Little slut

Четверг. 17:55. Звонок в дверь. У Чимина привычка — постоянно приходить за пять минут до положенного времени. Вот и сегодняшний день — не исключение. Вообще, оба парня понимали, что разговор, который им предстоит, будет не из лëгких. У Юнги было такое предчувствие, а Пак просто знал, что ему придëтся рассказать. Они как обычно, пошли на кухню, но надолго там не задержались. Взяв алкоголь и еду, они направились в гостиную. Возможно, может сложиться ощущение, что парни пьют, не прекращая, но это не так. За время их знакомства, а это примерно месяц, Мин с Чимином пили раз шесть-семь. Немного, в общем. — Кто начнëт первый? — спросил Юн, разливая вино по бокалам. — Давай ты. — Хорошо. Я родился в маленьком провинциальном городке, где-то на окраине США. Однако, на долго мы там не задержались и переехали сюда. Жили мы хорошо, дружно, но, узнав о моей ориентации, родители оборвали любое общение со мной. Забавно, — мятноволосый ухмыльнулся, — мы живëм в одном городе, но такое ощущение, будто их и вовсе нет в живых. Я просто перечисляю им каждый месяц деньги и, в общем-то, на этом всë. Братьев, сестëр нет. Друзей тоже. Живу самой обычной жизнью. После рассказа Юнги они какое-то время помолчали, но старший напомнил: — Теперь твоя очередь. Чимин выпил бокал вина и, собравшись с мыслями, начал: — Наша семья всегда жила в этом городе. Денег у нас было крайне мало, иногда даже на еду не хватало. Отец — абьюзер, постоянно избивал и мать, и меня. Мамы не стало довольно рано, мне тогда только исполнилось шесть. Папа бухал, занимал деньги в долг, проигрывал их в карты и казино. В какой-то момент ему просто отказала печень, и он умер. И весь его долг, который в сумме составлял около миллиона долларов, повесили на меня. По началу, когда мне было тринадцать-четырнадцать лет, я стал воровать и перепродавать вещи. Тех денег вполне хватало и на жизнь, и на оплату долга. Это продолжалось три года. Как-то раз меня поймала полиция, и с воровством пришлось завязать. Но, как ты уже знаешь, я нашëл другую работу. Сначала это было не законно, ведь я был несовершеннолетним. Но руководители гей-клуба быстренько подделали мне документы, где увеличили мой возраст на пару лет. С тех пор в моей жизни не было никаких кардинальных изменений. Как-то так. Юнги долго думал, что ответить Паку. Пожалеть? Выразить свои соболезнования? Или сказать, что свою жизнь выбирает каждый сам, и нечего тут искать оправдания? — И почему ты решил выбрать столь… Специфичную профессию? После этого вопроса младший заметно погрустнел, и в его глазах появился малозаметный страх. — Мне очень интересно, как так вышло, правда, но если ты не хочешь говорить, то ничего страшного, — Юнги понимающе улыбнулся. И от этой улыбки почему-то захотелось поделиться с ним тем, о чëм он никому никогда не рассказывал. — Я уже упоминал, что меня чуть не посадили, — он остановился на несколько секунд, возможно минут. Он не знал точно. И в этот промежуток на его глазах выступили слëзы. — В тот день меня отвели в участок, где было трое полицейских. Когда они увидели меня, то странно переглянулись и вышли из кабинета на пару минут. А потом… — его голос начал дрожать. Он шмыгнул носом и продолжил, — потом они зашли и закрыли дверь на замок. Они… Они сказали, что есть способ избежать тюрьмы. Я тогда мало чего понимал, и поинтересовался, как это возможно. Один из них подошëл ко мне слишком близко и, расстегнув первую пуговицу рубашки, произнëс: «Ну же, ты всë прекрасно понимаешь». — Тут Чимин уже не мог сдерживаться и заплакал. — Они изнасиловали меня. Втроëм. По очереди… — Мин до последнего надеялся на другой конец этой истории. Он сам слушал, сдерживая слëзы. — После того случая я долго не мог выйти на улицу. Всë время плакал. По ночам мне снился один и тот же кошмар. Всë это время я, естественно, не работал, а долг отдавать надо. Я очень долго думал над вариантом, который привлекал меня зарплатой и пугал своей сутью. В конце концов я подумал, что мне нечего терять и устроился в клуб. По завершении истории Юнги заключил младшего в объятия. Ему хотелось защитить его от всего этого жестокого мира. Чимин плакал, не успокаиваясь. Просидели они так долго, очень долго. И сидели бы ещë дольше, если бы старший не услышал тихое посапывание. Взглянув на Пака, он убедился в своих догадках. Чим заснул, уткнувшись лицом в грудь Юнги. Старший аккуратно подхватил Чимина и отнëс в спальню. Уложив его на кровать, хозяин квартиры отправился ночевать в гостиную на диван. Он до сих пор не отошëл от рассказа своего парня. Он не мог понять, как люди могут быть настолько жестокими. В крайне неприятных и пугающих мыслях Юнги всë же удалось уснуть ближе к четырëм часам утра.