Чёрноволосое безумие

      Было понятно, что к вечеру на пальцах рук появятся мозоли, ибо записывать материал под диктовку Снейпа было тем ещё вызовом. Особенно в первый учебный день после каникул. Девушка отвлеклась на падающие снежинки в окне. Белые хлопья медленно кружились в холодном воздухе и аккуратно ложились на землю, добавляя сугробам ещё больший объём. Иногда резкие порывы ветра заставляли их носиться с бешеной скоростью, но затем всё затихало и успокаивающая картина за окном восстанавливалась. — Мисс Лестрейндж, я полагаю, сегодняшняя тема вам не нужна? — сердитый взгляд профессора, а после его слов и всего состава учеников, сверлили Альциону. — Прошу прощения, профессор. — она опустила голову в тетрадь и приготовилась записывать дальнейшую лекцию, параллельно накручивая прядь волос на палец. — Я тоже люблю снежинки. Обычно я ловлю их языком, когда гуляю. — прозвучал мягкий голос сбоку. Альциона повернула голову к своей соседке по парте. Бледная кожа, блондинистые волнистые локоны и серёжки в виде редисок. Она впервые сидела вместе с этой девушкой. Ото всех вокруг Альциона слышала, что эта ученица психически нездорова или, что она просто сумасшедшая. И Альциона бы не села с ней за одну парту, если бы не отсутствие свободных мест в классе. — Мы с тобой не знакомы. — ответила Лестрейндж. Серебристо-серые глаза внимательно разглядывали лицо слизеринки. Полумне очень нравились чёрные длинные кудри девушки равно как и её большие тёмные глаза. — Да, не знакомы. Но почему же я не могу с тобой говорить просто так? — Альциону удивляло, насколько ангельским был голос блондинки. — Потому что обычно люди не разговаривают со мной просто так. Хотя слово «обычно» явно не про тебя. — беззлобно отметила девушка. Когтевранка улыбнулась в ответ. — Я Полумна Лавгуд, но ты можешь звать меня просто Луной. Лестрейндж смутилась такому жесту. Зачем Полумна знакомится с ней? Неужели её даже не смущает фамилия Альционы? — Знаешь, я думаю, я не очень хорошая подруга… — девушка поспешно начала искать пути отступления. — Ты просто ещё не научилась дружить с людьми. Мне кажется, что на самом деле ты очень хорошая подруга. — Луна протянула руку в знак знакомства. Альциона была полностью ошарашена такой смелостью высказывать всю правду незнакомому человеку. Откуда эта девчонка знала о Альционе такие подробности? Она неуверенно протянула свою руку в ответ, не зная зачем вообще согласилась познакомиться с Полумной. — Альциона. Альциона Лестрейндж. — Приятно познакомиться с тобой, Альциона. Слизеринка, натянуто улыбнувшись, кивнула головой новой знакомой и снова уткнулась в свою тетрадь.

***

— Тебе надо поговорить с Пэнс. Она сама не своя ходит. Уже руки чешутся её хорошенько встряхнуть, чтобы убрать эту грустную физиономию. — Я знаю, Тео, знаю. Я нагрубила ей тогда в поезде и осознаю, что виновата. Но я не знаю как извиниться перед близким человеком. Я не думала, что это окажется так тяжело… Уроки уже закончились и домашних заданий, к счастью, задали немного. Они вдвоём сидели в одном из тупиков подземелий, заполняя коридор табачным дымом. Альциона не знала, почему она решила взять у однокурсника сигарету: то ли из-за того, что ей нравилось выпускать клубы дыма, то ли из-за запрета бесячего братца. Наверное всё и сразу. — Ты должна сказать примерно то же самое, только не мне, а ей. — он развернулся к ней лицом, устроившись поудобнее. — Пэнси, я понимаю, что тебе обидно. Я нагрубила тебе в поезде и осознаю, что виновата. Прости меня. Я не хотела тебя обидеть. Я постараюсь не вести себя как хладнокровная сука и буду стараться быть более искренней к своим друзьям. — пародируя её голос, драматично произнёс парень. — Без последней фразы. — отрезала она. Нотт беззвучно рассмеялся. — Да ладно, тёмноглазка. Я просто намекаю, чтобы ты постаралась не язвить ей во время того, как будешь извиняться, ибо ты можешь умудриться обидеть её ещё больше. — Я поняла. Спасибо тебе. Она спрыгнула с выступа в стене, на котором они сидели и обняла его на прощанье. — Удачи, Цин. — он погладил её по спине и, доставая новую сигарету, смотрел вслед удаляющейся невысокой фигуре.

***

      Альциона нашла её в общей спальне. Пэнси сидела за туалетным столиком и активно размахивала кисточкой с какой-то пудрой. Она заметила подругу в зеркале, как только та вошла в комнату, но не подала виду и продолжила свои процедуры. Лестрейндж уселась на кровать и пыталась вспомнить, как Тео учил её извиняться. Это настолько глупо. Ты одна из лучших учениц Хогвартса, разбираешься в Тёмной магии, а извиниться для тебя равносильно какому-то испытанию. — Слушай, я знаю, что я виновата перед тобой. Мне не стоило так резко отвечать тебе… Извини меня пожалуйста. — почти на одном дыхании произнесла девушка, уткнувшись взглядом в изумрудное покрывало. Пэнси еле сдержала улыбку. Она закрыла коробочку с пудрой, отложила кисть и устроилась рядом с подругой на кровати. — Я знала, что ты винишь себя. И поначалу я правда обижалась на тебя. Но потом… я подумала о том, что раньше ты вообще ни с кем не дружила, и это для тебя в новинку. — на укоризненный взгляд подруги она быстро вымолвила, — Это правда, Цин. Я не могу тебе врать. — положила руку на её плечо, — Тебе просто надо понять, что близким тебе людям свойственно переживать за тебя. Даже если… у тебя в семье это… не принято. — тихо закончила она, тщательно подбирая слова. Альциона снова опустила взгляд. — Ты права. — спустя какое-то время ответила потерявшаяся в своих раздумьях девушка. — Для меня всё это как-то… странно. Пэнси обняла её и, погладив по спине, сказала: — Ты привыкнешь к этому. Я буду помогать тебе, чем смогу. Тебе не обязательно справляться с этим всем в одиночку. Альциона прижалась к подруге в ответ и улыбнулась уголками губ. Получать поддержку от близкого человека оказалось приятно.       Возможно, это был её первый, пусть и не совсем уверенный шаг к раскрытию себя перед другими людьми. В голове возникли мысли о том, что есть на свете те, кому она может довериться, с кем может делиться своими чувствами и мыслями, и что ей не обязательно идти по своему предначертанному пути, не принимая руки помощи ни от кого вокруг. Нарцисса переживает за неё, значит Альциона что-то значит для этой женщины. Пэнси всегда поддерживает её, значит ей тоже не плевать. Тео уже не раз выручал её, значит ему тоже есть дело до неё. Ей придётся переступить через саму себя, сломать все её прежние установки в голове, разрушить её обычный склад жизни, но это определённо того стоит, ведь в итоге с ней рядом будут люди, благодаря которым она точно сможет пройти все испытания жизни. Жизни, неперестающей их подкидывать, каждый раз словно злорадно вопрошая: — Когда же ты сломаешься? Не будет такого. Не дождёшься.