Чёрноволосое безумие

      Из горла вырвался хрипловатый кашель, вызваный слишком уж длинным перерывом в использовании летучего пороха. Она смахнула частички пепла с джемпера и шагнула на ковёр гостиной. Запах дома. Она не могла его описать словами, просто безошибочно знала его. Тут же в гостиной возникли несколько эльфов, выстроившихся в шеренгу, чтобы встретить хозяев, однако, завидев кто именно прибыл в поместье, их лица тотчас расплылись в счастливых улыбках и они подбежали к Альционе, заключив её в свои объятия. — Госпожа Альциона! Вы вернулись домой! — наперебой восклицали радостные мордочки. — Здравствуйте, мои хорошие. — на лице Лестрейндж расцвела искренняя улыбка. Ей были очень дороги существа, проводившие с ней всё её детство. Она присела на корточки, скинув сумку на пол, и обняла всех эльфов по очереди. «Увидела бы это Белла, убила бы меня на месте» — Разойдитесь! Что вы пристали к госпоже Альционе? Госпожа ведь только что прибыла домой! — раздался хриплый голосок Докки. Домовики виновато опустили головы и со смущёнными улыбками отошли от девушки. — Докки, не горячись. Я очень рада всех вас видеть. — она подошла к стоящей поодаль эльфийке и снова опустилась на корточки, раскрывая руки для объятий. — Даже не обнимешь меня? — с ухмылкой спросила Альциона. Докки хоть и была самой строгой и ответственной эльфийкой, но к Альционе всегда относилась с особенной теплотой. Она обняла ручками тело девушки и прошептала: — Докки тоже очень рада видеть госпожу Лестрейндж. Закончив со всеми приветствиями, эльфы тут же бурно начали заниматься приёмом молодой хозяйки. Подхватили её сумку с пола, разложили все вещи по шкафам и полкам, трансгрессировали на кухню и принялись готовить лучший ужин, на который только были способны.       Альциона не спеша проходила комнату за комнатой, коридор за коридором, лестницу за лестницей. Весь дом, как обычно, находился в идеальном порядке. Дойдя до своей спальни, она с наслаждением надавила на ручку двери и зашла в родную ей комнату. Тёмные обои, камин, туалетный столик, огромная кровать с балдахином и множеством подушек, комод, резное зеркало, письменный стол: всё неизменно стояло на своих законных местах. Девушка открыла дверь, ведущую в небольшую гардеробную, и пробежалась глазами по полкам. «Чёрный, чёрный, изумрудный, серый, чёрный, белый, чёрный…» «Разнообразие зашкаливает» Но её всё устраивало. Альциона терпеть не могла ярких цветов в своём гардеробе. В детстве её любимым цветом был лиловый. В детстве. Детство прошло. Однако интерес, бурлящий внутри неё, всё-таки перевесил. Лестрейндж села на колени и наклонила голову к полу, ища под самой нижней полкой чёрную бархатную коробку. Взгляд тёмных глаз остановился на нужном предмете. Она вытащила коробку, смахнула пыль с крышки, вздохнула и открыла её. Её руки потянулись к первой лежавшей вещи. Розовое платьице с кучей рюшечек, сшитое эльфами на её седьмой день рождения. Это был первый день рождения без родителей. Эльфы всеми силами постарались устроить девочке настоящий праздник, ведь до этого она, можно сказать, и не праздновала свои дни рождения вовсе. Она совершенно чётко помнила, как обычно проходило 27 августа в поместье Лестрейнджей. Приходили партнёры по делам и друзья родителей. Некоторые из них даже приносили подарки для маленькой именинницы, на что она отвечала кратким плие и вежливым «Благодарю вас», как учила её Докки, но в основном взрослые приходили с бутылками напитков, запах которых Альционе очень не нравился. Они собирались в гостиной, которая по приказу отца была превращена в просторный зал для проведения празднования. Домовики на протяжении всей ночи трансгрессировали из зала в кухню и обратно, пытаясь угодить всем приглашённым. По бокалам разливались те самые напитки, запах которых был столь неприятен для маленькой Альцоны, и распространялся дым из трубок, которые гости держали во рту. Чуть повзрослев, она поняла, что это были ничто иное как коньяк, огневиски, вино, шампанское и табак. После этих напитков как раз таки и начиналась самая нелюбимая часть для девочки. В зале стояли оглушающий гогот и смех. Возникали громкие споры. Под бурные крики случались и драки. И Альциона, спрятавшаяся за большую вазу на входе в зал, смотрела на это всё. Ей было противно и до жути страшно, потому что люди вокруг больше напоминали диких зверей, нежели людей. Она как можно тише выскользала из зала и бежала вверх по лестнице прямо в свою комнату. Из гостевых спален доносились крики девушек и рычание мужчин. Альционе очень хотелось помочь этим бедным девушкам, спасти их от чего-то страшного, но страх гнал её дальше, к заветным дверям своей спальни. «Им наверное очень больно» — думала девочка. Лестрейндж покачала головой и грустно усмехнулась самой себе. Теперь-то она прекрасно понимала, что происходило в тех спальнях. «Это были не крики, а стоны, дурочка. А эти «бедные» девушки уж точно не нуждаются в помощи.» — ответила она маленькой версии себя. Впрочем, именно поэтому она и не любила свой день рождения, не считала его каким-то волшебным и праздничным днём. Скорее наоборот.       Альциона аккуратно сложила розовое платьице на пол и достала еще одно, чем-то похожее на предыдущее, но сей раз лиловое. Когда-то это было её любимое. Она любила одевать его на уроки бальных танцев, которые проводила для неё Докки. Дальше она вытащила тонкую серебряную цепочку с кулончиком в виде полумесяца. Это был последний подарок отца, перед тем как они с матерью исчезли. «Носи его не снимая, слышишь? Возможно, ты потом поймёшь зачем, но я надеюсь, что до этого не дойдёт» — были его слова перед тем, как он застегнул застёжку на шее дочери. И она носила. Носила его не снимая, как он и просил. За всё это время она так и не поняла, зачем он попросил его не снимать. А через пару лет, Альциона сложила его в этот ящик, как напоминание об отце. Она уже и не помнила, что стало причиной такому решению. И вот она снова рассматривает этот серебряный месяц, на задней стороне которого маленькими буковками выгравировано «A. B. L.». «Альциона Беллатрикс Лестрейндж…» Раздался тихий стук в дверь спальни и голосок Мэдди пропищал: — Госпожа Альциона, ужин готов. — Я скоро подойду. Спасибо, Мэдди. — крикнула девушка. Немного помедлив, она всё-таки застегнула подвеску на шее.       Девушка вынула сложенный клочок бумаги, похожий на страницу газеты. Раскрыв бумажку, её глаза уткнулись в напечатанный жирным шрифтом заголовок «ЧЕТЫРЕ ПОЖИРАТЕЛЯ СМЕРТИ ЗАКЛЮЧЕНЫ В АЗКАБАН НА ПОЖИЗНЕННЫЙ СРОК». «Родители, брат отца и Крауч-младший» — мгновенно вспомнила она судимых. Родольфусу пришлось тогда знатно заплатить репортёрам и журналистам, чтобы фотография маленькой Альционы не засветилась на обложках газет под заголовком «АЛЬЦИОНА ЛЕСТРЕЙНДЖ: ДОЧЬ ПОЖИРАТЕЛЕЙ СМЕРТИ ОСТАЛАСЬ БЕЗ РОДИТЕЛЕЙ». И именно благодаря этому, общество ни слова не узнало о существовании Лестрейндж-младшей. Внимание девушки привлёк серебряный предмет круглой формы. Достав его, она поняла, что это были карманные часы и шёпотом прочитала надпись: — Corvus oculum corvi non eruit… «Ворон не вытянет глаз другой вороны» — вспомнился семейный девиз Лестрейнджей.       Символом рода Лестрейнджей издавно является ворон. Ещё в детстве Альциона изучала причину такого выбора предков. В Европе вороны с давних пор связаны с войной, смертью, злом и несчастьями. Из-за своей черноты они считаются символами хаоса и тьмы. Прочитав обо всех, до ужаса кровавых, но действительно поразительных деяниях предков, она поняла, что, возможно, именно ворон прекрасно вписывается в атмосферу Лестрейнджей. Часы принадлежали отцу Родольфуса, который, к сожалению, так и не успел увидеть свою внучку из-за тяжёлой болезни лёгких. Перед смертью старый вдовец отдал эти часы старшему сыну и велел передать их Альционе, в качестве напоминания о нём. Из рассказов отца, девушка знала, что хоть Лестрейндж старший и был одним из первых Пожирателей смерти, он являлся хорошим отцом. Родольфус и младший сын Рабастан проявляли к нему чистое уважение и были с ним в очень хороших отношениях. Она открыла крышку часов. Стрелки из чёрного золота неподвижно стояли на циферблате. Альциона решила, что отдаст их домовику Карону для восстановления.       Переодевшись в пижаму, девушка накинула сверху атласный халат, завязала волосы в пучок и направилась в столовую. Она ещё в коридоре почуяла восхитительный аромат ужина. Эльфы послушно стояли рядом с огромным столом, ожидая хозяйку. — Вы же знаете, что мне не могут не понравится ваши блюда. Не обязательно ждать моего вердикта. — Альциона улыбнулась и села за стол. — Эльфы обязаны убедиться, что приготовили вкусные блюда, госпожа Лестрейндж. — ответила Мэдди. — Приказываю не убеждаться в этом. — подмигнув Мэдди, сказала девушка. — Вы лучше принесите мне проигрыватель с пластинками. Без музыки здесь довольно печально. И да, приведите мне Карона пожалуйста. — Будет сделано, госпожа Альциона. — эльфы поклонились и трансгрессировали из столовой.       У Альционы брови подлетели вверх от обилия еды, которое приготовили для неё домовики. Она одна за этим столом смотрелась, мягко говоря, неуместно. Взяв маленький фарфоровый чайник, Лестрейндж налила себе травяного чая из ромашки и липы, выпив первую чашку почти залпом. В Хогвартсе у неё давно закончился её запас трав и ей приходилось пить обычный школьный чай. Девушка придвинула тарелку любимой пасты с курицей и грибами и принялась за ужин. Через несколько минут появились эльфы с маленьким столиком, проигрывателем и пластинками. — Всё готово, госпожа Лестрейндж. — произнёс один из маленьких существ. — Спасибо. Можете идти. Поклонившись, эльфы вышли из столовой. Взмахом руки в воздухе Альциона выбрала пластинку со сборником её любимых фортепианных произведений и вставила её в проигрыватель. Плавная, успокаивающая музыка начала постепенно заполнять мрачную столовую. Около стола появился Карон. — Добрый вечер, хозяйка Альциона. Чем Карон может вам помочь? — Здравствуй, Карон. Я очень надеюсь, что ты сможешь мне помочь. Подойди сюда. — она достала из кармана часы деда и протянула их подошедшему эльфу. — Это часы моего дедушки. Очень ценная для меня вещь. Но, к сожалению, они перестали ходить. Ты сможешь починить их? — Карон сделает всё возможное. — взяв в руки предмет, ответил он. — И пожалуйста, очень аккуратно, ладно? — Разумеется, госпожа Альциона. Карон понимает, что это очень дорогая и ценная вещь. — Спасибо, Карон. — Альциона кивнула ему и эльф, поклонившись в ответ, покинул комнату. Закончив свою трапезу кусочком лимонного чизкейка, Лестрейндж вызвала всех эльфов и разрешила им доесть ужин, зная, что это запрещено. — Но, госпожа, эльфы не имеют право есть еду хозяев. Это же правило! — сказал один из домовиков. — А я разрешаю. Ужин получился как всегда потрясающим, но я одна не в силах справится с таким количеством еды. — с улыбкой сказала Альциона и вышла из столовой, чтобы не смущать домовиков.       Возвращаясь в спальню, Лестрейндж вспомнила, зачем она, собственно говоря, отправилась домой. Уже уставшая под вечер, она всё-таки решила начать дело как можно раньше. К счастью, библиотека находилась на том же этаже, что и спальни хозяев, поэтому Альциона развернулась и направилась в левое крыло здания. Проходя мимо возвышающихся над полом стеллажей, девушка аккуратно проводила кончиками пальцев по переплетам книг, получая при этом неописуемое эйфорическое удовольствие. Дойдя до секции тёмной магии, она достала палочку и произнесла «Акцио крестраж». Это была главная особенность библиотеки — произнеся после призывающих чар ключевое слово, нужные книги сами доставались с полок. В воздухе образовалась стопка из пяти книг. Альциона невербально наложила на неё левитацию и направилась в спальню.       Устроившись на кровати, она разложила книги перед собой и стала выбирать, какую начать читать первой. Она решила начать с самых толстых, так как вероятность того, что там будет большее количество нужной информации, была выше. Тяжёлая книга в коричневой кожаной обложке под названием «Искусство тёмных сил» оказалась самой толстой и многообещающей. Альциона открыла содержание и поняла, что понятия не имеет, что такое крестраж и к чему из предложенных названий его можно отнести. Прочитать всю книгу за такой короткий срок, даже с её выработанной скоростью чтения, было невозможно. Ей пришлось перелистывать страницы одну за другой, ища хотя бы намёк на нужную информацию. На каких-то абзацах она останавливалась, повторяя материал, который изучала ранее. Лестрейндж чувствовала, что зрение начинает подводить. Строчки расплывались перед глазами, а мозг терял смысл написанного. В конце концов, глаза закрылись на слишком долгий период времени и девушка погрузилась в глубокий сон с книгой в руках.

***

      Никаких криков, топота ног, смеха, перешёптываний, энергичных разговоров: это была абсолютная тишина, прерываемая лишь перелистыванием страниц. После дней в стенах Хогвартса, эта тишина имела оглушающее действие. Скучала ли Альциона по школе? Ни в коем случае. Спокойствие и умиротворение ощущались гораздо роднее и приятнее.       После приятного пробуждения, в коем веке выспавшаяся девушка нашла валяющуюся толстую книгу на полу и поняла, что её чтение пошло под откос. Быстро позавтракав, она поднялась в библиотеку и решила весь день оперативно работать над поиском. Уже несколько часов она сидела в кресле, периодически меняя позу, делала глотки обжигающего чая и пробегала взглядом строчку за строчкой, чтобы не упустить нужный материал. Из трёх прочитанных книг она узнала не более, чем факт того, что этот обряд являлся очень тёмным и его не использовал ни один разумный волшебник. Ни строчки не было о том, как именно проводится этот обряд и каковы его последствия.       Листая четвёртую книгу о темнейших заклятиях и их создателей, она наткнулась на главу о Гарпии Злостном. Она уже встречалась с этим именем раньше и хорошо знала, что он был змееустом, а также одним из сильнейших тёмных волшебников в истории. Сначала Альциона лениво бегала взглядом по словам, не особо заостряя на них внимание, но затем её глаза сверкнули и уставились на строчку одного из абзацев. «Одним из мощнейших его достижений считается создание волшебного артефакта при помощи тёмной магии — крестража.» Она оживлённо, с предельной внимательностью продолжала читать текст. «Для того, чтобы создать крестраж, волшебник должен расколоть свою душу, совершив убийство человека. При помощи тёмного заклинания одну часть можно извлечь из тела и заключить в специально подготовленный предмет — крестраж. Часть души будет сохранена до тех пор, пока остаётся целым сам крестраж. Как только крестраж будет повреждён, часть души будет уничтожена.» Она перечитала этот отрывок шесть раз и только тогда смогла оторвать глаза от строк и подняла взгляд в окно. «Расколоть душу ради бессмертия… Какой в этом смысл?» Но потом ей в голову пришла мысль ещё хуже. «Почему Поттер и Грейнджер пытаются найти информацию о крестражах?! Неужели они хотят сделать это…» «Нет-нет-нет-нет, они бы ни за что не стали этого делать… Тут должно быть какое-то объяснение!» Кудряшка чёрных волос снова начала нервно накручиваться на палец. «Они не станут этого делать. Они не способны на такое.» Но пугающие мысли невольно начали врываться в сознание. Альциона закрыла глаза и стала массировать пальцами виски. Она абсолютно уверена, что двое гриффиндорцев никогда не стали бы убивать. Должна быть другая причина, почему они хотят найти информацию о крестраже. Она выяснит это. Обязательно выяснит.