Little slut

Пятеро парней сидели за столиком какого-то уютного кафе. На столе стояли четыре кружки с чаем и одна с кофе. Друзья что-то бурно обсуждали, поедая свои десерты. — Кстати, а как вы познакомились? — жуя эклер, поинтересовался Чимин. — Хм, рассказывай, — ухмыльнулся Чонгук, покосившись на своего парня. Да, Тэхëн оказался би. У него есть парень — Чон Чонгук. Он младше Кима на три года, учится в колледже. Когда Чимин узнал об этом, он настоял на знакомстве и ни разу не пожалел. Гук оказался весëлым, энергичным и уверенным в себе парнем. Правда, бывал иногда грубоватым, но это проявлялось не часто. Он отлично вписался в их небольшую компанию. Впрочем, как и Хосок — тренер Чима. За достаточно короткое время они стали настоящими друзьями. — Что ж, ко мне обратились окутанные горем родители. Со слезами на глазах они просили исправить их сына. Они описали Чонгука, как эгоиста, неблагодарную мразь, которой плевать на всë и всех. И ведь пока я его в жопу не трахнул, не успокоился же, — на такое заявление единственный любитель кофе в этой компании подавился своим напитком и явно засмущался. — Ну ничего, я надолго в долгу не остался… — пробурчал Чонгук, и пришло время Тэхëну краснеть. — Ну вы даëте, — подал голос главный натурал. — Одна история красочнее другой. Ладно, пойду я. А то кто будет спасать мир от ожирения? — Да иди ты уже, герой, — хмыкнул Мин, провожая приятеля взглядом. — А вы не хотите к нам в гости? — Было бы неплохо. Гукки, ты как? — Я не против. — Официант, будьте добры счëт, пожалуйста. *** По приходе домой, старшие куда-то отлучились, сказав, что это ненадолго. В принципе, никто против не был, поэтому обошлось без претензий и недовольств. Чимин с Чонгуком решили посмотреть фильм. И всë вроде бы хорошо, но Гук себя вëл крайне странно. Он был очень рассеянным, нервным, постоянно оглядывался на дверь, будто боялся чего-то. Одним словом, был совсем не похож на себя. Но больше всего внимание Чима привлекли его руки. Они постоянно тряслись. Как бы тщательно Чон не пытался скрыть это, младший всë равно заметил. — Воды? — А… Что? — Я говорю, пить будешь? — чуть громче повторил свой вопрос Пак. — А, да… Да, давай. — Всë хорошо? — наливая воду в стакан поинтересовался Чимин. — Да, всë хорошо, — протараторил Чонгук, принимая из рук друга воду, — спасибо. Какое-то время они посидели в тишине. Чим очень внимательно наблюдал за поведением гостя. Где-то он уже видел это. — Открой окно, — прочистив горло, подал голос Гук. — Тебе жарко? — Да, очень. Открой уже это блядское окно! — чуть ли не проорал Чон. — Ладно-ладно, чего орать то? Чонгук откинул голову на спинку дивана. На его лице выступили капли пота, а грудная клетка быстро ходила вверх-вниз. Стук его сердца был слышен даже на расстоянии трëх метров. Чимину эта картина казалось жутко знакомой, но он никак не мог вспомнить, где еë видел. — Что?! — не выдержал Гук, когда заметил пристальный взгляд Пака на себе. — Ничего, — обиженно буркнул Чимин, отвернувшись. Когда Чон поднялся с дивана, чтобы отлучиться в уборную, на пол упало что-то лëгкое и очень маленькое. Повернув голову на этот объект, у Чимина пропал дар речи. Это были белые таблетки, находящиеся в небольшом пакетике. До младшего дошло не сразу, но когда он понял, то воспоминания ударили в голову. Раздражëнный отец метается по квартире в поисках очередной дозы. Его трясет, бросает то в жару, то в холод. Каждый раз, когда маленький мальчик попадался ему на глаза, он с силой откидывал его со своего пути. Семилетний Чимин пытался остановить своего папу, но лишь получал сильные удары. Он плакал, кричал, но не бросал своих попыток остановить отца. Бывало, такие вечера заканчивались потерей сознания, но мальчика это не останавливало. В столь юный возраст он уже все понимал. И знал, что эти отвратительные вещества могут стать причиной смерти единственного родного человека Чимина. Его папа также сидел на диване, его руки также тряслись, он также орал на Пака по любому поводу. От осознания того, что Гук — наркоман, Чиму стало плохо. Он медленно поднял на застывшего Чона свой взгляд, от которого самому Чонгуку стало не по себе. Это был взгляд, полный боли, разочарования и непонимания. — Это… — охрипшим голосом начал Пак, но так и не закончил. — Только попробуй кому-нибудь сказать, — прошипел старший, мигом оказавшись рядом с Чимом и за ворот подняв того с дивана. — Зачем? — его голос дрогнул, а глаза наполнились влагой. На этого ангелочка совсем не хотелось орать, и тем более угрожать ему. Но Гуком в данный момент управляла ломка, с каждой секундой становившаяся всë сильнее. — Я тебя предупредил. Ты понял меня?! — он с силой толкнул младшего на себя, при этом не отпуская верхний край его футболки. — Д-да… — Вот и чудненько, — выплюнул Гук и скрылся в ванной комнате. Чимин медленно опустился на диван, не в силах прийти в себя. Он и малейшего понятия не имел, что ему теперь делать. А главный вопрос, который его мучал, — как помочь Чонгуку. У него был опыт встречи с наркоманом, но закончился он плачевно. Чимин даже не знал, что его другу навредит больше: вмешательство Пака или его бездействие. Выйдя из ванной, Гук молча сел на диван. Послышался звук открывающейся двери и весëлые голоса парней. Чон посмотрел на младшего убийственным взглядом, жестом приказывая молчать. — Чего такие хмурые, — радостный Тэхëн точно не вписывался в атмосферу, которая царила в квартире. — Всë хорошо, — быстро проговорил Чим, поднимаясь с кровати. — Я, пожалуй, пойду прогуляюсь. Он только направился в коридор, как тут же врезался в Мина в проходе. — Малыш, ты чего? — ласково поинтересовался Юн, слегка растрепав чиминовы волосы. — Ничего. Я пойду, — он как пуля обулся и вылетел из квартиры. — Я тоже, — буркнул Чон и вышел следом. — И чего это с ними? На вопрос Тэхëна Мин лишь пожал плечами. — Ладно, пошли на кухню. *** Ни часовая, ни двухчасовая и даже ни трëхчасовая прогулка не помогла Чимину успокоиться. Он обошëл уже бóльшую часть города, а ответов на его вопросы так и нет. Рассказать всем, что произошло? Или не стоит? Конечно стоит! Но есть одно «но». Чим боится. Боится, что Гук может его попросту убить, ведь его состояние под действием веществ невменяемое. Да, Чимин — эгоист. Сейчас он думает только о своëм благополучии. Но пересилить себя он не может. В этот день он принял непростое и сложное для себя решение — промолчать.