Снежинка

— Так красиво, — восхищённо шепчет Тэхён и вглядывается в черноту неба, откуда крупными хлопьями падает пушистый снег. Ноги в тёплых тапочках немного замерзают, но мальчишка не может оторвать свой взгляд от столь красивого зрелища. Ветер задувает под лёгкую накидку, и тело начинает отзываться мурашками. — Тэ, малыш, где ты? — слышится из гостиной. Торопливые шаги всё ближе. — Малыш, сколько раз говорить тебе, чтобы ты одевался теплее, когда выходишь на балкон? — сильные руки разворачивают омегу за плечи и прижимают к тёплой груди. Идеально. — Пойдем погуляем во двор? — мордашка смотрит с таким жалостливым выражением лица, что отказать сложно. Старший выдыхает и кивает. Пусть он и устал сегодня на работе, но для своего любимого он готов и полгорода обежать. — Конечно. Только одевайся теплее, раздетым я тебя не выпущу. Пришло сообщение о резком понижении температуры. — Ты такой заботливый, — урчат в альфину шею, и Чон улыбается. Ну как тут не улыбнуться, а?

***

      Тэхëн кружится, как малое дитя, ловя снежинки и сдувая их с тёплых варежек. У него прекрасное настроение: сегодня утром он узнал, что станет папочкой. Они так серьёзно планировали. Этот ребёночек очень долгожданный. Поэтому Тэ выбирает момент, когда альфа отворачивается, садясь на лавочку, и тихо подкрадывается со спины. — Та-даам, — налетает он на мужа и скрещивает ладошки у того на глазах. — Гуки? — Что, малыш? — Чон легонько облокачивается на грудь супруга спиной и накрывает хрупкие ладошки своими. — У меня для тебя есть сюрприз. Ты можешь закрыть глаза? — голос Тэхёна от предвкушения дрожит, и он сглатывает. Сердечко вот-вот вырвется из груди. Это так волнительно. — Конечно, котёнок, — альфа прикрывает глаза. — Я закрыл, — и улыбается, потому что поведение мужа забавляет.        Тэхен убирает руки с чужого лица и дрожащими пальчиками достаёт из кармана фотографию УЗИ. Дыхание сбивается, когда он медленно обходит лавочку и становится перед альфой. — Можешь открывать, — одними губами шепчет омега и совсем не удивляется, когда муж смотрит...       Взгляд Чона останавливается сначала на снимке, потом медленно поднимается на лицо Тэхёна и вновь возвращается к чёрно-белой фотографии, на которой ничего не разобрать. Он понимает, что так должен выглядеть ребёнок на начальных месяцах развития. Он много читал, смотрел видео, готовился. Но всё равно по-страшному тупит, когда глупо улыбается и спрашивает: — Это наше?        Тэхён прыскает со смеху, и всё его волнение как по щелчку пальцев испаряется. Растерянная мордашка напротив стоит всех наград. Младший наклоняется чуть ниже и тихо шепчет: — Наше, альфа, наше!        Чонгук резко выдыхает и, поднимаясь на ноги, ловко подхватывает смеющегося мужа под задницу. Сколько по времени он его кружил – никто не знает, но факт того, что после этого Тэ вырвало, остаëтся фактом.

***

       Громкий детский плач раздаётся на весь этаж родильного отделения, и у альфы, что сидел три часа под дверью операционной, появляется по-дурацки измученная улыбка.        После всех проверок, ему вручили ребёнка в руки и разрешили навестить уставшего мужа. — Смотри, Тэхён-и, наша звёздочка — копия ты, — Чонгук присаживается рядом с омегой и показывает крошечный свëрток. Тэ тянется к малышке и хмыкает. — А родинка под губой как у тебя. — Ну ещё бы! Это ведь моя девочка! — с гордостью отвечает новоиспечённый отец и перекладывает малютку на руки, которые с такой любовью и заботой прижимают кроху к груди, что плакать хочется.       А на улице снова сентябрь и уже падает первый снег.