Little slut

Единственный вопрос, которым задавался Чимин: «Почему я всë ещë жив? Я просто хочу умереть, и даже это у меня не получается. Неужели я настолько неудачник?». Он не попал в рай, не попал в ад, не стал вечно скитающейся душой, он просто очнулся в своей ванне. В отвратительно холодной воде красного цвета. Он, честно говоря, был в недоумении. Все его старания насмарку. Он плакал. От безысходности. Жить не может, умереть тоже. Что может быть лучше? Аккуратно встав на ноги и спустив воду, он начал медленно смывать с себя следы прошедшей ночи. Неимоверная слабость в теле мешала, а раны сильно щипали и кровоточили под струями воды. Закончив водные процедуры, он отправился в комнату обрабатывать порезы. Странное действие для суицидника. Несколько следующих дней он, не выходя из дома, пролежал на кровати. Чимин ничего не ел, лишь изредка пил воду. Нормально спать он не мог, постоянные кошмары мучали его практически каждую ночь. Он не жил, просто существовал. На восьмой день, посмотрев на календарь, он понял, что пора платить долг. Как он и говорил ранее, у него остались некоторые накопления, которые позволили жить полтора месяца без нужды устраиваться на работу. Приведя себя в порядок, он вышел на улицу, ничуть не радуясь хорошей погоде. Пак был похож на призрака: неестественно бледная кожа, огромные тëмные круги под глазами, болезненная худоба, медленные, уставшие движения, красные глаза… Некоторые люди с испугом смотрели на него, а один молодой человек даже спросил: «Вам плохо? Может, скорую?». Любезно отказав, Чимин продолжил свой путь и вскоре прибыл в место назначения. — Мистер Холз, здравствуйте, — поздоровался Чимин, слабо улыбнувшись. — Добрый день, Чимин! — увидев младшего, Джеффри сразу начал рыться в своëм столе, будто что-то искал. — Здесь на 3 месяца вперëд, — он положил аккуратный белый конверт на стол и собирался уходить, как его остановили. — Постой, постой. Твой долг погашен. Вот, человек, внëсший оставшуюся часть, просил передать тебе, — мистер Холз протянул ошарашенному Паку конвертик, в котором лежало что-то толстое. — Что это? — Я не знаю. Повертев вещицу в руках он увидел красивую ровную надпись в уголку: «Пак Чимину». Вопросов возникало всë больше, поэтому он, нисколько не медлив, открыл конверт. Внутри лежали неприлично большая сумма денег и письмо. Дрожащими руками он развернул листок и начал читать. «Дорогой Чимин, здравствуй. Я долго думал, как поступить правильно, и решил, что это будет лучшим поступком. Тебе больше не придëтся жить в вечной бедности и мыслях, как бы скорее погасить долг. Я тебе соврал. Я не менеджер по продажам, я владелец крупной компании. Поэтому, не переживай по поводу размера суммы, для меня это не очень большие деньги. Я тебя очень прошу, пожалуйста, не возвращайся в бордель. Устройся на нормальную работу, сними хорошую квартиру и живи в своë удовольствие. Этих денег должно хватить на первое время. Я очень хочу, чтобы у тебя было всë хорошо. Всë в твоих руках, Чимин. Прощай. Мин Юнги.» Под конец письма слëзы сдерживать было невозможно, поэтому Чимин расплакался прямо в кабинете у Джеффри. Мистер Холз был так занят какими-то бумажками, что не сразу заметил всхлипы со стороны младшего. — Чиминни? Ты чего? — Мистер Холз… — Пак посмотрел на мужчину глазами щенка. — Чимин, что случилось? — он тут же подошëл к юноше и слегка приобнял его. — Как Вы думаете, он простит меня? — А… Думаю, да, — честно говоря, Джеффри понятия не имел, что за ссора произошла между Чимином и молодым человеком, который в их встречу представился как Юнги, но поддержать Пака стоило, поэтому он решил дать положительный ответ. — Спасибо Вам большое, и… До свидания? — До свидания, Чимин. Удачи, — с улыбкой произнëс мистер Холз и глазами проводил убегающего юношу. Всë-таки ему будет не хватать Пака. Но он искренне рад, что мальчишка окончательно разобрался с долгом. *** Парень без оглядки бежал по знакомому адресу. Он не обращал внимания ни на ветер, из-за которого слезились и щипали глаза, ни на воздух, которого критически не хватало. Он сильно волновался, но при этом был полон решительности. Добежав до нужного дома, Пак пулей поднялся на седьмой этаж и с силой стал колотить по двери. — Что ж такое делается… Молодой человек, перестаньте стучать в дверь! Кто Вам нужен? — из соседней квартиры вышла крайне недовольная бабушка. На вид ей было лет шестьдесят. — Здравствуйте, а-а-а… Мин Юнги. Мне нужен Мин Юнги. — Нет его здесь. Он уехал пару недель назад. С сумкой… Наверное, в другой город. В этот момент хрупкая, маленькая надежда на примирение в Чимине рухнула. Уехал… Получается, это конец? Как в трансе, он попрощался с незнакомой женщиной и вышел на улицу. Свежий холодный воздух чуть отрезвил его, и он решил предпринять последнюю попытку. Вызвав такси, он поехал туда, где, как ему кажется, может быть Мин. Хлопок двери машины, лестница, дверь, звонок, ожидание. — Чимин? Мы не ожидали тебя здесь увидеть… — Добрый день, миссис Су Вон. Юнги здесь? — глаза Пака выражали всю боль, переживание и надежду. — Проходи, — тихо сказала она и отошла от двери, давая Чимину войти внутрь. — На балконе. На ватных ногах он преодолел расстояние длиною в семь метров и аккуратно открыл дверь дрожащими руками. Сердце готово было остановиться в ту же секунду, но Чимин ни разу не подумал о том, чтобы уйти. — Мам, я же сказал, что хочу побыть один. — Это я… Чимин, — тихо-тихо подал голос Пак. Около двух минут они молча стояли. Чимин смотрел на Юнги, а старший упорно не поворачивался в его сторону. Пересилив себя и собравшись духом, Мин всë-таки развернулся к Паку, показывая свой уставший и болезненный вид. Этот разрыв сказался на них обоих. Такие же безжизненные глаза, такая же чересчур бледная кожа, такие же синяки под глазами… — Прости меня, пожалуйста, — младший рухнул на колени перед юнги, опуская голову. — Я должен был всë рассказать с самого начала. Я знаю, что ужасно поступил, но я не могу без тебя. Я тебя очень сильно люблю! Прости, пожалуйста, прости. — Чимин, — он одним движением поднял Пака с пола, ставя на ноги и заставляя смотреть ему в глаза. — Я тебя тоже люблю… — Мин прижал ничего не понимающего парня к себе и стал успокаивающе гладить по голове и спине. — Пожалуйста, возвращайся домой, — он с мольбой посмотрел в такие родные глаза, выжидая ответа. — Конечно… Конечно я вернусь, — Пак стал вытирать слëзы со своего лица, и рукава свитера, будь они прокляты, сползли вниз. Взгляд Юнги ненароком зацепился за свежие шрамы, что шли вдоль и поперëк вен. На несколько секунд повисла давящая тишина. Чимин от страха закрыл рот свободной ладошкой, а Мин схватил его руку, с ужасом всматриваясь в порезы. — Маленький мой, я так виноват перед тобой… — впервые Пак видел слëзы на лице своего парня. — Прости меня, — он вновь прижал младшего к себе, ещë долго не отпуская. — Я говорил, что они помирятся, — тихо шепнул на ухо своей жене Мин-старший. — Да, ты был прав. Они и в правду созданы друг для друга, — счастливо проговорила женщина, улыбаясь. Простояв ещë пару минут в своëм укрытии, родители Юнги отправились на кухню заваривать чай.