С рождеством!

Запись 1. По совету моего знакомого, я недавно переехал в пригород. Знаете, он из тех самых друзей, которым просто необходимо блеснуть диванными познаниями, но при этом им удаётся в чём-то вас убедить. И дело не в том «из чего сделан ваш стержень», тут что-то другое. Не знаю, откуда они берут все эти факты, цифры данные, но когда вы занятой человек – у вас просто нет времени перепроверять это - проще поступить так, как они вам советуют. Намного проще, поверьте моему опыту. Так вот, он заметил, что в последнее время я стал слишком раздражительным, и у меня постоянно утомлённый взгляд. Не думал, что на людей необходимо смотреть с томной нежностью. В общем, по его словам – у меня тяжёлый, продолжительный стресс и если не поменять обстановку – всё скатится в глубокую депрессию. Легко давать советы, когда твой рабочий день короче времени сна у некоторых. К чему это я? Ах да. Он сказал, что мне необходимо завести дневник. Записывать свои мысли, переживания. Вроде это должно помочь. Ещё он что-то говорил, про культурные развлечения… вроде походов в театр, прослушивание классической музыки. Советовал, как можно меньше думать о работе. Я бухгалтер, в весьма солидной компании. Если я буду меньше думать о работе – все мои контракты полетят в камин. Камин останется моим единственным источником тепла, когда меня попрут с работы. О чём это я? У меня не будет возможности оплачивать проживание в таком доме. Запись 2. У меня такое ощущение, что в округе единственный живой человек – я. Я живу в этом районе уже третью неделю, и ни разу ещё не встретился с соседями. Однако, каждое утро на пороге появляются свежая газета и бутылка молока, но ни самого молочника, ни почтальона я так и не встретил. Пожалуй, сегодня не стану спать ночью - по детски взыграло любопытство. Хочу подловить их. Может узнаю что-нибудь о соседях. Запись 3. Проклятье! Я отвлёкся всего на десять – пятнадцать минут - по причинам для человека естественным - и когда вернулся к своему «сторожевому посту» газета дожидалась меня на пороге. Как и бутылка молока. Но откуда? Я не слышал шума мотора, или скрипа тормозов. Надо лечь спать. Счета мистера Коули не приведут сами себя в порядок. Чего ради я всю ночь прождал идиотом на стуле? Запись 4. Свершилось! Спустя месяц, как я въехал в этот дом я встретил кого-то ещё! Я пошёл прогуляться в местном парке а когда почувствовал усталость - приметил себе скамейку и неторопливо пошёл к ней. Задумавшись о чём-то своё, я едва заметил, как мимо, считай у самого носа, лихо проскочила парочка велосипедистов. Прозвучит наверное безумно, но я, хоть и не отличался никогда спортивными достижениями, побежал за ними. Конечно, мне так и не удалось их догнать, и даже не смотря на мои крики они так и не остановились. И всё же это лучше, чем изводить себя навязчивыми мыслями. Целое событие! Запись 5. Теперь я каждый выходной провожу в этом парке. Я прихожу к тому самому месту, беру с собой книгу, или свежие газеты и весь день сижу на той самой скамейке. Я всё хочу выловить эту парочку и узнать хоть что-то об этом месте. До сих пор мои старания безрезультатны, но я уже придумал кое-что. Я думаю, они могут проезжать здесь по будням – так их и подловлю. Как там говорил мой диванный психотерапевт? У меня стресс. Мне можно. Запись 6. Я становлюсь одержимым этим пригородом. Это немного пугает меня, но, думаю у каждого человека найдётся парочка навязчивых идей, верно? Моя заключается в следующем – этот район нерентабелен и люди по какой-то причине не хотят здесь селиться. Вы думаете я шучу? Сегодня я пытался найти хоть какое-то место, где можно развлечься и… таких мест нет! Ксть здание театра, но на входе висит табличка – «Труппа на гастролях», а самое забавное – за всё то время, что я бродил по «центру» - мне так и не удалось никого не встретить. Сегодня среда, они могут быть на работе. В смысле, быть может это «дачный посёлок»? Кстати, шеф уже намекнул мне, что мне стоит больше работать и меньше болеть. Так, как ты всё равно это не прочитаешь – иди на хер, Стивенс! Запись 7. Моя новая догадка принесла плоды! В каждом крупном, и не очень, поселении должна быть церковь, часовня, что угодно, место куда стягиваются люди о чём-то попросить. Попросить прощения, попросить удачи, попросить чего-нибудь, что как-то изменило бы их жизнь. Не поймите меня неправильно, но многие ходят туда именно за этим. Итак, найти местную церковь не составило для меня особо труда, но я не очень обрадовался своей находке. Во-первых, место это наводило на множество размышлений, но точно не о желании приходить сюда каждый день. Само здание определённо нуждалось в ремонте. За деревьями, которые росли вдоль чего-то, что раньше было забором никто не ухаживал – они обветшали, скрипели сухими ветвями и даже не смотря на прекрасную погоду – ни единого зелёного листочках на ветвях. Во-вторых, большую часть территории занимали надгробия, статуи, скамеечки возле могил. Я, конечно прекрасно осознаю, что так оно чаще всего и бывает, но у меня сложилось стойкое ощущение того, что молодёжь выросшая в этом городе сбежала отсюда, как можно скорее, и не вернулась. В таком ужасном состоянии были места на кладбище. Только сейчас, написав эти несколько строчек, я заметил, что первым делом пошёл рассматривать последний приют, для каждого на земле. Странно. В общем, я поспешно вышел с кладбищенского двора и направился к дверям самой церкви непосредственно. Как я и предполагал – двери были распахнуты настежь. Я не знаю, как положено себя вести в таких местах, мои родители были закостенелыми атеистами, поэтому просто снял шляпу, поправил пальто и скрипнув половицей шагнул за порог. Не знаю, в чём измеряется площадь церковного зала, но скамеек он вместил достаточно и большая их часть пустовала. Местами, небольшими группами сидели пожилые люди. Честнее будет сказать – старые люди. Старые во всём. Во внешнем виде, я лет двадцать уже не видел, чтобы кто-то так одевался. Старые в своём внимании, целиком и полностью прикованном к проповеднику, который что-то бормотал (я едва мог его расслышать), понятия не имею, как они понимали, когда положено говорить «аминь». Старые сами по себе. Кожа сухая, морщинистая, будто изношенная холщовая тряпка натянутая на швабру. Готов поспорить, что будь я медиком, я с лёгкостью бы назвал и указал каждую кость, каждую посеревшую, отдающую пурпуром вену, каждый сустав, просматриваемый сквозь неё, в их дряблых телах. Мне стало тяжело. Я не досидел до конца службы и отправился домой. Серость и безысходность, вот чем повеяло на меня от этого места. Испугавшись, маленьким ребёнком я бросился на утёк, а остановился только когда захлопнул за собой дверь и закрыл её на все засовы. Не знаю, как мне хватило сил на это, но оставшихся едва оказалось достаточно, чтобы упасть на кровать, прям так, в одежде и провалиться в сон. Запись 8. Звонил Стивенс. Меня уволили. Запись 9. Оказалось, что моих сбережений ещё на что-то хватит. Я провёл три дня за подсчётами и составлением своего бюджета на будущее. Если я буду экономить и останусь жить в этом проклятом месте – протяну около года. Я здесь не отдыхаю. Моя идея становится всё более приставучей. Ловлю себя на мысли, что отдохнуть мне так и не удаётся. Мой диванный психотерапевт пропал из моей жизни. Знаете, когда ты провёл пятнадцать лет своего существования поднимаясь по карьерной лестнице ты не имеешь права больше чем на одного друга. Ты, скорее даже на личную жизнь права не имеешь. Твоя жена – работа, твои дети – отчёты, твои семейные праздники – все расчёты, сметы, отчёты, сошлись и ты избежал увольнения. И вот теперь, когда вы имеете примерное представление о моей жизни, прибавьте к этому пропажу того самого ублюдка, человека, называвшего себя моим другом, который посоветовал мне переехать в это… Пожалуй, я слишком устал. Мне нужно отдохнуть. А ещё лучше – поехать завтра в сити и пройти обследование у нормального врача. Запись 10. Я ещё не понял, каким образом, но моя медицинская страховка не считается впредь действительной, а без неё -этот вежливый, красивый и интеллигентный мужчинка в белом халатике, отказался меня принять. Выйдя из поликлиники периферийным зрением я уловил мигающую вывеску. Как сорока среагировавшая на блеск стекляшки я обернулся и быстро скользнул взглядом по буквам – «Бальзам». Бар. Я невольно запустил рукой в карман и остановил себя достаточно вовремя, чтобы не перейти дорогу и не напиться в стельку. «Слишком богат, чтобы тратиться на это дерьмо», иронично пронеслось в моей голове, пока я шёл в сторону вокзала. Три часа на поезде в гордом одиночестве – вот она моя награда. Три часа наедине со своим уставшим рассудком. Три часа стука колёс, эхом отдававшим в головную боль. Запись 11. Отключили электричество. Не только у меня, по всему городку. Единственными моими развлечениями были: телевизор, едва улавливающий пять каналов и радио (старое потрёпанное годами, видимо бывшие жильцы забыли его здесь), и вот теперь меня даже этого лишили. Я не из тех людей, что любят жаловаться на свою жизнь, но в этой ситуации, я сам того не замечая, уткнулся лицом в ладони и зарыдал. Я не помню, сколько часов жалел себя и заливал свои неудачи слезами, но когда вернулся в состояние, в котором можно хоть как-то мыслить и реагировать на окружающий мир – за окном уже стемнело. Тот самый, паскудный осенний вечер, с воющим бездомным псом в каминной вытяжке ветром, прям как в кино. Ах да, я ведь ни разу не упомянул камин… сегодня, кстати я его впервые растопил. Или разжёг, как там правильно? Понятия не имею. С каким удовольствием я бросал в огонь незаконченные отчёты! Лучше любых антидепрессантов. Хоть что-то приятное за последнее время. А ещё я почему-то сжёг свой костюм. Стояла жуткая вонь, но я радовался, как никогда прежде! Сегодня лягу спать в приподнятом настроении. Запись 12. Я проснулся совершенно разбитым. За окном не видно ни зги. Сначала я подумал, что спал всего несколько часов, но взглянув на циферблат настенного раритета понял свою ошибку - я проспал четырнадцать часов. Даже в детстве я не имел такой роскоши! Небо полностью затянуто тучами. По земле вяло ползёт туман. В городе, скорее всего все автомобили сейчас едут включив «дальний свет». Парочка очередных неудачников точно сегодня увидит «свет в конце туннеля». Хех. Эта мысль меня немного взбодрила и придала сил. Ровно настолько, чтобы приготовить себе завтрак и отсутствующим взглядом уставиться в окно. Кажется на горизонте сверкнула молния. Ближе к вечеру снова включили электричество. Я было обрадовался, но спустя минут пятнадцать лампочка в зале лопнула, а из телевизора пошёл дым. Я не видел его, конечно, в этой кромешной мгле, но едкий запах сгоревшей микросхемы подхлестнул мои инстинкты самосохранения, и я каким-то чудом безошибочно вытащил штекер телевизора из розетки. От обиды и злости, я в одном халате поверх исподнего выбежал из дома и орал битую четверть часа. Может и больше. Мне было что высказать. Я проклинал эту грозу, этого идиота, начитавшегося всякого дерьма и решившего, что может теперь давать советы. Стивенсона. Этой мрази досталось отдельно. Я вернулся в дом промокший, растрёпанный и с осипшим голосом. Запись 13. В кого я превращаюсь?! Сегодня глубоким вечером кто-то постучался в дверь. Я в последнее время, признаться, чувствую себя крайне неспокойно. Не думаю, что причину стоит здесь упоминать. Так вот, я взял топор и осторожно поинтересовался, кого собственно ко мне занесло? Думаю, вы понимаете мою встревоженность. Мне никто не ответил. Тогда я резко распахнул дверь и… я едва успел остановить лезвие топора в паре сантиметров от чьей-то крошечной головы. Дети! С испуганными воплями они разбежались в разные стороны, а я так и остался в растерянности, глядя на чей-то брошенный мешочек с конфетами. Я уже хотел погнаться за ними, вернуть сладости, но отражённый лезвием топора блик света вернул мне здравомыслие. Надеюсь, у меня не будет завтра проблем с их родителями. Запись 14. Я занавесил все зеркала в доме. Всё, что как-то может отразить мой силуэт. Человек, которого я вижу, человек, которого они мне показывают – не я! Запись 15. Сегодня я снова ходил к церкви. Просто ходил подле неё кругами. Не знаю зачем. Каждый раз, когда я бросал взгляд на это обветшалое здание во мне боролись два невероятно сильных желания – зайти, упасть на колени и во всём раскаяться, и послать всё куда подальше и пойти напиться до беспамятства. Я определил, что ни то, ни другое для меня не выход. Вместо этого, вернувшись домой я решил что-нибудь прочитать. Удивительно, как мимо моего взгляда всё это время проходила небольшая книжка с историей этого города. Сделав себе крепкий чай, я сел по своему уже обыкновению на кухне, напротив окна выходящего на улицу и погрузился в чтение. Вот, что я узнал и что показалось мне важным: Пригород этот построен, на месте бывших археологических раскопок. Собственно, самими археологами он и был построен, всего лет сто назад, мне было плевать на точную цифру, если честно. Достопримечательностей нет, разве что – тот самый театр, который кстати до сих пор где-то гастролирует. Забавно, да? А знаете, чем ещё примечателен этот город? Количеством самоубийств. Не удивительно. За окном снова разыгралась буря с ливнем. Пойду спать. Запись 16. Самый, мать его, чудесный день! Проснувшись с утра, я решил, что мне пора что-то делать с моим душевным здоровьем. Я сел на первый поезд и отправился в сити. Мне ужасно повезло, сегодня меня встретил другой психотерапевт, точнее я перехватил его возле туалета. Я просто вцепился в его халат и не собирался отпускать. Он посмотрел на меня таким взглядом… так не смотрят на человека. Я злился, я плакал, я рыдал на коленях умоляя его помочь мне, но всё, что я услышал было – «Сэр, у вас нет страховки. Пожалуйста, отпустите меня, либо я буду вынужден вызвать охрану». В бешенстве я повалил его на пол и собирался уже размозжить это беспристрастное лицо парочкой крепких ударов, но не смог. Я отпустил его и уселся прислонившись спиной к стене. Он неторопливо поднялся, отряхнулся и предупредил меня, что если я не уберусь из здания за десять минут – он вызовет полицию. Когда я вышел, я был настолько растерян, настолько выпал из реальности, что когда ко мне подошёл бездомный и попросил мелочь – отдал ему все деньги, которые взял с собой. Я понял это уже на вокзале, когда собирался покупать себе билет. К глубокой ночи, кое-как я добрался автостопом до своего района. Всю дорогу водитель молчал, а мне нечего было ему сказать. Мне вообще, кажется уже нечего сказать. Запись 17. Когда всё пошло не так? Что я сделал не правильно? Где я допустил ошибку? Я… Я больше не хочу ничего сюда писать. У меня сотни вопросов и негде найти ответы. Хотя… Кое-что допишу. Мне отключили телефон. Теперь, в случае чего я не смогу связаться даже с экстренной помощью. Хах! Интересно, а от оператора я бы тоже услышал: «Сэр, у вас нет страховки. Ничем не можем вам помочь». Запись 18. Я узнал, что человек, который посоветовал мне съехать из моей роскошной обители, в пятнадцати минутах езды от моей работы, снова в сити. А ещё – его взяли на моё место. Отлично! Отлично!!! Я знаю, теперь я точно знаю, что мне нужно сделать! Запись 19. Через три дня Рождество. Я кое-что выяснил, кое-где поспрашивал, и сегодня купил у одного пухленького, румяного, обладателя ужасной вони изо рта в костюме Санты, пистолет. Он был так любезен, что предложил мне взять его в рассрочку и добавил один полностью заряженный магазин. Правда он мне ласково намекнул, что если через две недели я не занесу остаток денег – его эльфы меня найдут. Ну да, конечно. Эльфы. Вернувшись домой, я решил попрактиковаться в стрельбе. Я отслужил когда-то в армии, но с того времени вполне мог подрастерять навык. Поэтому, я, скинув все покрывала с зеркал, занавесил окна и отвёл душу! Когда я уже собирался ложиться спать, я решил пересчитать оставшиеся у меня патроны. Один. Всего один патрон. Мне хватит. Запись 20. Я пишу эти строки перед твоей дверью. Я хочу, чтобы ты, ублюдок знал, до чего могут довести советы. Советы таких же уродов, как и ты. Я хочу, чтобы это Рождество навсегда осталось в твоей памяти, памяти твоей жены и того мелкого ублюдка. Уже засунул подарок в его носок? Сейчас, я прижму этот дневник к себе, уберу ручку в нагрудный карман, и прижму правой рукой пистолет к своему виску. Через несколько секунд локтём левой руки я нажму на звонок. Ты услышав, что кто-то пришёл с широкой улыбкой пойдёшь открывать дверь дорогому гостю. А здесь я! И я теперь буду с тобой всю твою жизнь. При каждом твоём совете. Каждое грёбанное Рождество. Каждый раз, когда ты услышишь звонок в свою дверь – ты будешь вздрагивать в холодном поту, вспоминая этот вечер. С Рождеством, сукин ты сын!

***