Не важно тот кто за рулём, а тот кто в багажнике

      Обеденный перерыв и молодая Вероника Еретина сидит и скучает. Она не как не могла заставить себя работать. Она безэмоционально сидит и пеоеберает своими тонкими пальцами листочки модного журнала.       -Вероника, ну хватит! Голос заставил оторваться от статьи. Это была Анастасия Ромоненко сидящая напротив-коллега и лучшая подруга, с которой она делит кабинет уже 5 лет. Настя красивая, женственная, стройная и белокурая, с красивыми выразительными голубыми глазами.       -Прости — для убедительности Вероника отложила журнал в сторону, и, сложа руки на груди, развернулась в сторону окна, стараясь что-то разглядеть за пеленой дождя, лившего уже третьи сутки. За тонкими стенами кабинета была слышна работа оргтехники в соседних кабинетах, и разговоры сотрудников, а Вероника, симпатичная девушка с темными волосами средней длины, пухлыми губами и карими глазами, и аристократически темноватой кожей, не отрываясь следила за каплями дождя, стекающими по стеклу. –Я что-то не пойму, — спустя время, снова подала голос Настя откладывая в сторону очки и бумаги, над которыми кропотливо трудилась последние несколько часов, — ты что, уже рассчитала страховой тариф и премию для того клиента, что подогнал тебе вчера босс? И все остальное, что принесли ребята? — Нет, даже не начинала… — пожала плечами Вероника, даже не поворачиваясь лицом к подруге. — А что тогда ты себе за отпуск устроила посередине рабочего дня? Или давно не работала ночами? Настя и Вероника работали в крупном модельном агенстве. Начали они с простых помощников, придя сюда еще на последнем курсе колледжа, и вот сейчас, возглавляют один из отделов, имея в подчинении с десяток агентов, как когда-то они. Молодые, трудолюбивые и амбициозные — они по праву занимали свои должности и имели славу как специалисты высшей пробы, несмотря на молодой возраст. В 27 многие еще только начинают искать себя, а у этих двух молодых особ уже все сложилось как нельзя лучше. Вероника молчала, то ли из-за нежелания отвечать, то ли настолько погрязла в мыслях, что не слышала вопроса Анастасии. — Вероника! Да что с тобой, в самом деле?! Ты думаешь о заявлении на перевод в Украину? Подпишут или нет? Рано же! Шеф сказал, что совет директоров только через месяца два примет решение… Брюнетка медленно развернулась на кресле и устало, но с брезжащим огоньком в глазах, посмотрела на подругу. — Так, стоп! — теперь Настя сложила руки на груди, в ужасе откидываясь на спинку кресла. — Я знаю этот взгляд! И как правило, он не предвещает ничего хорошего! Обычно ты в таком состоянии, когда в твою голову приходит какая-то неразумная идея. Вероника сдержанно прикрыла веки, улыбнувшись уголками губ. Настя знала подругу наизусть, поэтому сочла это за подтверждение своей догадки.  — Я так и знала! Давай, рассказывай, чтобы я знала, из какой депрессии готовиться вытаскивать тебя в следующий раз. Вероника открыла глаза, и уже без намека на какую-либо улыбку смотрела на подругу с грустью и тревогой. Даже отчаянием. — Ви, ты пугаешь меня… — Ты будешь ругаться на меня. — Естественно!.. — Я решила забеременеть. Анастасия так и осталась сидеть с приоткрытым ртом, смотря на подругу, замершая на полуслове. В течение нескольких секунд прокручивая в голове варианты слов, с которыми могло быть созвучно «забеременеть». Ведь Вероникане могла именно его сказать… — Мне послышалось? — с тихим хрипом вырвалось у блондинки. — Забеременеть? — Не послышалось. Я решила забеременеть, — отчеканила каждое слово Вера, и в нерешительности склонила голову, боясь поднять глаза на подругу. — Прямо вот решила? Не «хочу забеременеть», а «решила»? — Хочу я давно. А решила сейчас. — Сейчас это пятнадцать минут назад? — Ась, прекрати! — вздернула голову, и с обидой посмотрела на нее. — Я же сказала, ты не поймешь. — Конечно же не пойму! — воскликнула обычно мало эмоциональная Романенко и поднялась с места, подходя к столу подруги, присаживаясь на краешек. — Для начала от кого? Или я что-то не знаю, и ты за моей спиной с кем-то встречаешься? — У меня никого нет, ты же знаешь… — Прекрасно. Тебе даже не от кого. Эко? Зачем? Тебе всего 27, а не 47, выйдешь замуж и рожай сколько влезет! У тебя жизнь только началась. Ты хочешь перевестись в Украину, написала заявление, а теперь хочешь своими руками перечеркнуть все к чему шла? Бетти не смотрела на подругу, молча слушая ее тираду, сдерживая подкатывающие к глазам слезы. Дослушав, она сделала глубокий вдох выдох носом, и решительно заговорила. — Замуж? Ждать какого-то мнимого принца, или хотя бы коня, для того, чтобы родить от него, и воспитывать двух детей вместо хотя бы одного? А потом дойти до точки кипения и выгнать его взашей, и сломать ребенку психику? Спасибо, не надо. Я хочу одного ребенка. Которого выношу и воспитаю сама, а не инфантильного псевдомужика из-под мамкиной юбки, которому от меня точно так же как и младенцу, надо титю и поесть. — Вер, — с грустью посмотрела на подругу Ви, — ну не суди ты о всех мужчинах одинаково. То, что тебе попадались на пути одни, как ты выразилась «псевдомужики», не значит, что нет нормальных, готовых нести ответственность. Просто, тебе пока не встретился такой… — И не встретится… — Тебе всего 27! Может, просто стоит подождать пару лет? — Вот именно, что мне УЖЕ 27! — с горечью воскликнула Вероника. — Знаешь, замуж надо было выходить по молодости и глупости, когда на тебе розовые очки, и сквозь них весь мир в розовом цвете. Когда только потому что ты любишь, можно закрыть глаза на всё остальное. Я взрослая. И мозг мой уже никогда не сможет так, как в 18. Мы с тобой страховые актуарии! Поэтому я уже давно просчитала все риски, за и против, и пришла к единственно верному решению: родить для себя. Чтобы никто не был мне обязан, и я не была. Я все чаще думаю о том, что я никогда не выйду замуж. Мне просто это не надо. Нет мебели, и это не обстановка, как говорила моя бабушка. Анастасия молчала. Все, что говорила Вероника, не было для нее секретом. Она все чаще слышала от Веры эти разговоры о разочаровании в жизни и мужчинах, и не осуждала ее в этом, прекрасно понимая всю правоту этих слов. Но беременность это что-то новенькое. Сейчас главное понять причину и что подруга уже продумала в своей голове. Потому что отговаривать в случае с Еретина, это как подлить бензина в огонь. — По поводу мужчин — хорошо, я еще как-то могу с тобой согласиться, — рассудительно заговорила Ася. — Но почему сейчас рожать? Сейчас, когда ты стоишь на пороге новой жизни? — Поэтому именно сейчас. Я возьму пару месяцев отпуска чисто на роды, и найму няню — это что касается работы. Мне надо сейчас забеременеть, чтобы в Украину я приехала уже беременной. — Не понимаю… — Чтобы тот, от кого у меня будет ребенок, не знал об этом. Настясхватилась за голову. — То есть, ты не Эко делать хочешь? — Нет. Я хочу знать, видеть человека, гены которого потом будут в моем ребенке. — Ты понимаешь, какой бред ты сейчас несешь? — брови Аси физиологически не могли подняться еще выше, иначе обязательно бы сделали это. — Почему бред? — от того, что смогла выплеснуть эмоции, томившиеся в ней уже не один месяц, Вероника приободрилась и с энтузиазмом начала рассказывать план. — До предположительного моего переезда есть полтора-два месяца. Как раз время чтобы найти мужика, согласного меня оплодотворить. Если все сложится, как запланировано, перееду я уже беременная, и исчезну с радара предполагаемого отца, которому даже не обязательно знать, что у него будет ребенок. И вероятность встретиться в дальнейшем сводится к минимуму. — Ась, пойми, я физически чувствую, как мои часики тикают. Что я как никогда готова рожать именно сейчас. Все тело, весь организм кричит мне об этом. И мой врач это подтверждает. — Ты точно к этому готова?!