Рулетка

      Они снова ехали молча. Хэнк всё ещё думал о сбежавших девушках. Назвать их андроидами? Вот только их выдавали только диоды. По крайней мере внешне. Они стали… живыми? То, что пишут другие андроиды «Я живой» теперь Хэнк мог немного понять. И он понимал, что ситуация становилась слишком серьезной для простого массового сбоя. Андроиды выходили из-под контроля по какой-то причине, что-то что «ломало» их систему.       Он снова вспомнил о сбежавшей AX400 с девочкой. Настоящая дочь Тодда Уильямса и правда жила с матерью — он навёл справки. А та девочка… она тоже ведь андроид? YK серия. У него кредит за неё неоплаченный. Также, как и за AX. Только какая теперь разница? Киберлайф сняли с него долг почти полностью из-за сбоя в системе своего андроида. Они сбежали. Не так давно эта же модель поступала в ремонт с серьезными поломками. У Хэнка почти не оставалось сомнений — в этот раз они сбежали чтобы спастись. Андроиды, которые боятся смерти.       За рулём был уже Хэнк. Они заехали за пивом и остановились в ночном парке. Замечательный вид на мост. Красивое место для свиданий. Вот только его ждет не свидание. А серьёзный разговор.       Хэнк сел на спинку скамейки, медленно опустошая бутылку. Торопиться им некуда. Коннор пришел спустя несколько минут. Сидел ещё в машине. Что он там мог делать — Хэнка сейчас не интересовало. — Красиво тут, а? Я часто приходил сюда до того, как… — Хэнк вовремя поймал себя, чтобы замолчать. — Лейтенант, позволите личный вопрос? — Ну, конечно, это же Коннор, как он мог не зацепиться за неаккуратные слова. — Вы все любите личные вопросы или ты один такой… — Хэнк подбирал слово, — уникальный? — Почему вы так упорно хотите себя убить? — Бывает то, что нельзя забыть. Что бы я ни делал, оно со мной… Гложет меня. Пулю в лоб пустить духу не хватает, приходится убивать себя понемногу… — Слова давались Хэнку тяжело. Он разговаривал о Коуле только с психологами департамента, но как правило они это делали скорее для галочки, — Тебе-то, наверно, это сложно понять, Коннор? Не слишком-то рационально. — А до чего? Вы сказали, что часто приходили сюда до того… — До того… Да ни до чего, — нет, Хэнк не хочет сейчас продолжать говорить. Он итак уже слишком сильно открылся андроиду.       Коннор сокрушался по поводу расследования. О тупике в нем. О том, что связи не было никакой.       Действительно, между моделями, которые сбоили связи не было никакой. Прямой. Но определенно один тонкий мотив был у всех. Только сейчас Хэнк его не готов озвучить. Слишком велик риск ошибиться перед лицом надежд разработок Киберлайф. — RA9. Это единственное, что есть общего в их поведении. — Андроиды придумали себе бога. Долбануться. — Вы чем-то обеспокоены лейтенант, — Коннор резко переключил тему, — Это из-за произошедшего в клубе? — Эти девчонки… Они просто хотели быть вместе. Они прямо были… влюблены? — Хэнк не верил что говорил это вслух. Все его убеждения на счёт андроидов трещали по швам. И от этого было ещё больнее. — В их программе не было заложено ни любви, ни влечения… Они машины. — А сам-то ты, Коннор, кто? Выглядишь как человек, а внутри? — Хэнку был ответ не просто интересен, а даже важен. — Я машина для выполнения задач. — Коннор отчеканил выученную фразу. — Но ты не убил их. Что, совесть внезапно проснулась в программе? — Я… Я не знаю, — на лице Коннора на секунду скользнула потеря ориентации. Он не знал, что делать и что говорить. В программе этого не было. Это было его решение. — Ну, а ты, Кон, боишься смерти? — Хэнк быстро вытащил револьвер и направил на Коннора, — Что будет после того, как я убью тебя? Ничего? Рай для роботов? — Не думаю, что у андроидов есть рай. — на лице Коннора вновь скользнула потерянная улыбка. Хэнк молчал. Молчал и смотрел. — Ты стал моим напоминанием. Моим личным наказанием. Ты вернулся, после того, как тебя раздавило на трассе, — Хэнк убрал пистолет, но не отводил взгляда, — Но вот он, снова ты! Как всегда, идеальный! Но вот проблема… Люди… Люди не возвращаются. Если они погибли, то погибли навсегда. Нельзя перенести их память в другое тело. Это уже будет не он. Коул не сможет вернуться также, как сделал это ты. Потому что ты андроид. А он — человек.       Коннор был шокирован таким внезапным откровением от Хэнка. Этого он никак не ждал. Он не говорил о Коуле, но сам Хэнк о нём заговорил. — В какой-то момент, я подумал о тебе, как о повзрослевшем Коуле. Мне кажется, он был бы чем-то похож на тебя. В поведении. Так же, как и я стал бы потом копом, потому что слишком уж привязался к этому делу, не смотря на всё дерьмо, что в нём творится, — Хэнк отвел взгляд и отошел к ограждению реки, опираясь на него руками, — Но когда ты вернулся, после смерти, я понял, что ты — не он. Ты не мой сын. Ты, это ты, как не странно. Коннор по-прежнему лишь наблюдал за Хэнком и слушал его. Он не мог сказать ни слова.       Хэнк бросил на мост последний взгляд, после чего развернулся и пошел к машине. — Куда вы теперь? — Домой. Пить дальше. И думать. Мне много нужно обдумать.