Как-то в атаке...

Каждая история имеет свое начало, так и эта, переносит нас в 1918 год на Западный фронт. Первая мировая война была в самом разгаре. Мир окутан заревом бесконечных пожаров и вспышками разорвавшихся снарядов. За какие-то 4 года Земля превратилась в настоящий ад. Некогда прекрасные земли перепаханы тысячами орудий, а бесконечные окопы и инженерные заграждения только усугубляют и так печальный вид. И в этот водоворот событий втянуты миллионы различных людей: красивых, и не очень,  добрых и злых, сильных и слабых, храбрых, отважных, самых разных национальностей и цвета кожи. Но всех этих людей, какими бы разными не были, объединяет одно: они все хотят вернуться домой живыми. И вот, сквозь темные тучи и трассеры пуль,  наш взор опускается в один из множества безымянных окопов, в котором  ютится наш главный герой. Но не стоит думать, что его история будет напоминать пафосную историю про храброго героя, сразившего коварного злодея. Нет. Это история об обычном человеке, попавшем в необычные обстоятельства.   И так, история начинается.  Через 10 минут начнется атака…  Неделю назад нас перебросили на передний край нашей обороны, и совсем недавно пришел приказ на наступление. И как на зло, именно сегодня хлынул дождь как из ведра, в короткие сроки затопив наши позиции, но приказ есть приказ, и переносить наступление никто не захотел.…  Приветствую тебя, мой читатель. Мое имя Матиас, но на войне это не имеет какого-либо значения.  И раз уж ты читаешь мои записи, то стоит должным образом ввести тебя в курс дела.  И так, с чего бы начать? Ну, наверное, стоит сказать, что меня здесь не должно быть. Не подумайте, что я трус, который хочет отсидеться за морем, попивая пиво и смотря на сегодняшние события. Вовсе нет. Просто люди моего типа не участвуют в  в таких событиях...  Ладно, не буду ходить вокруг да около и скажу все как есть - я Волшебник. Да-да, самый настоящий. И таких как я гораздо больше, чем вы думаете. Но про наше существование ничего не знают маглы ( мы так называем не магов), и поэтому мы скрываемся от их взора. И вы, конечно, спросите: "Что же ты тогда здесь делаешь?". И ответ будет очень прост - я не знаю.  Как я уже сказал, меня здесь не должно быть. Обычно Министерство Магии следит за тем, чтобы маги не участвовали в конфликтах маглов. Но моя любовь к маглам сыграла со мной злую шутку. Из-за того, что я провел с ними слишком много времени, мне и пришла повестка с извещением...  Осталось 9 минут…  Так вот, министерство не успело вовремя среагировать, и меня отправили на Западный фронт. И вот я здесь. Среди этого ада. Но самое смешное,- все, что министерство смогло для меня сделать, это отправить короткое письмо. Вот что они написали:   "Уважаемый Матиас Дэвис.  Имею долгом сообщить, что решение по вашему вопросу было принято. Министерство Магии не имеет право вмешиваться в дела маглов, и поэтому, вы обязаны отправиться на фронт в качестве солдата Британской армии.  Также обязан напомнить, что закон магии продолжает распространяться на вас, и поэтому вам запрещено использовать магию в присутствии маглов. В случае несоблюдения закона, вы подлежите отправке в Азкабан. Надеемся на ваше скорейшее возвращение домой целым и невредимым.  С уважением,  Бен Фостер  Начальник отдела регулировки отношений магов и маглов."  Вы, надеюсь, поняли, в какую я передрягу попал? Мало того, что они ничего не сделали, чтобы вытащить меня отсюда, так ещё и грозят мне тюрьмой, если попробую сам себя спасти. Как я не должен не пользоваться магией, когда вокруг происходит такое?! Вокруг взрываются снаряды, гибнут люди, а я, который может спасти хотя бы одного из них, должен стоять в стороне  и наблюдать за происходящим! Но не думайте, что я совсем ею не пользуюсь. Только ночью, пока никто не видит, я могу позволить попить горячий чай из своей фляжки, да починить свое обмундирование. На большее я не способен. Осталось 8 минут…  Прошло уже 2 года с момента получения повестки, но я все ещё здесь. Повидимому, про меня уже забыли, или ждут, что я вернусь домой в гробу, чтобы я не смог никому рассказать про их оплошность. Родителей у меня нет, а все мои немногочисленные друзья, которых я успел завести до войны, были моими одноклассниками из деревни, то есть маглами.  Но большинство из них уже погибли. Стэн умер первый, в первый же день на передовой, и наверное, он даже не понял, что произошло. Потом, почти одновременно Джон и Чак. Их забросили в самый разгар наступления где-то под Верденом, а там такая каша происходила, что это не удивительно. Барт умер месяц назад в госпитале, после гангрены и ампутации обеих ног. С такими дождями, какие тут идут, у каждого десятого гангрена конечности, из-за того что командование вовремя не отправляет нас в тыл и в тепло. Так умерли все мои одноклассники, с которыми я провел свое детство. Все, кроме одной…   Но вернёмся к сегодняшнему дню. Как я говорил, мы готовимся к атаке. И пока командиры уясняют задачу, я пишу эти строки, укрывшись от дождя плащ-палаткой. Не думайте, что я веду дневник, просто это мне помогает отвлечься и не думать о предстоящем наступлении. Смерть слишком долго обходила меня стороной, и это атака может быть для меня последней. Но я уже свыкся с этой мыслью. В конце концов, рано или поздно мы все умрем, верно? Главное, чтобы моя смерть была не мучительно долгой, как это было с Бартом, который после ампутации ног ещё неделю мучился в госпитале, находясь в бреду и зовя свою маму… Брр… От одной этой мысли ужас берет, так что стоит поменять тему разговора.    Осталось 7 минут…  Я поднял глаза и посмотрел на своих товарищей из соседних ячеек. Они белые, словно воск. Солдатики прижимаются друг к другу, пытаясь согреться. Одного из них, не выдержавшего давления, вырвало, и он пытается прийти в себя, держась за землю двумя руками. Ещё один, что-то бубнит себе под нос, но разобрать что именно я не могу, наверное молитву или какой-нибудь стих. Во многих глазах можно увидеть ужас и страх. По глазам сразу можно определить, кто тут впервые…  Две недели назад у нас были тяжелые бои и в роте осталось от силы человек тридцать. После этого нас отправили во второй эшелон для пополнения, и нас пополнили вчерашними школьниками. Большинству из них нет и восемнадцати лет. И с этими детьми мы должны пойти на хорошо подготовленную оборону немцев. Конечно, наша артиллерия бьёт по их позициям уже второй час, но все же многим из них уже не вернуться домой... Интересно, о чем они сейчас думают? Наверное о доме, о родителях, о друзьях. У некоторых, наверное, даже девушки нету, не говоря уже о жене. Их, ещё молодых, вырвали из нормальной жизни и отправили в эту мясорубку. Старикам легче, у них уже есть жена и дети, и по окончании войны они вернутся к нормальной жизни. А они? Кем вернуться они!? Война сломает их ещё неокрепшую психику и выбросит на улицу. Меня всегда берет глубокая тоска, когда гибнут эти мальчишки. Они ещё ничего не понимают, что нужно делать на фронте. Как разобрать, какая летящая мина опасная, а какая нет? Где нужно прятаться в наступлении? Как правильно бить штыком, чтобы он не застрял в теле противника? Всему этому не научат за месяц в учебках, этому учатся только на передовой. Но здесь сложно учиться. Здесь нет оценок,  есть только жизнь, и смерть. И даже если ты думаешь, что все уже понял, то все равно можешь получить шальную пулю. На войне, как на войне…  Осталось 6 минут…  Ко мне в ячейку прибежал Ричард, один из недавнего пополнения. Но он был самым смышлёным из всех. Он быстро понял, кого нужно держаться, чтобы выжить и поэтому решил следовать рядом со мной. Его компания мне позволяет немного отвлечься, а ему - узнать что-то новое.   Ричард был рыжеволосым юношей лет 17, небольшого роста, из-за чего форма на нем казалась мешковатой. Как он любил говорить: "Во всем складе не нашли шинели на мой рост", но я скорее думаю, что они просто поленились найти подходящий размер. На его конопатом лице, несмотря на страх в глазах, сияла небольшая улыбка. Интересно, это потому, что он рад меня видеть, или это из-за ужаса его лицо свело?  Я скинул с себя плащ-палатку и убрал дневник в рюкзак.  - Здоров, Матиас, как дела? - начал говорить Ричард, опершись о винтовку.  - Привет, малой. Получше твоих, судя по твоему виду. - ответил я  - Хе-хе - нервно засмеялся Ричард. - Что, так хорошо видно, что я нервничаю?  - Не... Перед атакой всегда так. Думаешь, мне не страшно?   - По тебе не скажешь… Может перекурим, раз уж такое дело?  - Почему бы и нет, раз уж ты угощаешь.  Ричард с довольным видом стал бить себя по карманам. Спустя секунду он достал из под кителя мокрый портсигар. На его лице появилось разочарование.  - Ну вот… табак промок…  - грустно сказал Ричард, прислонившись спиной к стене окопа.  - Не день, а сплошное разочарование. - попытался отшутиться я - Надо было лучше его прятать, чтобы дождь не достал.  - Да я весь до ниточки промок, куда же я его спрячу? - жалобно спросил парень  - Ну, например, сюда… - весело сказал я,1 доставая из под каски мешочек с жевательным табаком - учись салага, пока я жив.  - Это ты здорово придумал - ответил Ричард прикрывая табак своей ладонью - конечно не сигареты, но тоже нечего.  - Ну извините ваше высочество, чем богаты - с иронией ответил я высыпав половину мешочка парню на ладонь, и остаток насыпав себе в рот.  - Спасибо Матиас - закинув в себе в рот табак ответил парень.  - Сочтёмся - закончил я  Осталось 5 минут…  Я посмотрел на часы.   "О Господи, прошла только половина времени, а этот чертов дождь не собирается прекращаться".  Какое-то время мы молча жевали табак, погрузившись в свои мысли.   Прочитав наш диалог, ты можешь подумать, что я не боюсь предстоящей атаки. Но это не так. Я весь дрожу и не понимаю, это все из-за дождя или я сам уже так перепугался? Просто я научился не показывать страх. Этому долго учишься. Просто нужно начинать думать о чем- нибудь не причастным к войне, хотя это сложно сделать, когда рядом разрываются снаряды. Я вот, как уже говорил, начинаю писать свои мысли, но я также знаю людей, которые могут коротать время, вспоминая блюда, какие бы они съели, вернись они сейчас домой, или представляя себе войну, в которой воевали бы одни генералы.    О... это отдельная тема для обсуждения. Как-то раз, когда мы были в районе сосредоточения, и наш взвод расположился на небольшой поляне в лесу, вечером у костра один паренёк внес интересное предложение...  - На хрен эту войну!!! - воскликнул он - Почему войну начинают правители, а сражаются на ней солдаты? Мне вот кажется, война должна быть как гладиаторские бои в древнем Риме. Только чтобы на ней сражались короли и генералы. Чтобы эффектно все было, да и вообще, чтобы для страны это было что-то вроде праздника. Когда ещё ты увидишь, как толстяки дерутся друг с другом дубинками из-за того, что на них косо посмотрели такие же толстяки как они. Вот была бы потеха…  Мы одобрили его предложение, но дальше нашего взвода решение не пошло. На следующий день нас перебросили на передовую, и этот паренёк погиб, задохнувшись хлором, не успев надеть противогаз…  Осталось 4 минуты…  Но я снова ушел от сегодняшнего дня.  - Малой, о чем мечтаешь? - спросил я, продолжая жевать табак   - Ну... Мне стыдно об этом говорить… - нехотя ответил Ричард.  - О маме небось, я угадал? - с улыбкой спросил я.   - Да… Откуда ты знаешь? - с удивлением воскликнул парень. - Просто… мне очень жалко мать одну оставить. Ладно, если я не переживу сегодняшнюю атаку, это ещё полбеды. Но ведь я у нее один остался. Отец погиб год назад, и теперь вот меня призвали. И если со мной что случится… Она этого не переживет… - На лице Ричарда я заметил слезы.  - Эй, успокойся, все будет нормально, я же за тобой приглядываю, как-нибудь прорвёмся. Давай только не хнычь тут, а то что ты за солдат такой, если чуть что, сразу в слезы. - попытался успокоить я Ричарда. - Ладно, прости меня, Матиас - вытирая слезы ответил парень. - Что-то воспоминания  резко нахлынули…  Тем временем, командиры взводов, получив боевой приказ, возвращались по своим позициям. Двое прошли мимо, но один из них, увидев нас, остановился и зашёл в нашу ячейку. Это был мой командир взвода - Лейтенант Мартин. Это был отличный офицер, и мне нравилось, что он у нас во взводе. Лейтенант был крепким на вид, коренастым, с небольшими усами под носом и с очень красивыми голубыми глазами, а форма на нем была как-будто сшита по его размеру, и несмотря на проливные дожди, его одежда не была особенно грязной, а сапоги, несмотря на распутицу, блестели. "Он больше похож на Волшебника, чем я"- шутил я про себя, "Как тогда еще объяснить его опрятность?". Но несмотря на все вышеперечисленное, по его взгляду можно было сразу догадаться, что приказ ему не понравился.  Мы встали по стойке "смирно" и откозыряли лейтенанту. Но он только махнул рукой.  - Вольно, сидите, - быстро сказал лейтенант.  В отличие от многих других офицеров, что мне встречались за 2 года, лейтенант Мартин первый, кто относился к своим подчинённым с уважением. И это было дорого для нас. Обычно офицеры обращались с нами, как со слугами,  которыми можно было спокойно управлять, не боясь за последствия. Но только не он. Лейтенант Мартин очень заботился о нас, вникал в наши нужды и пытался помочь нам, чем мог. Не знаю как, но именно он организовал для нашего взвода дополнительный жевательный табак (как раз им я угостил Ричарда), а когда мы ждали пополнение, лично отправился в тыл в поисках полевой кухни, которая черт пойми где шлялась, ради того, чтобы вечером мы поели горячей еды и восстановили силы. Поверьте, такое могут сделать только единицы. Осталось 3 минуты…  - Здравия желаю, командир! - начал я, облокотившись спиной о стенку окопа.  - И вам не хворать, - отшутился лейтенант, - как настроение?  - Предбоевое. Вот о жизни рассуждаем, - ответил я, посмотрев на Ричарда. Он уже отошёл от воспоминаний и успокоился. - Приказ не будете доводить?  - Как будто вы его не знаете. Противник там, мы тут, вечером мы должны оказаться там. Что ещё. Эй, Ричард, - сказал лейтенант (он, кстати, редко называл нас по фамилии и званию, и это ещё больше вселяло уважение к нему), - давай, пробегись по окопам и скажи нашим, что наступаем с красной ракетой.  - Есть! - откозырял Ричард и, пригнувшись, ушел исполнять приказ. Теперь мы остались с лейтенантом один на один.  - Не хотите чаю? - спросил я лейтенанта.  - От такого грех отказаться - с тяжёлой улыбкой ответил командир.  Я снял с ремня теплую флягу и протянул лейтенанту. Он сделал несколько глотков и, вытирая рот, спросил:  - Горячий… Где достал?  - Солдатская хитрость,. - соврал я. Я знаю, что сильно рискую, показывая волшебство, но для моего командира не боюсь это сделать.  - Что вас беспокоит? - в лоб спросил я лейтенанта. По глазам видел, что он хочет выговориться.  - Что беспокоит? Тебе ли не знать? Ты же больше меня на фронте. Нам дали приказ наступать и освободить деревню Блэкфорт. А это в трёх километров отсюда! Нам дали задачу, выполняемую батальоном! И с кем наступать? С детьми? Старослужащих, раз- два и обчелся, а противник хорошо окопался. По данным разведки у них там и ДОТы, и  заграждения, и говорят даже, что хлор подвезли им. Эта атака, абсолютное самоубийство! Поэтому я и не довожу приказ, чтобы панику не разводить… Многие не переживут эту атаку… Лейтенант сел на корточки и прислонил голову к стенке окопа. - И я поведу этих ребят на смерть… - он побил себя по карманам и тяжело вздохнул, - да еще табак закончился…   Я нечего ему не ответил. Да и что я мог ему сказать? Что будет все хорошо? Но ведь это не так. Не впервые я в таких передрягах, и я прекрасно знаю, чем это все обычно заканчивается. Мы потеряем две трети роты на переднем крае, и только после этого, в лучшем случае, нам прикажут окопаться, но до этого момента нужно ещё дожить…   Какое-то время я молчал, но потом все- таки решил заговорить…  - Не волнуйтесь лейтенант, как-нибудь прорвёмся… - соврал я  Лейтенант все ещё продолжал смотреть на небо, собирая своим лицом капли дождя. Ещё один тяжёлый вздох, и он встал, отряхивая себя.  - Прорвемся… Ладно Матиас, я надеюсь на тебя, присмотри за взводом, только ты у меня единственный помощник остался… - и кинул мне в руки флягу.  - Есть, командир, -ответил я, поймав ее в руки и  откозыряв,  - сделаю, что в моих силах.   Он только слегка улыбнулся и откозырял в ответ, затем ушел из моей ячейки проверять готовность взвода. Осталось 2 минуты…  Только теперь я остался один. Я встал в полный рост и, повернувшись, посмотрел на местность предстоящего наступления. Вид был самый тоскливый… Серые тучи над головой, все ещё поливающие нас холодной водой и не дающие надежду, что они разойдутся, дав месту лучикам теплого солнца. На горизонте то и дело вспыхивали гигантские огни: это наша артиллерия все ещё била по немцам, не давая им возможности высунуться, а нам давая шанс выполнить поставленную задачу. Но на них полностью полагаться нельзя. Человек, он на то и человек, что способен выжить в любой ситуации, и поэтому, я не грею себя надеждой, что рота понесет малые потери. А до их переднего края был километр… Километр сухих деревьев, потерявших свои листья и стоящих здесь как надгробия. Километр перепаханной множеством снарядов земли, такой же серой и унылой, как небо над ней. Она была тяжело изранена, но мы добивали ее, построив километры колючей проволоки, а иногда, даже накрыв ее своими телами…  И от этой картины меня неожиданно охватил ужас. Я стал задыхаться, и чтобы вдруг не упасть,  прижался к стенке окопа. Мне захотелось прямо сейчас, прямо в эту секунду вернуться домой, в солнечную деревню Рэдволл. Что я говорил про свое отношение к смерти? Забудьте, что я говорил ранее, я очень хочу жить!!! Я хочу снова гулять по улицам, хочу снова видеть смеющихся людей, снова хочу почувствовать тишину, хочу почувствовать запах свежего хлеба из пекарни дядюшки Джека, хочу снова со своими друзьями: Стэном, Джоном, Чаком и Бартом воровать яблоки у тетушки Грейс и лопать их под старым дубом у озера и, конечно, снова хочу увидеть Василику среди тюльпанов…  Но я быстро взял себя в руки. Нельзя поддаваться панике, когда до атаки осталось несколько минут, иначе можно быстро сойти с ума. Я отряхнул руки и успокоился. Такие вспышки паники с каждым днём становятся всё чаще, наверное, нервы у меня уже не те. Я просто уже знаю, что нас ждёт впереди… Осталась 1 минута…   Ладно, времени уже не осталось, нужно проверить всё перед атакой. Я достал из искусственного "кармана" ячейки две гранаты и обоймы к своей винтовке. Запалы к гранате я заранее закрутил, и хотя требования безопасности говорят, что это делать запрещено, я все равно сделал обратное. В атаке каждая секунда дорога, и времени у меня может не быть, да и умереть мгновенной смертью от своей гранаты лучше, чем страдать от вражеской пули. Я закинул гранаты на пояс и зарядил винтовку. Сразу же отправил патрон в патронник, отложил винтовку в сторону. Теперь нужно заняться внешним видом. Я потуже затянул тулейное устройство на каске, чтобы она не болталось во время бега, и поправил лямки вещмешка.   - Штыки примкнуть!!! - доносится до меня команда справа. Я продублировал ее и достал свой штык-нож. Он блестел, и, наверное, показался бы вам очень красивым, если бы не тот факт, что он должен был оказаться в теле живого человека. Я потратил час на его заточку, и все для того, чтобы он входил в немца как раскалённый нож в масло. Несколько раз подкинув нож перед собой, я прицепил его к винтовке.   Ну что же, я готов…  Посмотрев налево,  я заметил нашего командира роты. Он в одной руке держал часы, отсчитывающие время "до", а в другой - крепко сжимал сигнальный пистолет.   "Зачем маглам война? Зачем вообще нужна война?  Мне же было хорошо дома, зачем же я здесь? Кто-нибудь может ответить?"- Успел подумать про себя я.  Командир убрал часы и достал свисток. Тяжело вскинув пистолет, он посмотрел вперёд. Ну что же… сейчас начнется. Раздался выстрел, и красная ракета быстро полетела в небо, объявляя начало атаки.