Сон длиною в жизнь

«Елена Лебедева, 17.13» Ахахахахах, ты серьёзно вместо убийства титанов копалась в земле, да ещё и на пару с Леви? «Мелисса Одинцова, 17.13» Да. «Елена Лебедева, 17.14» Хотела бы я на это посмотреть! Теперь я просто обязана попробовать этот ваш шифтинг. «Мелисса Одинцова, 17.14» Этот ваш? Ты же сама скинула мне статью про него… «Елена Лебедева, 17.14» Не будь занудой, ты поняла. «Мелисса Одинцова, 17.15» Да-да.       К сожалению, сон продлился недолго. Там я провела всего около недели, в то время как в реальности прошло пять часов. Проснувшись, я не сразу поняла, где нахожусь. Осознание пришло спустя несколько минут, похоже мозгу понадобилось время, чтобы перестроиться.       Долгое время считалось, что сон — это пассивное состояние, когда головной мозг «отключается». Однако исследования, проведенные в последнее время, показали, что речь идет об активном процессе, в течение которого происходят большие изменения в мозговой деятельности. Когда человек спит, его мозг работает на полной скорости, он не успокаивается, а обрабатывает информацию.       В общем, это значит, что во время осознанного сновидения мой мозг работал также, как и во время бодрствования, а значит, в какой-то степени спутал две реальности. Поэтому чтобы перестроиться со сна на действительность, как я уже упоминала ранее, потребовалось время. Ещё странно то, что физическая боль после одной из тренировок в корпусе перенеслась и в реальный мир, такого быть явно не должно было, но я предположила, что это снова из-за перестройки мозга со сна на реальный мир.       Придя в себя, я, недолго думая, написала Лене и рассказала обо всём, что со мной произошло за это время. О том, какие всё-таки прекрасные люди в разведкорпусе, о забавных ситуациях, о бумажной работе, о изнуряющих тренировках и о повторившейся панической атаке.       Я как-то говорила, что чуть позже поведаю о причине появления моих панических атак. Так вот…       Мне было четырнадцать, когда мать с отцом уехали в отпуск и оставили меня дома одну на целую неделю. Поначалу всё было хорошо: я приглашала домой друзей, не спала допоздна, заказывала пиццу вместо нормальной еды, да и в целом вела себя как обычный подросток без строгого надзора родителей. А ещё меня навещал Рома.       Рома — друг семьи, которого я знаю чуть-ли не с рождения, на тот момент ему было около тридцати лет. Он был самым обычным, ничем не выделяющимся мужчиной среднего возраста. Работал в сфере маркетинга, раз в год летал на отдых в Турцию вместе с женой и детьми, а по пятницам пил пиво в спортбаре.       Так вот, мы с ним хорошо общались, вместе играли в видеоигры, когда он приходил, и просто разговаривали. В тот день он пришёл вечером, и тогда я подумала, что он решил просто навестить меня, как это было всегда, но когда я открыла дверь, он оказался в стельку пьяным. — Ну чего ты стесняешься, мы же не чужие друг- другу люди. Не переживай, всё будет хорошо. — Остановись, что ты делаешь?! — Так надо, ты только маме не говори, хорошо? Это будет наш с тобою секрет. — Какой ещё секрет? Рома, ты совсем с ума сошёл?! — Мы просто сыграем в игру, хорошо?       Каждым своим действием он приводил меня в ужас. Он делал все медленно, мучительно медленно, будто наслаждаясь каждым моментом и всем происходящим. Он раз за разом оставлял на мне новые синяки и ссадины. Этот человек дарил мне ненужное, омерзительное тепло. Он видел беззвучную мольбу отпустить меня, но лишь прикрывал глаза, рвано выдыхая, будто не замечая, не понимая, о чем я его молчаливо прошу.       Я хотела, чтобы это прекратилось, чтобы он быстрее закончил, вот только он не спешил, будто нарочно, специально растягивая эту пытку. Я кричала, срывая голос, выкручивалась, умоляя его прекратить, отпустить меня. Содрогалась от омерзения каждый раз, когда его губы касались меня. Но он был глух ко всем мольбам, словно не видя, не замечая этого.

Я ненавидела себя за эту слабость.

      В какой-то момент я перестала кричать, оставляя бесплодные попытки вырваться, замолкая. Этому способствовали саднящее горло, сорванный голос и нечеловеческие, ломающие тело судорожные боли. Он уничтожил меня физически, получая от этого извращенное удовольствие, подарив в ответ лишь адскую боль по всему телу, уничтожил морально, втоптав в грязь. Я отрешилась от всего происходящего, замкнулась в себе, сходя с ума от оглушающей, звенящей пустоты в мыслях.       А потом психолог. Практически каждый день я ходила на приёмы к психологу, её звали Анастасия. Хотя сначала я не хотела обсуждать случившееся, но она вызывала доверие, и я открылась. Я рассказала обо всех своих переживаниях, о своих мыслях. И она выслушала. Выслушала всё от начала до конца, не задавая лишних вопросов, после чего просто обняла, словно родная мать. Мы могли разговаривать практически на любые темы, как будто были близкими подругами. Наверное, так и было. Для меня она и по сей день не чужой человек.       Помимо психолога мне на протяжении длительного времени приходилось посещать гинеколога и проходить плановые осмотры. Как мне сказали, я довольно-таки легко отделалась. Ссадины, кровоподтёки, синяки и разрыв девственной плевы. В целом, ничего серьёзного.       Спустя два года посещения психолога моё состояние пришло в норму, если не считать панические атаки. Они возникали редко и при определённых обстоятельствах. Например паническая атака могла появиться при виде пьяного мужчины. Анастасия сказала, что со временем это пройдёт. Я не знала, сколько времени понадобится, но старалась забыть о том дне.       На телефон пришло очередное уведомление. «Елена Лебедева, 17.31» Забыла спросить, ты планируешь и дальше практиковать осознанные сны? «Мелисса Одинцова, 17.32» Естественно! «Елена Лебедева, 17.32» Я и не сомневалась.

***

      Майское солнце припекало голову, а лёгкий ветерок давал надежду на хотя бы небольшое похолодание. Нью-Хейвен не отличался тёплым климатом. Частые дожди и порывистый ветер — идеальное описание для этого города. Поэтому увидев утром +31 °C на термометре, я очень удивилась. Не переношу жару. Мне хотелось провести тот день дома, под кондиционером и с упаковкой вишнёвого мороженого, но университет подпортил мои планы.       Прошло уже четыре дня, но вернуться в шифтинг у меня так и не получилось. Обычно я засыпала, не успев досчитать до ста. Происходило это из-за моего режима сна, а если быть точнее — из-за его отсутствия. К слову, скрипт подвергся небольшим изменениям. Теперь у меня не должно было возникнуть проблем с тренировками, благодаря прописанной хорошей физической форме.       После всего лишь недели, проведённой там, я немного странно ощущала себя в обычной жизни. Чувство отрешённости… наверное, это идеальное описание. Словно я находилась где-то не там, где должна, как будто этот мир был ненастоящим. В медицине это называют синдромом деперсонализации, что является противоестественным состоянием человека, в следствие которого происходит расстройство психосенсорного принятия существующей действительности. Удар.       Мгновение, и на моих глазах произошла авария. Ситуация стандартная: молодая девушка, скорее всего даже подросток, переходила дорогу, при этом смотря в телефон, а в ушах были наушники. Не посмотрев по сторонам, она двинулась прямо, а машина не успела затормозить, вот и всё. Сейчас девушка лежала на земле, здесь есть два основных варианта: либо её не сильно приложило и сейчас она встанет, как ни в чём не бывало, либо она без сознания.       Девушка встала с земли. Я и сама не заметила, как оказалась рядом с ней, схватив её за запястье. — Девушка, остановитесь, давайте вызовем скорую, — сказала я. — Что? Всё хорошо, я пойду, — её зрачки словно застыли на одном месте, а мышцы заметно напряглись. — Вам нужна помощь, — настаивала я.       Весь её затылок был в крови, а тело начало биться в судорогах. Похоже, это третий вариант — тяжёлая черепно-мозговая травма, в последствии которой пациент не понимает происходящего. — Отпусти меня! — закричала она и начала безрезультатно пытаться вырваться. — Да вызовите уже скорую, ну хоть кто-нибудь! — крикнула я в собравшуюся вокруг нас толпу, после чего обратилась к пострадавшей, — Вас только что сбила машина, позвольте мне провести первичный осмотр. — Какая ещё машина, я не понима… — не успев договорить, она упала на асфальт.       Дерьмо. Непонимание происходящего, судороги, кровь из носа и повышенная температура… Скорее всего, это всё же тяжёлая черепно-мозговая травма, а это очень хреново. Нужно было как можно быстрее поставить интубационную трубку или ларингеальную маску, трубка позволила бы воздуху проникать в лёгкие несмотря на запавший в бессознательном состоянии язык. Также следовало иммобилизировать шейный отдел позвоночника, ведь при падении могла пострадать шея.       Меня охватила паника. Я не сразу поняла весь ужас происходящего. Я знала, что нужно делать, но руки тряслись. Я боялась, что из-за моего бездействия умрёт человек, но тело будто онемело. И вот, я просто смотрела на её тело, не в силах пошевелиться.       К счастью, скорая приехала быстро. Они работали чётко и без лишних движений. Немного успокоившись, я решила, что мне стоит пойти домой.

***

      Внести изменения в скрипт было самым правильным моим решением. Я практически не чувствовала усталости во время тренировки с Армином. Физические нагрузки давались мне без особых проблем, что очень радовало. Я не стала прописывать себе супергеройские силы, это было бы слишком скучно. И пусть мне пришлось приложить немало усилий для достижения своих целей — это того стоило.       После той аварии я вернулась домой и легла отдохнуть. Я лежала на кровати и бесцельно смотрела в потолок, размышляя о том, насколько же человеческое тело всё-таки хрупкое. Вот идёт девушка без видимых проблем со здоровьем, и спустя минуту её уже увозят на скорой помощи с многочисленными травмами. Такое может случиться с каждым и даже со мной. Сейчас я здорова, но где гарантии, что через секунду на меня не свалится люстра с потолка? Или я не сломаю ногу спускаясь на первый этаж? Гарантий нет, я могла умереть в любой момент, и это пугало. Пугало и то, что я ничем не смогла помочь той девушке. Я испугалась. Я не могла даже пошевелиться.       Тогда я хотела не думать об этом и оказаться где-нибудь в разведкорпусе. Видимо, это сработало, потому что проснулась я от голодного крика Саши.       Прошло уже два дня, в течение которых я только и делала, что тренировалась вместе с Армином. И знаете, мне это нравилось. Единственное, что мне казалось сложным — спарринги. Физическая форма была хороша, но как использовать её себе во благо я и понятия не имела. Мне было сложно быстро соображать во время боя. Когда лучше уклониться, когда лучше блокировать удар, а когда лучше и самой идти в наступление.       Армин не лучший боец, но он прекрасно объяснял теорию. Благодаря ему и своим познаниям в анатомии, я могла без проблем определить, куда лучше атаковать противника. — Уклоняйся, — выкрикнул Армин во время спарринга, после чего продолжил: — Ничего страшного, ты научишься. Просто требуется время. — Спасибо, что помогаешь! — Да я ничего не сделал, не стоит… — Стоит. Армин, ты правда сильно меня выручаешь, не нужно обесценивать свой труд, — он думал, что бесполезный и ничего не может, но это нет так. Армин прекрасный человек и невообразимый стратег, который за короткое время может придумать план, которому позавидует любой военноначальник. Он вытаскивал Эрена с Микасой из такой задницы, из которой, казалось бы, не было выхода. Также Армина вполне можно назвать манипулятором. Вспомнить даже, как он манипулировал Бертольдом во втором сезоне, говоря, что Энни выбралась из кристалла и подверглась пыткам… Армин не так прост, как все думают, — Так что спасибо тебе за помощь.

***

— Ханджи, у тебя есть что-нибудь от синяков и царапин? — спросила я, заходя в её кабинет.       Девушка аж подскочила от неожиданности. Кажется, она задремала во время работы, потому что на её щеке отпечатались чернила, а резинка, обычно сдерживающая волосы в хвосте, висела где-то на уровне шеи. — Мелисса! — воскликнула она, — Заходи скорее, конечно у меня есть что-нибудь от синяков. Даже если нет, то не переживай, найдём. — Ханджи начала рыться в шкафу в поисках медикаментов, сбрасывая на пол ненужные ей сейчас вещи.       С появлением в моём расписании тренировок всё моё тело покрывали синяки и царапины. И с каждым днём их становилось всё больше и больше. — Держи, — Ханджи протянула мне коробочку с мазью, — А что случилось? — Да так, тренировки.       И почему я наивно думала, что с Армином будет легко тренироваться? Да он с меня чуть ли не три шкуры сдирает, хотя это даже хорошо. Правда, когда у тебя синяки по всему телу, ощущения так себе. — Мелисса, не могла бы ты заскочить в медпункт и передать эти бумаги главврачу? Там важные наблюдения о состоянии раненых, а у меня совсем нет времени отнести их туда. — она отдала мне небольшую стопку бумаг. — Без проблем, тем более я и сама собиралась туда идти, есть один вопрос к принявшей меня в тот раз медсестре.       Отремонтированное больничное крыло меня очень порадовало. Пациенты были распределены в разные части больницы в зависимости от их недуга, палаты были просторными, с новой мебелью и большими открытыми окнами, идеально вычищенные полы и выглаженное постельное бельё, я как будто в платную больницу пришла. Но я была здесь не ради любования ремонтом, первым делом следовало передать бумаги главврачу, что я и сделала, после чего отправилась на поиски лечащей меня медсестры. — Клэрри, подожди, — крикнула я вслед девушке, — Клэрри! — Мелисса, давно не виделись, — улыбнулась она. — Как у тебя вообще дела? Много работы? — поинтересовалась я, в большей степени ради приличия. Клэрри хорошая девушка, добрая и отзывчивая, но меня больше интересовал ответ на мой ещё не заданный вопрос. — Всё хорошо. Работы пока не много, хотя у вас через три дня экспедиция за стену, так что я уже представляю переполненные палаты и запах крови, — Кллэри слегка передёрнуло. — Как через три дня?! Эрвин же говорил через месяц. — Так месяц то давно прошёл. — Не могла бы ты мне напомнить, какая это экспедиция по счёту? — Странная ты сегодня какая-то… пятьдесят восьмая, — приехали. Во-первых, в прошлый раз мне говорили, что это будет пятьдесят пятая вылазка, что не состыковывалось с событиями манги, сейчас мне говорят, что экспедиция носит пятьдесят восьмой номер, что ещё более странно, ведь такой вылазки вообще не было в каноне. Во-вторых, как мог пройти месяц с объявления экспедиции? Шесть дней. Прошло ровно шесть дней. Что-то здесь явно не так. Происходят какие-то путаницы во времени и каноне. Ладно, канон мы опустим, так как я внесла очень много корректировок в основной сюжет при написании скрипта, но время… ничего не понимаю. — Меллиса? Ты меня слышишь? — Слышу. Я чего пришла то, хотела спросить, кто принёс меня к вам в тот день? — давно хотела задать этот вопрос, но не было времени, а сейчас всё так удачно сложилось с просьбой Ханджи. — В какой день? Ааа, когда тебя принесли в бессознательном состоянии? Капитан Леви. Он принёс тебя и попросил позаботиться. — Ясно, нужно будет поблагодарить его.

***

      Я волновалась. Сильно волновалась. Было очень жутко представлять скорую встречу с титанами. Я сидела на лошади, судорожно перебирая поводья. Я вообще не собиралась выходить за стену, так какого хрена? Почему всё снова пошло не по плану? То путаницы в каноне, то во времени, теперь ещё и собственный скрипт подводит, замечательно!       Денёк был солнечным. Было не жарко, но и не холодно. Добрая часть военной полиции сейчас развлекались в ближайшей таверне, набивая живот хмельным пивом, пока разведчики готовились к выходу за стену. Все понимали, что домой вернётся меньшая часть солдат, но также все надеялись не стать одними из таких смертников. — Смотри, это же разведчики! — выкрикнул мальчишка с переполняющим восторгом в глазах. — Когда я вырасту, вступлю к ним в отряд и убью всех титанов! — воскликнул самый старший из них.       Эти дети напомнили мне Эрена в детстве, он был таким же мальчиком с горящими глазами и чёткой целью перед собой: выйти за стену и поубивать всех чёртовых титанов. Невольно вспоминался взрослый Эрен из четвёртого сезона… но лучше бы я не думала об этом. — Не умрите, — сказал Леви вполголоса. — Ты тоже, — обратилась я к нему.       Он обернулся в мою сторону, видимо не ожидая, что его кто-то услышал. — Минута до открытия ворот! — раздался громкий возглас одного из солдат. Пора было отправляться. — Десять секунд до открытия ворот!       В начале титанов должны были отвлечь, отстреливая из пушек на стене, чтобы выход был безопасным и не было бессмысленных жертв ни среди разведки, ни среди гражданских. Руки затряслись, но нужно было успокоиться, иначе ни к чему хорошему это бы не привело.       Мы двигались по левому флангу. Командиром отряда был Микки, а участниками являлась я, Тео, и ещё двое неизвестных мне солдат. Я не запомнила где кто находился, знала лишь что капитан Леви двигался по середине, а Микаса по правому флангу. Не знаю, на чём основывался Эрвин при составлении команд, но отряды были собраны довольно странно. Целью экспедиции вообще являлось исследование территории, что опять же странно. — Соберись, Меллиса, это всего лишь сон, — сказала я сама себе.       Мы ехали около двадцати минут по равнинной местности. Пока всё было спокойно. Титанов-одиночек удавалось обойти без особых проблем благодаря системе сигналов. Она, кстати, очень даже хорошо работала и была довольно продуманной. Шанс встретить титана уменьшался, и выживших должно было быть больше. Пока строй ехал ровно, не сбиваясь с курса.       Справа показался красный дым. Это значило лишь одно — титаны. Значит, двигаемся влево. Показалось ещё два красных столбца дыма, после чего зелёные. Страшно. Страшно отправляться в неизвестность. Мысленно выругавшись, я сильнее сжала поводья.       Степь казалась огромной и бескрайней, она простиралась на множество километров и была ровной, без малейшей возвышенности. Солнце тем временем подымалось выше и выше. Большинство новичков погибали в своей первой вылазке. И я надеялась, что не окажусь одной из них. Помимо УПМ у меня была аптечка первой помощи. Наверное она являлась лишним грузом, но не зря же я училась в медицинском.       Очередные сигналы с правого фланга, мы двинулись в противоположную сторону. Честно, я уже давно не понимала, где мы находимся. Потеряться было легко, везде одинаковые степи и редкие деревья. Если бы не отряд рядом, паника бы завладела мной. Пока всё шло более менее гладко, ни одного девианта.       Ребята из моей команды тоже были напряжены. Бледные и испуганные. Никто не хотел умирать. Никто не хотел быть съеденным. Они хотели жить. — Тео! Выпускай красный сигнал!       Два пятиметровых титана двигались в нашу сторону. Мы сменили траекторию и повернули направо. Я перестала чувствовать собственное тело, ослабляя хватку. Мы на открытом пространстве, а значит наши приводы бесполезны. Сердце ушло в пятки. — Я задержу их! — выкрикнул неизвестный мне солдат и направился к титанам. — Не смей! Тебе не справиться с ними в одиночку, — сказал Микки, — Тебя убьют. — Я справлюсь, — настоял разведчик. — Идиот, — Микки хотел его остановить, но не успел, — Слушайте меня: продолжайте отступать к правому флангу, я постараюсь убить тех титанов и отправить Джоя к вам.       Выслушав Микки, мы сделали всё так, как он сказал. Мне стало спокойнее, ведь командир далеко не слабак, он в силах справиться с двумя пятиметровыми титанами.       Оборачиваться было страшно, но если бы я не узнала, где эти чудовища, то нервничала бы ещё больше. Джой выпустил крюк в спину титану и поднялся в воздух. Успокоившись, я сосредоточилась на дороге, но что-то словно тянуло меня к тому бою, поэтому я снова обернулась. Лучше бы не оборачивалась. Титан взял солдата в руку и откусил ему голову. Кровь полилась на землю, окрашивая траву в алый. — Титан на семь часов! — крикнул Тео.       Десятиметровый титан бежал прямо на нас с обезумевшими глазами и ненормальной улыбкой. Я зажмурилась, упав всем корпусом на шею своей лошади. Не хотела этого видеть. Он схватил его. Схватил и сжал в кулаке до треска костей. Мне стало плохо. Тошнота подступала к горлу, а воздуха стало катастрофически не хватать. До центра осталось совсем немного, совсем чуть-чуть, главное — успеть.       И снова крики. Девушка, которая была со мною рядом, кричит. Её тело разорвали на две части. Титан бросил её уже мёртвое тело вниз, втаптывая в землю. Мне хотелось кричать, но я не могла выдавить из себя и слова. Она была мертва. Она, тот парень и Тео из моего отряда. Они все мертвы. Страшно. Я боялась за свою жизнь, я не хотела умирать. Единственное, на что у меня хватило сил — выпустить красный сигнал, предупреждая всех об опасности. — Очнись, — сказала я, чтобы проснуться, — Очнись!       Но я не очнулась. Я всё так же была на лошади и смотрела в глаза титану, стоящему прямо передо мной. — Очнись, очнись, очнись, — повторяла я как обезумевшая, — Да очнись же!       Меня охватила паника. Я не могла пошевелиться, меня словно парализовало. Титан приближался всё ближе и ближе, а я лишь безвольно сидела на лошади. Меня трясло от осознания того, что я могу умереть. — Очнись, очнись же! — повторяла я со слезами на глазах.       Стоило мне раскрыть глаза, титан уже лежал на земле, испуская горячий пар. Было ощущение, что всё пространство оказалось в тумане всего из-за одной такой твари. Он испарялся прямо у меня на глазах, как будто его облили кислотой. — Мелисса, возьми себя в руки! — сказал Микки, меняя затупившиеся лезвия на новые.       Он был прав, но я не могла. Меня всю трясло. Я никогда не видела, как умирают люди. Я видела трупы в морге, но они уже были мертвы, и все их руки-ноги были на месте. Сейчас же люди умирали прямо у меня на глазах. Им откусывали головы, сжимали до дробления костей, давили ногами и отрывали конечности, все их крики до сих пор отдавались отголосками в моей голове. У них были семьи, дома и мечты, но титаны лишили их всего этого за считанные секунды.       И мне было стыдно за мысль, которая первой настигла меня после смерти Тео: «Хорошо, что не я». — Мелисса! — повторил Микки. Он отчаянно пытался привести меня в чувство, но я не могла и просто продолжала скакать на лошади.       Впереди показался лес гигантских деревьев. Они тянулись высоко к небу и были просто огромными. Что это за вид такой? Мутанты-переростки какие-то. Они были высокими, и это означало то, что на их ветках нам ничего не угрожало. Разве что свалиться… а с моей удачей я бы упала первой.       Добравшись до леса, первым делом я забралась повыше с помощью привода. Управлять им было очень… странно? Ведь я никогда не пользовалась подобными приспособлениями, но благодаря скрипту это не вызвало особых проблем. Я, не задумывавшись, нажала на кнопки и практически взлетела наверх. УПМ, кстати говоря, был очень тяжёлым. Не знаю, сколько именно он весил, но в реальном мире я бы ни за что не смогла его поднять.       Я забралась на широкую ветку и села на неё, свесив ноги. К этому времени Леви со своим отрядом также добрались до леса. Он определённо чувствовал себя здесь, как дома. Он стоял спиной ко мне, абсолютно невозмутимый, и смотрел вдаль, ожидая, когда же прибудут остальные отряды. — Внимание! Жёлтый дым!       Жёлтый дым — миссия прекращена. Но какова была её цель? Зачем умерло столько людей? Ради чего? Я надеялась, что по прибытию в корпус Эрвин всё объяснит.       Все отряды быстро спустились к лошадям и начали отступление. Я замешкалась, совершенно не хотелось спускаться к титанам, но с другой стороны мы наконец-то возвращались домой.       Лошади несли нас в неизвестность, я старалась успокоить дрожащие от переживаний пальцы, как и бешеный стук сердца, но у меня ничего не получалось. Мне везде мерещились титаны. Топот их ног чувствовался даже на таком расстоянии. Может, мы наткнулись на пятнадцатиметрового? Слишком тяжёлые и быстрые шаги. И они приближались неимоверно быстро. Обычные титаны так не ходят. — Внимание! Чёрный сигнал!       В нашем положении нам только пятнадцатиметрового девианта и не хватало. Он бежал на нас с огромной скоростью, игнорируя солдат, двигавшихся по одиночке. Его руки были неестественно длинными и худыми, для своего размера он слишком быстро двигался. — Выпускаем красный сигнал!       Справа на нас бежало два обычных титана, примерно в три метра высотой, а слева — один пятиметровый. Нас окружили. Лошади с трудом справлялись с такой нагрузкой. — Беру девианта на себя, — сказал Леви. — Двое справа на мне, надеюсь вы справитесь с пятиметровым титаном. — выкрикнул Микки.       Оба наших командира разбрелись по разным сторонам, оставляя нас одних. Хотя выбора не было, если бы они так не сделали, девиант бы давно задавил нас. Я надеялась лишь на то, что ребята в моей команде в силах убить титана. — Я сам справлюсь, не вмешивайтесь! — сказал кто-то из солдат.       Молодой парень в одиночку направился к титану. Идиот. Оставалось надеяться на его силы, не зря же он три года отучился в кадетском училище. Или зря. Не справившись с УПМ, титан отшвырнул его в сторону, а парень разбился о булыжник. Он лежал на камне с переломанными конечностями, ещё немного двигая губами. Скорее всего, его органы превратились в кашу, но он до сих пор был жив, хотя это ненадолго.       А вот я, кажется, попала. Один из титанов взял меня в свою руку и начал смотреть на меня. Было ощущение, что он смотрел мне в душу. Время будто остановилось, звонкая тишина давила на сознание. — Очнись… — всё, что я смогла из себя выдавить.       Он всё сильнее сжимал меня в своей руке, от чего тело начало пронзать острой болью. Глаза налились слезами, а я словно в бреду снова и снова повторяла «очнись». Это всего лишь сон, я не могла умереть, но почему же я не могла проснуться? — Ты совсем дура?! Хвати реветь, возьми себя в руки, иначе из-за тебя погибнут и твои товарищи. — кричал кто-то снизу, но я не слушала. — Очнись же… — повторила я вполголоса.       Мгновение, и жуткое ощущение падения настигло меня, а пальцы титана разжались. Я летела вниз, отчего стало ещё страшнее, ведь упасть и переломать все кости было не самой лучшей моей перспективой. Хаотично перебирая кнопки и рычажки на приводе, я попыталась зацепиться за что-нибудь, но руки не слушались. Оставив попытки использовать УПМ, я зажмурила глаза, надеясь либо мгновенно умереть и проснуться в своём мире, либо чудом выжить. Судьба выбрала второй вариант, потому что спустя мгновение я почувствовала на себе прикосновение чужих рук. — Кто тебя вообще принял в разведкорпус с такими навыками? Ты отвратительно управляешься с УПМ, — сказал Леви неестественно спокойным голосом. — Знаю. Похоже теперь мне придётся тренироваться в пять раз больше, — я выдавила подобие улыбки, — Я испугалась смерти, прости, что подвела вас всех.       Леви ничего не ответил, а лишь крепче прижал меня к своей груди. В его компании мне стало намного спокойнее, я ощутила себя в безопасности. За что мне держаться, я так и не поняла, поэтому вцепилась в его плащ. В обычной ситуации я бы смутилась, ведь доставлять Леви ещё больше проблем не хотелось, но сейчас другой случай. Главное было выжить. Стоило заметить, что такая «ноша» его совсем не напрягала, хотя помимо меня ему требовалось следить за газом в баллонах, за титанами по бокам и управлять УПМ.       В Леви я была уверена, он бы не позволил сожрать меня титанам, но один вопрос меня всё же волновал. Почему я не смогла проснуться…