот «питон» и эта змея, но каким-то чутьем я его узнал.
— Не может быть, — первым подал слабый голосок Нотт.
Только тогда я пришел в себя и осознал... Драко тоже был в процессе вернуть разум в ум. Ни он, ни я не могли предположить возможность такого простого поворота событий. Вся тайна раскрылась, не успев ею толком побывать.
— Идем за мной... — глубоко вздохнув, я позвал питона за собой.
Тот спокойно пополз рядом. Все посторонились и не препятствовали мне. Некоторые немного взвизгивали и приходили в себя, когда питон начинал на них шипеть. Так услышав, как рядом взвизгнула Панси, Драко поспешил следом за нами. И не он один. В коридоре был слышен «громкий» шепот. Что всячески пытались пресекать старшекурсники. В дуэльной комнате, конечно же, были далеко не все. В обычные дни в гостиной, да и в коридоре между комнатами довольно тихо. Сейчас сенсация, которая всполошила самый тихий на первый взгляд Дом. Везде шли разговоры. Я ушел к себе в комнату и не выходил.
— Поч-шему у тебя такой вид, говоряс-щий? — заполз питон мне на кровать.
— Какой?
— Озабоч-шеный.
— То, что я говорю со змеями, держу в секрете... а теперь... — я лег на бок, положив голову на плечо.
— Это так плохо?
— И да... и нет...
— Объяс-сни... — от просьбы питона я шумно вздохнул. То ли я этим его напугал, то ли он действительно долго был с людьми. И знал, что лучше не нависать над человеком, чтобы тот не нервничал.
— Есть люди, которым лучше об этом не знать... у меня будут проблемы... змееусты считаются темными магами... злодеями...
— Гарри! — змей следом вскинулся на входящих, среди них был даже Нотт с неожиданно виноватым лицом.
— Тише, это друзья, — сразу же отреагировал я, прикоснувшись к змее. Тот успокоился, но не прекратил смотреть на них.
— Он же не ядовитый? — спросил Блейз.
— Это питон, они не ядовитые, — тут же махнул рукой Драко. Почти спокойно подходя ближе, — он же кусаться не будет?
— С-скаж-ши ему, ч-што он вкус-сный, — мои глаза округлились, Драко насторожился и ближе подходить не стал.
— Зачем?
— Ну же, не будь скуч-шным!
— Он говорит, что ты вкусно пахнешь... сладенький, — решил я еще и приукрасить. У него и так бледная кожа, сейчас он вовсе был как смерть. Отвисшая челюсть и вовсе дополняла картину с огромным успехом. Питон зашипел, часто высовывая двойной язык. Только я вместо этого слышал заразительный смех. В то время как Драко для своего возраста был готов взяться за сердце.
— Прости, Драко, — продолжал смеяться и я, — мы пошутили.
— Ах, пошутили, — он вытащил палочку, подходя ближе не обращая внимания на змею и вздрогнул. Питон, шипя, терся о свободную руку Драко.
— Прости нас со Скуррой*, — принялся я делать щенячьи глаза, краем глаза я увидел, как Блейз что-то прошептал Крэббу. Тот на мгновение приподнял уголок губ. После с «разборчивым лицом» подошел к Драко шумно вдохнул воздух. Тот подскочил и обернулся.
— Нет, — помотал головой Винс, — ты вовсе не аппетитный, — произнес тот с абсолютно серьезным лицом. Теперь уже смеялись все. Мне пришлось взять все свои силы в руки, чтобы сохранить лицо. Так что Драко больше не обижался.
— Эм... Гарри, — решил заговорить Тео, когда все отсмеялись, — я хотел извиниться, я не знал, что ты наследник.
— Думай, о чем говоришь, Тео, — отреагировал Драко, — то, что Гарри говорит на Парселтанге, еще не говорит о том, что он наследник Слизерина!
— Даже, если и так, — вставил свое слово Гойл, — слухи будут...
— Лишь бы только в пределах нашего Дома... — добавил Блейз.
Тео рассказал, что я виновен... точнее думал, что виновен в смерти Марволо. Он не раз подслушивал разговоры отца и некоторых других последователей. Отец постоянно все скрывал от него. Такая же ситуация и у Драко, как и у остальных. У Гойла же наоборот. Он рассказал, что его родители не то чтобы настраивали против меня... Скорее призывали к осторожности. Практически никто ведь не знает, что тогда произошло на самом деле. Многие действительно думали, что я при своем более чем юном возрасте опасен. Что даже такой «великий темный волшебник» как Марволо не смог одолеть меня. Допустив ошибку, не поверив пророчеству. Такой идиотизм уже начинает раздражать... Одно радует, с этих пор явных недоброжелателей поубавилось. Барти меня предупреждал в одном из писем непосредственно о Нотте. Будучи молодым, его отец точно так же был слишком импульсивным. Хоть и не дурак, но нередко совершал поступки, о которых впоследствии сожалел.
Так что у меня теперь свой «хвостик», как у Драко Крэбб и Гойл. В воскресный день у меня не было планов. Хотелось просто отдохнуть, прогуляться. Или просто почитать что-нибудь в библиотеке. Уроки были уже все сделаны и переделаны. Так что свободного времени было предостаточно. У Драко же был в этот день «промежуточный экзамен» у Снейпа. Учится он очень усердно. Подозреваю это все его отец. Барти описывал Лорда Малфоя как человека, у которого не знаешь «что на уме». Это как раз следствие высокого уровня в окклюменции... не думаю, что относилось к сугубо человеческому качеству. Отдохнуть мне не удалось.
— Хей, Гарри! — окликнул меня Рон. Я кивнул Тео и пошел к столу львов. Было немного не по себе. В воздухе так и висело напряжение.
— Привет, Рон, — улыбчиво присел я рядом, некоторые из-за этого скосили взгляды, — что нового?
— Да вот читаю последние новости...
— Кхм... — сжимала губы Гермиона напротив, читая что-то о чарах.
— Ты слышал, — тем временем продолжал Рон, — недавно ограбили Гринготтс?
— Ты так спрашиваешь, будто это должно меня удивить.
— Гарри, — Рон пододвинул мне кубок и тарелку, попить соку действительно не помешает, — как же ты... точно... забыл... Гринготтс считается неприступным. Его хранилища пронизаны чарами, а уж в чарах гоблины считаются специалистами. Поэтому это и кажется странным.
— Буду знать... Так что же у них украли?
— Знаешь, а это самое странное... ничего... то есть, хранилище было опустошено еще в начале августа.
— Я не могу сказать Гарри, это очень секретно, Дамблдор доверил мне это дело, я никак не могу его подвести, — вспомнились слова Хагрида.
— Третий этаж... — прошептал я себе под нос.
— Что-то не так, Гарри?
— Да вот еще одна странность, — решил я подыграть, — меня сопровождал Хагрид в банк, наш лесничий. Так вот, тогда мы поехали к еще одному сейфу, оттуда Хагрид что-то забрал. Что не сказал. Заявил, что это принадлежит Хогвартсу, — подумал, стоит немного приврать.
— Думаешь, это что-то на третьем этаже?
Фиговый с тебя актер... еще и так явно подгоняешь разговор про третий этаж.
— Кто знает...
— Я поспрашивал у некоторых из наших, — продолжал дожимать Рон:
— Третий этаж, до этого года был открыт. Раньше там были аудитории. Интересно, что там? Может это как раз то самое, что забрал Хагрид?
— Не факт, — пожал я плечами.
— А вдруг? О, ты же друг Хагрида. Может, расспросим его?
— Я бы не сказал, что мы друзья. С чего ты решил, что теперь он все расскажет?
Хотя мысль здравая. Только хотелось бы вести беседу с Хагридом без Рона.
— Ладно, Рон, у меня еще дела, — скрывая свое раздражение, надевая улыбчивую маску, встал из-за стола, — еще как-нибудь поболтаем.
«Вроде бы клюнул» — прочитал я мысли Рона, как я и ожидал очередной спектакль. Раз я пока не попал на Гриффиндор, значит, нужно меня затащить на этот этаж. Чтобы открылась во мне львиная безбашенность, хе...
Тео теперь садился по возможности рядом. Вот, правда, хвостик, везде теперь следует за мной по пятам. Если только нет рядом Драко. Тогда наши хвостики гуляют где-нибудь в другом месте. Во время разговора с Роном он почти не сводил с меня глаз. Его мысли выдавали, что некоторую информацию он расслышал:
— Что все это значит? Третий этаж... Хагрид, — с некоторым отвращением прошептал Тео, имя лесника.
— Дамблдор считает, что мне лучше быть на Гриффиндоре. Пока им это не удалось. Видимо решил меня отправить на подвиги.
— Подв...? О! Почта.
Над головами закружили туча сов. То там, то здесь те опускались с письмами и посылками. Интересным было другое, я получил письмо от «кого-то».
— Хм... странно... — рассматривал «письмо» Гарри, — Фламель и больше ничего...
Тео не менее озадачено пожал плечами. Обсуждение этого вопроса с остальными не возымело никакого толку. Никто не знал кто такой этот самый Фламель. В связи с этим каждый читал дополнительную литературу в свободное время. Вдруг, где попадется такая фамилия. От идеи спросить о нем у Снейпа решили пока отказаться. Поскольку, если догадка верна, то как-то очень вовремя пришло это письмо. Это письмецо может быть от Дамблдора. Соответственно, если это так, значит, некий Фламель, если это человек, как-то связан с третьим этажом. Даже с вопросами к профессору Долохову я решил повременить. Дело не требовало срочности. К тому же у нас сейчас была одна сплошная теория с профессором «Заикой». А отработку материала мы вполне себе неплохо исполняли через дуэли. После случившегося многие с еще большим энтузиазмом приходили в дуэльную комнату. Даже просто позырить. С Драко мы не особо обсуждали вопрос о змееустах. Теперь же в один из вечеров выяснилось, что у змееустов существуют свои заклинания. И весьма вероятно, что многим интересно применю ли я какое-нибудь такое «уникальное» заклинание. Плюс к этому я теперь имею репутацию как преемника Марволо. Даже немного смешно. Хотя может, они уверены, что тот действительно мертв? С Маркусом вышла ситуация интересней. Он знает о том, что Марволо жив... И теперь думает, что он знал, что я змееуст и поэтому не хотел убивать меня. Как всегда все очень весело. Любят же люди, как и говорил мне Барти, сочинять, выдумывать и коверкать.
Имя Скурра пришлось питону по душе. Особенно после того как я ему сказал значение этого имени. Он так и остался вместе со мной. С трудом удалось его убедить не покидать пределы Дома. Хотя бы не ползать по школе днем. Пусть он всего лишь питон, но у страха велики и глаза и все остальное. Да и дурные слухи пойдут. Самое, наверное, сложное было то, как к нему относятся остальные в комнате. Нотт достаточно демонстративно не боялся питона. А вот Драко припоминая шутку, относился насторожено. Не просто просил, а требовал, чтобы тот не приближался к нему ближе нескольких футов. Так Скурра стал моим фамильяром и негласным шпионом. В книгах сказано, что фамильяры имеют особую магическую связь с хозяином. Меняется связь с магией. Становится более стабильной. По факту на самом деле я ничего не заметил. Скурра же напротив почувствовал «нечто». Будто стало проще дышать. Его кожа немного изменила окрас — обрела зеленоватый оттенок и стала темнее. Такая же история произошла и с глазами. Они стали похожи на мои, только с тем же змеиным зрачком. Вот это действительно интересно. Если говорить о шпионстве. В связи с его обновившимся окрасом кожи, многие не замечают его присутствия в Доме. Создается впечатление, что скорее больше получил Скурра, чем я. С другой стороны я знаю практически все, что обсуждается представителями Дома.
Вскоре я узнал от Скурры, что от всех нас временами пахнет смертью. Причем дело было далеко не в призраках. Кровавый барон, конечно, не мог сказать, чем тут «пахнет». Однако и он начал замечать присутствие потустороннего в замке. А вот это уже звоночек. Я уже пару месяцев все думал сходить на этот третий этаж. Хотя бы узнать, может там есть какой-нибудь магический замок. Но так и не решился. И будто «магия» на моей стороне, профессор Квиррелл снова занемог. Что дало мне возможность задержаться после урока у профессора:
— Как успехи, Гарри? — в этот раз профессор остался у стола, словно ожидал, что я захочу остаться на разговор. По ходу дела он сделал пару взмахов палочкой, создавая приватность для нашей беседы.
— Вы хотели бы знать что-то конкретное?
— Забавно, — улыбнулся профессор, — я подумал примерно о том же. Может, есть что-то, о чем бы ты хотел рассказать мне? Например, о Малфое... для начала.
— Барти вам ничего не рассказывал обо мне? О моих способностях к ментальной магии, может быть.
— Ох, неужели у вас снова вышла размолвка на этой почве?
— Да нет, как раз все, наоборот... благодаря Амеду я узнал, что являюсь змееустом, — брови профессора удивленно уползли вверх, — и в нашем Доме так вышло, все об этом узнали.
— Каким образом?
— На меня натравили питона... то есть хотели, применив соответствующее заклинание. Итог: все теперь знают о моей очередной уникальности и у меня появился фамильяр.
— Хм... питон я полагаю обычный, а не магический. Пройдет время прежде, чем он станет магическим. В будущем это сулит неплохую такую пользу.
— То есть, он... будет развиваться, со временем?
— Конечно, — кивнул Долохов, — хотя интересно как повлияет на него то, что ты не только змееуст, но и ментальный маг...
— Вы что-нибудь знаете о наследнике Слизерина?
— Нет, не особо... я этим никогда не интересовался. Это ваша история, история магической Англии.
— Насколько я знаю, Салазар Слизерин был змееустом.
— О змееустах, я тоже знаю мало... в России такое не встречалось в истории и в магических науках... Лучше напиши об этом Барти и Амеду.
— Тогда может, вы знаете что-то о Фламеле?
— Фламель? Это великий алхимик французского происхождения. Он создал философский камень. Больше это никому не удавалось. Почему ты спросил?
— Мне пришло... — доставал из-за пазухи Гарри сверток, — письмо...
— Интересно... — рассматривал письмо он, заклинания не выявили ничего, — очень любопытно. Тот, кто это написал, позаботился о том, чтобы не стало известно, кто же написал это. Когда пришло письмо?
— На следующий день после того как в Доме узнали о... моем статусе.
— Дальше...
— Дальше Рон Уизли пытался соблазнить меня на расследование третьего этажа. И предлагал сходить к Хагриду. Так как полувеликан как-то замешан в этой истории.
— Я пока не уверен, причем тут старый алхимик. Пока же я рекомендовал бы тебе сходить к этому Хагриду. Ты уже знаешь чего ожидать и можешь что-то узнать от него в угоду себе.
Идти к нему в одиночку было не с руки. Конечно, сомнительно, что Рон может что-то мне сделать. Но с друзьями было бы спокойней:
— Нет.
— Драко, ты мне предлагаешь идти с ним одному? Серьезно?
— Да что тебе сделает этот рыжий гриффиндурок? Будет благоразумнее тебе пойти с ним и Грейнджер. Насколько я помню, ты уже ее завербовал.
Доводы железные, тем не менее, спокойствие мне только снилось. Зато Рональд был полон энтузиазма. Шел за мной вприпрыжку. Если бы я не мог читать мысли, я бы также думал и о Гермионе. На самом же деле она волновалась. Фактически она стала двойным агентом. Как минимум делает видимость того, что она все еще старается переманить меня. К слову Дамблдор пока не предпринял других действий. Видимо чего-то ждет. Хагрид был приятно удивлен моему появлению и в окружении гриффиндорцев. Не удивлюсь, если и он тоже участвует в моей «обработке». Так что Драко был прав, его присутствие здесь бы могло сыграть против нас. Да и судя по всему, Уизли и Малфои друг друга не переносят. Что видно даже по Рону и Драко. У Рона так еще примешена явная зависть. В его мыслях часто мелькает, тот факт, что Малфои богаты. Удивляться нечему естественно. И я вижу, что вещи Рона старые и поношенные. Хотя совсем недавно я носил похожие вещи, еще и не по фигуре. Никогда не забуду трусы-парашюты и пижамы Даддерса. Однажды я проснулся от того, что почти задыхался. Куртка сползла с меня, рукава переплелись... Теперь я просто ненавижу пижамы.
Дом лесника, на мой взгляд, был не так уж и плох. Но вряд ли придется по вкусу большинству слизеринцев. Комната одна, где совмещается и кухня, и спальня... В кухонной части висело, насколько я мог понять, вяленое мясо. Собственно общая обстановка в домике придавало какое-то ощущение деревни. Я бы назвал это так, чем размусоливать, как выглядит этот дом внутри. Да и снаружи в том числе. Собака близко ко мне не подходила, но имела некий интерес. Когда я сел на предложенный стул, та встала напротив и склоняя голову то влево, то вправо и поскуливала. Будто бы спрашивал разрешение. Только мне так и не пришло в голову с чего же начать разговор, как заговорил Рон:
— Хагрид, ты случайно не знаешь, что это за история с третьим этажом?
Я в это время, к радости Клыка, как его назвал Хагрид, похлопал себе по коленям, подзывая его. Тот больше не церемонясь, почти запрыгнул на меня. Начал наиболее тщательно обнюхивать, встав на мои колени передними лапами. Приласканный зверь успокоившись, опустился, положив голову мне на колено.
— Э... я думаю, что вам не следует это знать, — ответил не уверено он и прошептал себе под нос, — и мне болтать лишний раз.
— Почему нет, — вставила свое Гермиона, — сам подумай, в школе много детей. Есть те, кому страшно лишь от того, что есть такое место, куда нам нельзя соваться. Это ведь сулит смертью. И все же, а вдруг нечто оттуда выйдет самостоятельно.
— Чепуха, мимо Пушка и муха не проскочит.
— О! Это, наверное, какой-то милый зверек? — Хотя это я, конечно, слукавил. Мысли Хагрида выдали напротив опасное создание, похожее на греческого цербера.
— Да... мой любимец, сам Дамблдор попросил его у меня для охраны камня Фл...
О... рыбка на крючок не наделась, но явно заинтересовалась.
— Ой, Хагрид, — махнул я рукой, — охраняет и охраняет, чтобы там не было. Ты расскажи о самом звере.
— Ну... это трехголовая собака. Маленьким он был очень милым. Хотя и тогда уже показывал характер. Я растил его как сторожевого пса. Так что волноваться вам не о чем, — он посмотрел в окно, — ладно, ребятки, уже время подходит.
— Как вы думаете, что этот Пушок охраняет? — спустя пару минут спросил Рон.
— Кто знает...
— Это может быть что угодно, — размышляла вслух Гермиона, — например, магический артефакт. Меня больше волнует, почему здесь безопасней, чем в гоблинском банке. Что если это все было сделано специально и на самом деле это приманка.
— Предлагаю пока каждому подумать над той скудной информацией, которая у нас есть. Кстати, Гермиона, — вспомнил я, — нужно узнать кто такой Фламель.
— Фламель? Фламель... что-то знакомое, кажется, недавно я читала об этом...
— В любом случае, вернемся к этому уже после каникул...
Если ее мысли крутились вокруг Фламеля, то мысли Рона были далеки от этого. Он всей душой верит, в свой успех. И думал он о деньгах. Видел, как он сидит и пишет некий отчет. После прилетает мешочек с монетами внутри. Вот чего стоит «дружба» со мной. Мне же хотелось быстрее вернуться в гостиную Слизерин. Подальше от всего этого.
На носу не только каникулы, но и промежуточные тестирования. Впервые я не сомневаюсь в своих знаниях. Только у всех учителей разный подход к нашим знаниям. Например, профессор Стебль большое предпочтение отдавала практике. Теории она рассказывала нам мало. Некоторое сходство в этом плане было с профессором Снейпом. Тот вообще задавал вопросы по темам наперед, а не то, что мы уже прошли. Однако он старался найти некий баланс. Складывается такое впечатление. Хотя со львами точно холодная война, как минимум. С трудом удается удержать улыбку, когда Снейп отчитывает Рона. В такие моменты стараюсь для дела строить мину сожаления. Чувствую себя лицемером. С другой стороны я всего лишь отвечаю им той же монетой.
Несмотря на все это скорый отъезд домой отвлекает. Мерлин... домой... я поеду домой...
***
Дамблдор Юный Уизли делает все очень даже неплохо. С поправками на реальность, все же все идет по плану. Но есть моменты, которые меня беспокоят. Грейнджер. От нее идут довольно официальные отчеты. Вопреки моим ожиданиям и ее заверениям больше всего информации о ходе операции я получаю именно от Рона. Чему я не удивлен и, в конце концов, все же разочарован тем, что мои юные агенты очень мало контактируют. Равно так же к этому относятся и близнецы. Создается впечатление, что они это все пишут совместно с Грейнджер. Меня не покидает ощущение что что-то ускользает от меня. Пора отправить подарок мальчику. Было бы совсем хорошо, если бы он остался на Новый год в Хогвартсе. Хотел бы я оставить «Дар» себе, но не могу. Если палочку я отобрал у Геллерта в дуэли, то мантию можно только добровольно передать. А Джеймс передал ее мне только лишь на хранение, к моему сожалению. С камнем проще и сложнее одновременно. Его еще надо найти.***
Скурра Хсссс... хотел бы я сказать «говорящему» больше. Здесь в свое время был кто-то похожий на него. Многие обсуждают Марволо. Он был тоже «говорящим» как и Гарри. Совсем скоро мы расстанемся. Я чувствую это. Скурра... мне нравится. Я люблю немного поиграть с людьми, это имя мне определенно подходит. Не знаю, что сделал Гарри, но я чувствую себя настолько живым. Будто я все это время спал. Мои чувства обострились, совсем близко как минимум один сородич. Его сила велика. Стоит ли мне беспокоиться? Гарри тоже не слаб, но... Я слышал от других родичей, тех, кто родился на воле, что у нас есть «цари». Не уверен, что это значит, но звучит весомо. Часто они сами по себе согласно рассказам. Впрочем, они нередко помогают людям похожим на Гарри. Хозяину повезло с другими людьми. Не знаю, насколько он сам разбирается в себе подобных. Но тот мальчишка, который призвал меня, впоследствии раскаивался искренне. Пусть я чувствовал его неприязнь, но этот запах постепенно сошел на нет. Сейчас в нем чувствуется преданность. Как же быстро некоторые из людей реагируют на происходящее. А вот холодный мальчик напротив сложный. Даже когда он вспылил от той невинной шутки, его запах практически не изменился. Он чем-то напоминает Гарри, его запах тоже меняется редко. Он рассказывал мне немного о магии. О том, что он может читать чужие умы и похожей магией контролировать себя. Сказал, что и холодный мальчик, со странным именем Драко тоже учится этому. Что если это как-то связано... Пухленький низенький мальчик очень... мягкий и теплый, да пожалуй, так. По ночам у меня нет проблем с пропитанием. В то время как днем этот Винсент любит кормить меня. Приносит мышей. От них разит птицей. Наверное, от тех сов, что я видел в башне на территории этого замка. Близко я к ним не подхожу, с этими птицами у меня обычно проблемы. Сейчас, когда Гарри уедет и не только он, у меня будет куда больше возможностей исследовать замок. Я должен найти ради него того кто пахнет смертью. Обычно такой запах исходит от умирающих людей. В первую очередь так пахнут пожилые люди, начну с них.
Примечания:
Скурра — с лат. «Шутник»
