Прощальный обет(д)

Разведчики тревожно собирали необходимые вещи. Была пора уходить. В воздухе витало напряжение, от которого холодило позвоночник, и мурашки бегали по коже. Было страшно. Ещё страшнее было давать обещание вернуться. Поэтому об этом и речи идти не могло. Крайний раз перед опасной вылазкой разведкорпус сел за огромный обеденный стол, где было полно разного рода вкусностей. Никколо постарался на славу. Старался ли он для них — сложно сказать. Скорее, это были порывы, чтобы вновь обрадовать Сашу Блаус. Теперь, жадно поедая искусно приготовленную еду Никколо, она не плакала, а лишь сладко причмокивала и бесконечно благодарила талантливого повара, отчего он, как и в первый раз, краснел и отводил взгляд. — Какая она искренняя и настоящая, — восхищался ей Никколо. Сейчас не было такого аппетита, что раньше играл в животах разведчиков. От стресса пришлось заставлять себя есть, буквально впихивать еду в себя. Приходилось всем, но далеко не Саше Блаус. Она сидела между Конни и Жаном, покачиваясь из стороны в сторону, и благодарно улыбалась бледному Никколо. Тот, правда, хотел выдавить что-то ответное, что-то теплое и такое настоящее, как сама Блаус. Но он не смог врать. Не ей. Ему было безумно страшно. Поэтому, не притронувшись к собственно приготовленной еде, он не мог оторвать от нее тусклый взгляд угасающих глаз. Сердце болело, внутри рушился целый мир. — А что, если она не вернется? После недолгого перекуса разведчики покидали зал. Один за другим выходили с ещё более напряженной физиономией, чем была до этого. Лишь Саша все также широко улыбалась, тыкая своих ребят, пыталась подбодрить их. Не сказать, что ей не было страшно. Она просто жила сейчас. А сейчас все было очень вкусно. Пришло время уходить и ей. Блаус встала из-за стола, захватив последний кусочек кальмара, и помахала Никколо. Он был бледен, словно призрак. На нем не было лица. И намека на него. Когда Жан и Конни покинули обедню, она побежала вслед за ними, все ещё пытаясь что-то ухватить со стола. — Саша! — остановил её нервный выкрик Никколо. — А? Маэстро? — Блаус громко хихикнула и обернулась. Никколо сжал кулаки и, встав из-за стола, подошел к девушке. — Саша, что… что бы ты… — Ну не томи, Никколо! Мне пора уходить! — Саша небрежно подергала его за руку, отчего щеки парня покрыл легкий румянец. — Саша, что бы ты хотела на ужин?! — прикрыв глаза, прокричал Никколо. — Дай-ка подумать… — она задумчиво приложила палец к губам, что-то выискивая глазами в воздухе. — Я хочу мясо! — Я приготовлю тебе мясо, Саша, — Никколо вновь сжал кулаки и нашел в себе силы посмотреть на девушку. — Но… — Но?! — Блаус развела руками в стороны. — Ты же пообещал! — Да нет же… но… Саша, пообещай вернуться, — Никколо опустил взгляд. Глаза были полны слез, но он не хотел, чтобы девушка жалела его. Он лишь хотел, чтобы она дала обещание, чтобы она вернулась. — Что за мысли?! — Блаус схватила его за плечи и нервно потрясла, приводя в чувства. — Я хочу ещё поесть твоей еды, Никколо! С этими словами она резко развернулась и побежала. Нужно было догнать ребят. Нужно было уходить. Как бы тяжело и больно ни было. Никколо остался один, его терзали ужасные мысли, буквально сжирая все изнутри. — Пожалуйста, вернись… На пути к ушедшему вперед разведкорпусу Саша вытирала выступающие слезы. Как же она не любила прощаться. Но ещё больше она не любила давать обещания.

***

— Как же так?..