Луиза

Джен
NC-17
Завершён
2
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Глубокая ночь.
Снегопад.
Холодная земля.

Больно умирать.
Тяжело дышать.
Несправедливо.

Не осталось ничего.
Настигла смерть.
Неожиданно.
Посвящение:
Пиздатые заходят, поэтому вам посвещяю.
Примечания автора:
Захотелось и получилось. Не люблю когда умирают, но история мне очень понравилась. Описывать боль, ну не знаю, как получилось. Надеюсь, не говно, а какашка.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
2 Нравится 1 Отзывы 3 В сборник Скачать

Страшно умирать.

Настройки текста
Это был один из самых подавленных дней в жизни Луизы. На ней висело что-то, когда-то называвшееся платьем, а поверх неё порванная тряпка, что едва закрывало её ноги от холода. Ее кожа смуглая, покрытая едкими мурашками, покраснело. Уткнула голову в тряпку, прижавшись к сыну. Сидели они рядом с холодной печкой, обнялись чтобы хоть чуть-чуть ощутить тепло человеческого тела. Через дырявое окно, в мрачную комнату просачивался луч света, а вместе с ним и холодный ветер. Это был третий день без еды и воды. Не то чтобы даже печь зажечь. Последняя надежда — это муж Генри. Уходит утром, приходит только после полуночи. Уходит в другое село, выпрашивать хоть что-нибудь, что можно было съесть. Зима длится уже шесть месяцев. Деревня осела, нет еды и теплого дома. Все бедные то умирают от голода, то от морозного холода. Но есть люди, зовущиеся богачами, которые даже под страхом смерти не дадут даже крошки. Луиза очень любила сына. Поэтому пересиливая гордость, шла к соседям за какой-то водой с мелкими листьями, что едва ли можно назвать супом. Но в последнее время даже этого не видать. В деревне что она жила, бедных лишь пальцем сосчитать. Другие хлопая дверьми перед носом, лишь отворачивались, брезгуя даже посмотреть на них, бедных. И вот, сегодня третий день без еды. Перед глазами плывёт, даже малейшее движение приносит адскую боль, конечности почти не чувствуются. Одним словом — смерть. Удерживает её здесь только сын. — Боже правый, за какие грехи Бог посылает нам такие мучения? Заплакала. Горькие слёзы скатились по её потрескавшемуся лицу. Помимо голода, Луизу мучает еще одна проблема, которая не дает покоя уже как два дня. В один из дней, когда Генри уже ушел попрашайничать, пришла родная сестра Луизы. Имя её Ран. — Ты уже столько прожила с этим негодяем. Хватит мучиться. Ты хоть о себе подумай, — сказала. Чтобы привлечь внимание сестры, она предложила пойти в жёны Осипу. — Богач из одной деревни. Не осталось детей от предыдущей женщины. В этом году сорок лет приходится. Выйдешь за него, будешь себе хоть принцессой, хоть королевой, — сказала Ран. А фраза вылетевшая из уст сестры, «Бросай этого Генри, лучше выйди замуж за Осипа», кажется, окончательно добила Луизу. — Ран, дорогая, что ты такое говоришь… Так и прошли два-три месяца, голод стал почти невыносимым, а Жерар горько плакал, просил еды, что сердце сжимается болью, и вспоминаются слова Ран. Она и сама не понимает, будет ли её решение полезным, если она согласиться. Но постоянно думает об этом, сама не понимая причины. И опять Ран стоит на пороге, смотрит с жалостью, не выдерживая, заплачет. — Что я тебе говорила, Лу? Помрёшь же ведь… Луиза внутри замялась. С одной стороны если выйдет за Осипа, то про голод можно и забыть, еще и Жерара прокормит. Но с Генри они прожили столько невзгод. Не то чтобы любили, но стояли друг другу опорой. А Ран тем временем продолжила: — Так и до смерти недалеко. Спасти тебя даже мы не можем. Сами-то еле-еле жизнь тянем, и то благодаря Осипу. А теперь просто перестань пререкаться и иди к нему в жёны. Луиза вздрогнула. — А что будет с Жераром? — Господи, сестра, сначала про себя подумай, а дальше посмотрим. Ран решила хоть как-то заинтересовать сестру. — В его доме такие блюда, что аж слюни текут. И когда я рассказала ему про тебя, то он как начал голосить, что станет самым счастливым человеком. Луиза услышав про еду, проглотила скопившуюся слюну. Сидела и ёрзала, а слова «выйду за него» то и дело пытались вырваться из её рта. Рядом сидевший Жерар задвигался, и высунул голову наружу. — Мама. — Да, дорогой, что-то случилось? — Папа еще не пришел? — Чёрт дери твоего отца, — выдохнула. Ранним утром ушедший Генри всё так и не возвращался. Уже солнце садится. Сильная буря закончилась, и солнце залило в единственное дырявое окно, бросая последние лучи в комнату. Луиза сидела в обнимку с сыном рядом с холодной печкой, на миг задумалась, собирая мысли воедино и решилась. После ухода сестры, её мысли занимал лишь Генри. Вспоминала давние времена. …Лето. Темные короткие волосы, загорелая кожа, глаза цвета тёмного шоколада и высокий рост. Окружающие шептались за спиной о его внешности, но лично Луизе она нравилась. Впервые увидев его, она была уверена в нём. Оба хорошо ладили, поддерживали друг друга, даже мыслили одинаково. Будто созданные друг для друга. Всегда волновалась в его отсутствии, желая чтобы он вернулся поскорее. И сегодня она собирается его бросить. *** Дверь медленным скрипом открылась, объявляя спящим о пришедшем человеке. Генри сгорбившись, аккуратно присел рядом с женой и сыном и облегченно выдохнул. Луиза посмотрела на него и расстроилась. Мужчина не говоря ни слова, положил голову в её тёплый бок, стараясь отдохнуть. Прошло много времени. Ночь окутала весь дом. Луиза сидела, будто задумалась и, резко, испуганным голосом окликнула. — Эй. Голос её был странный, словно обреченный. — Что случилось? Женщина замялась. Слова уже давно подготовленные, не желали никак выходить. Заплакала. — Ты хотела что-то сказать? — Да так, просто… сегодня приходила Ран. — Зачем? Луиза захлебнулась горькими слезами. — Да что случилось, скажи уже! — Что мы будем делать дальше? — Мне-то откуда знать? — Мы умрём? — Умрём, скорее всего. — Мы… — голос дрогнул. — Может будет лучше, если бы разойдемся? Генри застыл, даже дышать перестал. Дом окутала напряженная тишина. Лунный свет просачивался сквозь маленькое окошко. — Женщина, ты хоть поняла что сказала? — Да! — Это тебе Ран сказала? — Да. — А что будет с Жераром? — не выдержав, заплакал. — Этот голод. Чёрствая жизнь! *** Середина марта. Буря, что не сходила семь долгих месяцев, наконец отступила. Солнце, хоть и не согревало, но очень радовала окружающих, светило ярко. Мороз прошел. Женщина быстрыми шагами ходила по узкой тропинке, то и дело оборачиваясь. Это была Луиза. Прошло уже двадцать дней, как она вышла за Осипа. Ужасный голод убедил ее даже на такой поступок. Вот только нет такой Луизы, которая решила, что избежала голодной смерти. Двадцать дней в доме Осипа были как долгих двадцать лет. Особенно скучала по сыну. Она лишилась самых дорогих себе людей, думала только о своем благополучии. Приходила мысль, что лучше было бы умереть вместе с ними. Воспользовавшись отсутствием Осипа, она ускользнула из дома, чуть ли не бегом направлялась к бывшему мужу и сыну. Луиза несколько раз поправляла бок, в котором сжимала платок с едой. Дошла до дома. Уже бывшего. Она затряслась, когда увидела гору снега под дверью. Она начала озираться по сторонам, стараясь заметить хоть какие-то следы, но ничего не было. Внутри она разревелась, но снаружи лишь нахмурилась. Сдерживая порыв истерики, она направилась к заднему двору, где находилось то самое, единственное окно. Вытряхнула мешающий снег, и посмотрела внутрь через немалую щель. В углу рядом с печкой лежали, обнявшись отец с сыном и Луиза встрепетнулась. Внутри зажглась надежда, из глаз потекли слёзы. Подумала, что они просто спят, и побежала, что только пятки сверкали. — Сын! Сынуля! Вставай! Нагнулась, чтобы поцеловать наконец сына, но глазом зацепилась за бывшего мужа. То есть на его глаза. Пустые и, почему-то, открытые. Луиза испугавшись: — Эй! Что случилось дальше, она и сама не знала, просто прижалась к хладным телам мужа и сына, заплакала.
Примечания:
Говно, говно, говно, знаю. Но я долго работала над этой работой, так что жрите.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Ориджиналы"

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты