Дикая страсть

Стоит ли говорить о том, как Ария не ожидала увидеть недовольное, и даже озлобленное, лицо Кирию около своей комнаты. Он смотрел на волчицу взглядом, словно был готов пристрелить её вот-вот. Однако, смирив его взглядом, Белокур взмахнула своими волосами и попыталась обойти надоедливого студента, но он вновь перегородил ей путь. — Ну что тебе еще надо, Зеро? — потирая переносицу, тряхнула рукой девушка. Она лишь косо наблюдала, как гнев стоящего напротив разрастался. — Что ты сказала Юуки? — грубо рявкнул парень, а Ария лишь изогнул бровь, убирая руку от лица. Она даже особо не разговаривала с ней сегодня, только на уроке танцев обмолвились парочкой слов. Что произошло между этими двумя? — О чём ты? — Не прикидывайся дурой. Ты что-то ляпнула ей, и теперь эта дура не разговаривает со мной, — он вновь совершает ту же ошибку — хватает блондинку за руку, крепко сжимая, словно таким образом он что-то сможет сделать ей. Глупец. — Я ничего не говорила Юуки, — процедила Белокур. Эти их непонятные запутанные отношения начинают доставать девушку, она никак не хотела бы быть связана с их «любовным треугольником», но видимо у этой жизни совсем другие планы. — Не считай, что умнее всех. Что ты задумала? — он дернул девушку так, что она приложилась спиной к стене, несильно стукаясь затылком. Ария вздернула голову, сверкая своими синими глазами, явно намекая, что Зеро переходит черту дозволенного. — Ты, я смотрю, вообще ничему не учишься? У моего терпения тоже есть границы, и я настоятельно тебе рекомендую прекратить вести себя как мудак, — в тон парню отвечает волчица и одной рукой хватает охотника за шею, отодвигая от себя. Его ноздри надуваются от злости, но тут же глаза слегка проясняются, понимая, что добром это не кончится. — И если ты сейчас думаешь вытащить свою Алую Розу, то расстрою — со мной это не поможет справиться, сопляк, — кажется, в такие моменты Ария перестаёт контролировать себя и свою силу, распаляясь подобно костру, а Зеро, словно светлячок, летит на пламя, готовясь сгореть. — Отпусти… — хрипит парень. — Может проблема не во мне, Зеро? — девушка отшвырнула студента от себя, отходя от стены. Она поутихла, глаза вновь приобрели свой естественный белый цвет. — Я с Юуки особо и не пересекалась, кроме танцев, мы с Мизуки провели весь день вместе. Так что, проблема явно не связана со мной, возможно, она в тебе? — скрестив руки на груди, предположила девушка. — О чём ты? — Вдруг, её задолбало корить такого вампира как ты? — насмешливо протянула Ария. Кирию зарычал зверем, на что Белокур хмыкнула. — Или что-то связано с Куренай Марией, не думаешь? — Ты что-то знаешь? — К сожалению, нет, я плохо разбираюсь в вампирских штучках, я больше не беседы люблю вести, а убивать, если ты не забыл, — постукивая указательным пальцем по подбородку, ответила блондинка. — Но она безусловно вызывает подозрения, словно её глаза ей не принадлежат. Она имеет странный интерес к Юуки, пока у меня нет каких-либо предположений. — Если ты узнаешь — говори, — словно отрезал, отчеканил перферкт и без прощания ушел прочь, оставляя охотницу одну в коридоре. «Чёртов безумец…» — пронеслось в голове девушки, но она зашла в свою комнату. Темнота моментально встретила волчицу холодным ветром из открытого окна. Ерунда, она, кажется, его закрывала перед уходом, но может и ошибаться. В любом случае, вряд ли найдется тот смельчак, что попытается ворваться в комнату одинокого горного волка. Внутри было тихо, лишь еле слышимый свист ветра, подергивание штор, а так же беззвучное дыхание сидящего на кровати. — Прошло пару дней, ты только что нашел время для меня? — насмешливо спросила девушка комнату, прикрывая створки. Ария не отрывает глаза от чистого ночного неба, от ярких звёзд. — Были дела, извини, — было ей ответом. Низкий баритон, казалось, был совсем близко, но одновременно далеко. — Как ты только не встретил Зеро? — чуть удивленно спрашивает волчица и оборачивается, прижимаясь поясницей к подоконнику. — Думала, весь коридор заляпаете кровью, сломаете пару стен, мебель… — Я вошёл через окно, мы не встречались, — спокойно ответил Куран, складывая руки на коленях. Он не сводил глаз с силуэта Арии, словно подмечая каждый раз новые детали, сколько бы не видел её, она выглядела всё краше, или это только кажется? — О чём же ты хотела поговорить? — А, точно, — выдохнула она, прикрывая глаза. — Что с Зеро? То есть, я просто не разбираюсь особо в вашей иерархии и способностях, только вводную часть. — Что конкретно ты хотела бы знать? — хоть в его голосе и не было злобы, но чувствовался некий дискомфорт от такого пристального внимания. — Как он обратился. Я знаю, что некоторые вампиры падают до уровня Е, и они все были людьми. Но есть же и те, что не теряют рассудок, — задумчиво спросила Ария. Вот спросили бы её о природе волков, она бы сразу отчеканила всю историю, которой учил её Сильва. — Ты права, весь уровень Е — это вампиры, бывшие когда-то людьми, — согласно кивнул шатен. — И Кирию один из них. Рано или поздно его настигнет участь всех низших вампиров. — Есть ли возможность избежать этого? — Почему ты спрашиваешь? — довольно резко прозвучало в такой тишине комнаты. Ария проигнорировала напор, стягивая пиджак. Она бросила его куда-то в сторону — не важно если помнётся, — Не хотелось бы убивать своего одноклассника, когда он превратиться в животное, — просто ответила девушка, слегка улыбаясь. — Люди не виноваты, что вы, чистокровки, можете кусать направо и налево, обращая их в вампиров. Ария не заметила, как Канаме оказался слишком близко к ней, она не услышала ни шагов, ни как скрипнула кровать. Она видит только горящие рубином глаза, направленные сверху вниз. Куран выглядел довольно широким со стороны, особенно по сравнению с её довольно тонкой фигурой. Его руки оказались по обе стороны от бедер Белокур, а голова чуть опустилась, он хотел смотреть в её глаза на одном уровне. Дыхание в такт. Ария не боялась его, нет, она была даже взбудоражена таким поведением аристократа, короля среди вампиров. — Почему тебя так интересует Кирию Зеро? — чуть наклонил голову в сторону, а Ария усмехнулась, чуть отстраняясь назад. Чувствует холод стекла позади. — Я же говорю, просто не хочу убивать его, каким бы ублюдком он не был, — отвечает почему-то шёпотом, словно кто-то подслушивает их за стеной. — Правда? Хочешь спасти его просто из-за этого? — Канаме всё так же спокоен, но в носу щекотало открытое раздражение, или это было… — Ревнуешь? — прищурилась Белокур, глупо надеясь, что вампир поймет шутку, однако Куран только ближе придвинулся к её лицу, не прекращая исследовать своими горящими глазами. — А что, если и так? — А? — девушка непонимающе уставилась на чистокровного, явно анализируя сказанное. Она все еще ищет подвох в сказанном, но глаза вампира были чисты и честны, а лицо ровное, как каменное. От него пахло пряным вином, вишней и какой-то непонятной угрозой. Нет, он не может причинить ей вреда, но что это тогда? Что задумал этот вампир, придвигаясь к ней так близко? Ария неловко облизнула губы, а потом замерла, поняв, что сотворила. Наблюдает за реакцией вампира. — Очень смешная шутка, Куран, — говорит тихо Ария, но тот и не собирается слушать её жалкие оправдания и прикасается своими губами к чужим. В их поцелуи не было жестокости, а наоборот — он прижимался и сминал губы нежно, осторожно, словно пробуя на вкус, боясь спугнуть. Канаме ждет, когда волчица оттолкнёт его, когда она загорится подобно спичке, но этого не происходит. Желание все больше поглощают его, и он не может сопротивляться этому; было бы неплохо списать данное влечение на кровавую связь их договора, но почему-то казалось, что это никак не влияет на них. Руки аккуратно перемещаются сначала на женские бедра, которые на половину скрыты длинными гольфами чёрного цвета. Жар, разгорающийся между ними, становится сильнее, Ария кладет свои ладони на плечи, выгибается, обнимает за шею. Она хочет прижаться у другому телу сильнее, ощутить то тепло, которого не было до этого. Её губы были почему-то слишком сладкими, словно та съела целый комок сахарной ваты. Канаме проходит широкими ладонями по утонченной талии, сжимает сильнее, слыша сдавленный стон в губах, улыбается, явно довольный сделанным. Его пальцы пробегают по пояснице, поднимаются выше. Ария не сопротивлялась, позволяя прикасаться к себе так развратно и горячо. Они отстраняются друг от друга, Канаме видит, как чуть покраснело лицо охотницы, как глаза стали блистать подобно тем звёздам на небе. Почему-то в груди щемит, словно он делал что-то непозволенное… Да, их связь была довольно порочной, но не грязнее инцеста чистокровных. Предавал ли он чувства Юуки тем, что сейчас происходит в комнате Арии? — А как же твои подружки? Люка и Юуки явно будут не рады такому… — словно читая мысли, протянула Ария, вставая на носочки, так как разница в их росте была довольно заметна. Девушка касается своими губами подбородка и скул вампира, её язык проходится по холодной бархатной коже, опускается на шею. — Их это не касается, — говорит Канаме. Хоть он и пытается сдерживаться, но в голосе проскальзывает дрожь, которая стала заметна лишь острому слуху оборотня. — Правда? То есть, меня завтра не будет подстерегать эта бешенная вампирша? Не хотелось бы причинять столь изнеженной аристократке боль… — говорит Белокур, облизывая чужую шею, распахивая чужой пиджак. — Не важно, — говорит Канаме и рывком прижимает к себе женское тело. Он за одно движение оказывается сидящий на кровати, а сверху, на его коленях, возвышалась Ария, сверкая своими чистыми глазами и яркой улыбкой, да даже её щеки светились в столь густой темноте. Белый пиджак оказывается где-то на полу, тот явно не входил в планы вампира, а вот девушка впереди очень даже да. Ничто не могло сейчас потушить его внутренний пожар, а Ария только сильнее его возбуждала, расстегнув блузку на три пуговицы, чтобы объемная грудь соблазнительно выглядывала из-за ткани. Хотелось оказаться между ними, облизать каждый миллиметр, взять в рот потвердевший сосок… Рука проскользнула под юбку. Ария вздохнула, выгибаясь вперед. она окончательно сняла блузку, оставаясь лишь в лифчике. Такое идеальное тело казалось сказкой или сном, Канаме прижимается губами к ключицам, а ладонями продолжая исследовать то, что было под юбкой. Его пальцы быстро находят трусы, проникая под тонкую ткань. — Ох! Ты быстро… — простонала Белокур, прикусывая свои губы. Ощущения были слишком острыми, она не хотела говорить, но для неё нечто подобное было в новинку. Никогда с ней такого не случалось, и уж тем более у нее не было половых партнеров. Кто вообще будет трахаться с волком? Да и сама не спешила, на первом месте всегда были тренировки и охота. — Ты уже мокрая, — усмехнулся аристократ, двумя пальцами проходя по половым губам. — Не говори такие вещи! — возмущенно прошипела Ария, краснея как рак от стыда. — Почему? — довольно хмыкнул вампир и проходит языком по груди, задевая край бюстгальтера. Он хочет зубами стянуть его, но получается не очень хорошо. — Еще ты очень горячая, там… В глазах мутнело и становилось неразборчивым, Белокур позволяла себе притупит сущность волка, чтобы насладиться этими приятными моментами, этими прикосновениями к её белой коже, к волосам, губам… Она смотрел, как Канаме облизывает кожу рядом с краем лифчика, двумя руками расстегивая застёжку. И вот этот долгожданный момент, кажется, Ария никогда и не смущалась своего нагого тела. Она была идеальной, и ей не было никакого дела до чужого мнения, но сейчас всё почему-то по-другому, словно подменили. Канаме прижимается своими губами к одному соску, всасывая в свой горячий рот. Язык тут же начинает играть с потвердевшей бусинкой, вызывая из горла Арии неожиданный громкий стон. Девушка мгновенно закрыла рот рукой, стыдливо опуская глаза вниз. Канаме, кажется, не был смущен данным инцидентом и продолжал наслаждаться игрой с грудью, ведь второй рукой он нежно массировал идентичную бусинку сбоку. Белокур извивалась словно змея, рукой придерживаясь за затылок вампира. Ей было хорошо и стыдно одновременно, хотя раньше она за собой такого не замечала. — Стой, К-куран… — Почему ты зовёшь меня по фамилии? — отстранившись от покрасневшего от подсасывания соска, спросил аристократ. Он не останавливался от интимного массажа другой груди, ему нравилось ощущать эту мягкость и упругость, которой не мог похвастаться кто-то из Академии Кросс, неужели это так действует кровь волка? — Я… Не привыкла просто называть тебя по имени, — ответила девушка, она уперлась ладонями в плечи и привстала на чужих коленях. — Надо с чего-то начинать, разве нет? — спросил вампир, облизнув губы. Он не отводил голодного взгляда от своей партнерши, видел, как Ария сбрасывает с себя школьную юбку, оставаясь практически голой. Сейчас девушка выглядела как лунная нимфа — её волосы буквально источали серебристое свечение, а глаза отражали уличные фонари, переливались хамелеонами. — Ка… Ка-на-ме-е? — слегка накренив голову в бок, протягивает блондинка. Стоило только назвать одно имя, как она оказывается на кровати. Видит глаза, красные, сверкающие, нависающие коршуном над ней. Но это было приятно, то что он превосходил её сейчас, Ария принимала это как должное, словно это так и должно быть. Отношения, которые не казались странными или порочными. — Ты слишком развратно произносишь моё имя, Ария. Не уверен, что смогу остановиться, поэтому… Скажи сейчас это, скажи, что хочешь остановиться на этом. И я ничего не сделаю, обещаю, — Куран не говорил шёпотом, но голос был довольно тих. Кура не приказывал, потому что это было бессмысленно. Куран хотел, чтобы она продолжила совращать его одним лишь взглядом. — Шутишь? Даже не подумаю, — хмыкает Ария и притягивает парня за шею, кусая за губы. В темноте комнаты было слишком лишь причмокивание и тихое постанывание. Шатен прижимал тонкое тело к кровати, руками обнимая девушку за талию, из-за чего ей приходилось выгибаться на жестком матрасе. Ария одной рукой пробирается ниже, вдоль распахнутой рубашки, по оголенному прессу и натыкается на ширинку штанов. Однако, стоило юрким пальцам задеть молнию, как вампир перехватывает её руку, притягивая к своему лицу. Куран чуть отодвигается от лица волчицы, целует каждую фалангу пальцев, а потом улыбается, замечая, как внимательно Ария наблюдает за ним. — Для начала, хочу убедиться кое в чём, — говорит он. Ария непонимающе уставилась на Канаме, но всё поняла, стоило ему привстать. Пальцы Канаме ловко стягивают трусики девушки, откидывая их куда-то на пол, а сам проходит ладонью вдоль всего туловища — от ложбинки между грудей, до самого лобка. Тело покалывает приятной дрожью, Ария выгибается навстречу холодным пальцам, все еще не сводя своего вспыхнувшего взгляда от красных, неоновых. Их отношения опасны. — И что же… ты… а? Ария хотела было что-то еще сказать, но Куран прервал её своим настойчивым поцелуем прямо во внутреннюю сторону бедра. Никто бы и думать не посмел о том, что чистокровный вампир, король среди аристократии, окажется внезапно между разведенных ног охотника-волка. Канаме спускается своими горячими поцелуями по нежной коже, прямо в самое сокровенное место. Ария прикрыла рот рукой, смущенно наблюдая, как голова Курана двигается рядом с её пахом. Она даже не знала, как себя вести в подобной ситуации, но останавливать нечто подобное тоже не собиралась. Хотелось ощутить, какого это, когда Куран Канаме проводит своим длинным языком между половых губ… Его руки ловко обхватили стройные бедра, приспуская чуть вниз, чтобы было удобно придерживать ноги Арии. — Ох… Господи! — Ария от первого же прикосновения к своей влажной киске откинула голову назад, рукой зарываясь в густых волосах вампира. Приняв данный жест как одобрение, аристократ начал делать движения языком более смело, то замедляясь, то ускоряясь. А когда Ария начинала особо сильно дрожать, то он погружал свой до нельзя длинный язык, словно змеиный, внутрь, ощущая, как девушка начинает мокнуть в разы сильнее. Её соки смешивались с его собственной слюной, и почему-то Канаме казалось, что она на вкус словно сладкий апельсин, с цветочным послевкусием. Это вызывало у вампира смешанное ощущение и он хотел еще сильнее прильнуть к промежности юной волчицы, хотел поглотить её. — Ка-канаме! Это странно! — стонала блондинка, она не могла четко выговорить даже его имя, что уж говорить о длинных предложениях. Её сердцебиение усилилось на столько, что даже Канаме мог оглохнуть от этого звука в ушах — на столько сильно она была возбуждена. — Умоляю! Приподняв нижнюю часть девушки, Канаме заставил её выгнуться так, что ноги висели на его плечах, а туловище частично оставалось на кровати. Ария хотела умереть от удовольствия, что доставлял ей чужой язык, она не видела перед собой уже ничего, кроме этих глаз, кроме самого Канаме, который запоминал каждую деталь на её лице. Кажется, она сходила сума лишь от того, что он смотрит на неё. — Ты такая красивая сейчас… — парень отстранился от промежности блондинки. Его рот был таким влажным, а с губ тянулась тонкая струйка слюны или… не совсем. — Тебе хорошо? Скажи мне, Ария, ты хочешь? — словно змей-искуситель, Канаме вновь оказался в опасной близости от её лица. — Да… Да. Я хочу… Хочу тебя! — шепчет девушка, не зная куда деть свои руки. Она кладет свои ладони поверх щек и целует эти слегка солоноватые губы, проникая языком в чужой рот. Канаме проникает внутрь одним толчком, вжимая Арию в постель. Он знал, что она девственница — они пахли по-другому, даже если не люди. И ему это невероятно льстило, что именно такой как он похитил первый раз, что именно он пометил её, что именно он завладел этим столь развратным телом. Сколько бы Канаме не убеждал себя в том, что кроме Юуки ему никто не нужен, но Ария испортила всё. Её взгляд, её мысли, чувства, её тайны и желания, её сила и принадлежность. Она полностью завладела его мыслями, его… — Стой! Ах! — вырвалось у Арии, когда Канаме оказался слишком глубоко. Ария вскрикнула, ощущая, как всё тело разрывает на части, и то было не болью, нет, это было нечто новым и приятным. Она не могла сориентироваться, не могла сфокусировать свой взгляд на лице вампира. — Действительно хочешь, чтобы я остановился? — говорит насмешливо вампир, утыкаясь в изгиб её шеи. Он нутром ощущал, на сколько разгорячилась её кровь, как быстро она течет по венам, как бешено стучит сердце. Канаме давно не ощущал столь человечных чувств, ведь до сего ему нужно было подавлять лишь примитивные потребности в еде. Но теперь, с появлением Арии, ему хотелось и нечто такого, совсем звериного и горячего. — Хочешь, чтобы я вытащил? Правда, А-ри-я? — столь нежный и насмешливый, но несмотря на это Канаме был довольно аккуратен с её телом. — Нет. Правда нет… Я… Теряюсь в этом, столь новом… Ох! — жмурится от накативших слёз. Это впервые за столько времени, что она плачет перед кем-то, со Сильвой это не считалось, там был другой случай. — Ты сжимаешь меня так сильно… Не могу устоять, — делает влажный мазок языком по шее. Канаме кусает в шею, при этом ускоряя движения своим тазом. Он слышит, как Ария громко вскрикивает от удовольствия, цепляется за его плечи, царапает длинными ногтями его спину. Ему приятно, и он ни чуточки не жалеет, что затеял всё это, и что вообще пришёл. — Чёрт! Канаме! Его наполняет чужая кровь, это тепло распространяется необузданным потоком. Сила течёт в его жилах. Руки бережно поглаживают талию Арии, а губы выцыловывают только что искусанную шею. Всё хорошо, эти раны заживут довольно быстро. — Ария, — шепчет Канаме. Их кровавый секс определенно будет долго еще вспоминаться в голове Арии. — Я хочу кончить… — умоляюще шепчет девушка, открывая заплывшие глаза. Она смотрела на него косо, пытаясь уткнуться в подушку. — Правда? — мужские руки хватаются за бедра, а большие пальцы ласкают кожу. Канаме чуть выпрямляется и кладет чужие бедра на свои. — Тогда я ускорюсь. — Чт… — но договорить было не суждено, так как Ария чуть не прикусила свой язык. Движения вампира казались столь быстрыми и бешенными, что девушка чуть не потеря сознание. Она приподняла свои руки, чтобы удержаться на месте; пришлось упереться ладонями в изголовье кровати, из-за чего всю комнату (а может и не только) на полнили звуки скрипа. — Ах! Невольно, на лице вампира засветилась довольная широкая улыбка-ухмылка лишь от одного вида беспомощной волчицы, что при свете дня кажется столь неприступной и холодной, непокорной. Ему нравилось, какой она становился ласковой, стоит им остаться наедине. — Я кончаю! — взвизгнула Белокур. Оргазм был столь ярким, что тело девушки просто свело судорогой, а пальцы на ногах сжались. Она не могла сдерживать рвущийся наружу стон, а глаза неконтролируемо закатились, из-за чего было видно только россыпь светлячком и искр. Это было так хорошо, что Ария задержала дыхание, пытаясь понять в каком пространстве вообще находится. Внутри только разливалось нечто горячее, кажется, обжигающее внутренности. — Тебе понравилось? — Канаме наклонился к Арии, покрывая лицо нежными поцелуями. — М-м… — простонала всё еще невнятно и слабо, девушка сделала глубокий вздох. Внутри всё еще горел пожар, но уже меньше. — Я совру, если скажу «нет». — Даже если бы ты это сказала, я всё равно узнал бы правду, — говорит он, укладываясь рядом. — Точно, мы же слышим мысли друг друга… — усмехнулась волчица, поглаживая свой живот. — Дело не только в этом. Я бы просто узнал это, — спокойно говорит вампир. Он все еще не мог налюбоваться таким прекрасным ровным лицом, с легким румянцем, мокрыми волосами и расслабленной улыбкой. — Эти ваши вампирские штучки… — Скоро будут танцы, ты же пойдешь на них? — спрашивает Канаме. Он аккуратно перебирал гладкие серебристые локоны волчицы. — Не знаю, что-то подобное не в моём вкусе, так что не уверена, — сказала Ария. Она хотела было чем-то покрыться, но рука Канаме остановила её. Его пальцы проходились по изгибам её тела, задевали соски, оглаживали плавные бока и плоский живот. Ему просто было приятно наблюдать за столь красивым созданием, которое находилось так близко. — Я хотел бы, чтобы бы ты пришла. — Я подумаю. — Тогда, пришлю тебе платье, — говорит вампир и прижимается своим носом к плечу, вдыхая приятный аромат. — А если я всё-таки не приду, не будет жалко? — изогнула она бровь, но вампир просто взглянул на неё. — Для тебя — не будет. — Что ж… Тогда я больше приду, чем не приду. И надеюсь ты убедился, что Зеро меня не интересует, — вдруг сказала блондинка, быстро взглянув на Курана. Тот, кажется, не выглядел раздраженным из-за этого. — Да… Теперь точно никакой Зеро не встанет в наших отношениях, — легко согласился вампир. — Да, точно, ника…кой… Что?!