Easy way to gain money

Подол длинной юбки задрался, открывая мальчишечьи голени. Старичок Роки мурчал на груди Тоби, сдавливая, не давая дышать. Наверное, рассудил парень, кот все-таки ни при чем. Дыхание сперло по причинам, далеким от физических неудобств. Сейчас Туббо лежал на кровати, чувствуя себя последним идиотом, и жалел, что вообще решил завести разговор с Томом. Только Томми мог вызвать у Туббо столько противоречивых чувств. Так что не удивительно, что стоило с его губ слететь одному конкретному имени, сердце подслушивающего подростка на секунду перестало гонять кровь. Покрывшись холодным потом, Тоби совершил огромную ошибку. Томас, оказавшийся далеко не миллионером средних лет, все же дураком не был. В реальной жизни нет плохой камеры, стирающей черты лица. В тот день из-за паники погибло достоинство Тоби. Не думая, он натянул юбку прямо поверх шорт. Громкий хлопок оповестил всех о прибытии «Табиты». Только позже до него дойдет, что Томми видел, как Тоби заходил в свою комнату, дверь которой так хорошо просматривалась из гостиной. Столько оскорблений Туббо не слышал никогда. Том не скупился на выражения и прошелся по всему: от внешнего вида до умственной способности и моральных качеств. В дешевых квартирах стены могли посоревноваться в звукоизоляции разве что с картоном, так что не было никаких сомнений, что их драма стала достоянием всего дома. Покрасневший Томми громко кричал, размахивая руками, сжимая кулаки, и казалось, что он вот-вот набросится на обманщика. Тяжело дыша, он переводил дыхание, и снова начинал ругаться. Под конец, подросток только и повторял «пошел нахуй». У Туббо не осталось никаких сил. Раз за разом прокручивая в голове сцену с расстроенным и злым Томми, он убеждался в правдивости его слов. — Тоби? — раздался шепот со стороны двери. Он не поднял голову. Тиган долго молчала. — Это был твой парень? Туббо заплакал. А в понедельник не пришел в школу. Как и во вторник, и в среду, и в четверг. На несмелые просьбы сестры он что-то мычал, а затем механическими движениями натягивал свитер и плелся на работу. Вся экономика забегаловки держалась на Тоби — идеальном работнике, неприхотливом сотруднике, усталом ребенке. Из-за недосыпов, время давно потеряло какой-либо смысл в глазах подростка; проживать очередной день все равно что наблюдать за сохнущей краской на стене. Все события сливались в одно большое и нескончаемое чувство пустоты, не задерживаясь в памяти надолго. Иногда, через бессмысленное времяпровождение, на передний план вырывалось отчаяннее умирающего, дающее смелость поднять грузовик. Хотя до этого не доходило; Тоби тратил все свои силы на сообщения в покинутый Томом чат. В моменты помутнения рассудка (или ясности ума?) Туббо готов был приползти к порогу Томми, сдирая колени до крови, биться головой об порог и просить прощения. В идеальном сценарии обиженный подросток бы сразу же все простил, но Туббо не смел даже мечтать о подобном. Поэтому он брал телефон и писал стены сообщений с основного аккаунта, молясь, лишь бы Том зашел в онлайн хоть раз. А в основном, жизнь подростка, лишенного любви, была все такой же вялотекущей. Он даже не удивился, увидев Квакити у двери. Одетый в школьную форму, тот тревожно рассматривал одноклассника и сжимал лямки рюкзака. Тоби справедливо решил, что рано или поздно это бы произошло. Подавленный вид друга выбил все заготовленные фразы из головы. Решение прийти сюда было спонтанным. Свернув на полпути, Алекс шел к дому, который навещал единожды. Тоби не приводил никого в свою «коробку», как он называл съемную квартиру, отшучивался от всех проблем, и неловко улыбался, когда с ним случалась неприятность. Квакити, с неуемным темпераментом, был единственным, кого не устраивал затворнический стиль жизни Туббо. Конечно, он бы пришел. Замерев, Тоби ожидал, что скажет его друг. Но Алекс молчал. Был ли смысл уговаривать вернуться в школу? — Нет, — Тоби отвел взгляд. — Я больше не буду ходить в школу. Ответ был очевидным, но Квакити все равно не знал, как на это реагировать. Он никогда не хотел закапывать себя в личную драму Туббо, хотя и прекрасно знал о всех скользких моментах его жизни. Тоби действительно не было смысла ходить в школу. Дислексия усложняла процесс образования, а из-за работы он не мог позволить себе дополнительные часы учебы. Не говоря уже о том, что идти ни в университет, ни в колледж Туббо не собирался. Таким образом, единственное, в чем подросток видел некий просвет надежды на существование, — трудиться до самой смерти. А тем же днем, Туббо не увидел знакомой пожелтевшей вывески «открыто». Двери не поддавались, сколько ни тяни, а темнота внутри не скрывала отсутствие мебели. За последние дни мимо Туббо прошли недостаток посетителей и разговоров других сотрудников на перерыве, как и внезапное отстраненное поведение начальника. Туббо с силой прикусил губу. Хотя он и был, фактически, нелегальным рабочим, он не мог поверить, что от него могут так просто избавиться.

***

Поезд качался и трясся, вызывая у Томми помимо мигрени еще и тошноту. Оперевшись головой об сложенные руки, он время от времени стукался лбом об костяшки пальцев. Боль ненадолго отвлекала от воспоминаний. Это был самый большой провал всей его жизни. Едва выбежав из подъезда пятиэтажного здания, Том решил, что унесёт этот день с собой в могилу. Мысли снова перескакивали на Тоби, который наверняка сейчас смеялся со своей сестрой тем самым смехом, навсегда засевшим в сознании Томми с самой первой рассказанной шутки. Подросток сглотнул ком в горле и потер защипавшие глаза, прокашлявшись. Всю оставшуюся поездку Томми убеждался в необходимости заблокировать «Табиту», удалить аккаунт, выбросить компьютер, сменить провайдер и на всякий случай больше никогда не выходить в сеть. Прибежав домой, он смог только заблокировать мошенника и выйти из аккаунта. На большее не хватило сил; Томми упал на кровать, глядя в потолок пустыми глазами. А дальше жизнь потекла своим чередом. Совсем ничего не изменилось: школа стояла на месте, работа занимала выходные дни, а друзья не упоминали одного конкретного человека. Томми ходил по тем же светлым улицам, а проходя мимо кинотеатра отворачивался и перебегал на другую сторону улицы, если замечал двух обнимающихся людей на постере. Только почему-то, сидя поздно у окна и смотря на закат, Томми одёргивал руку, саму тянущуюся к телефону. Боясь однажды заснуть и в приступе лунатизма совершить что-то неисправимое, Том сменил пароль на цепочку непоследовательных цифр и букв, даже не стараясь запомнить. Ничего критичного, но восстановление пароля выиграет немного времени. А работа перестала приносить удовольствие. Едва ли Томми мог сделать хоть что-то, вспоминая, из-за кого он вынужден здесь торчать. Томми скривился; а ведь когда-то он едва ли не боготворил работягу-Табиту. Зная, какая у него на самом деле работа, настроение падало и с глухим стуком ударялось об дно. Никого не интересовали проблемы подростка, пока он работал и выполнял непыльные задачи. Один Бэд зачем-то пытался поддержать коллегу, подкрепляя поддержку общими фразами. На предложение рассказать, что у него случилось, Томми бросил хмурый взгляд на мужчину, и продолжил крутиться на стуле. — Нет, ты будешь смеяться, —Томми отворачивал пунцовое лицо, избегая глаз собеседника. Дэррил долго уговаривал Томми. Не то чтобы тот его слушал; парень мысленно взвешивал все за и против. Бэд не казался идиотом, дающим плохие советы, но и рассказывать кому-либо о своем позоре… — Обещаю, что не буду смеяться, — мужчина ободряюще улыбнулся, и Томми принял решение. Смеялся Бэд долго, почти доведя себя до истерики. Том положил голову на стол и закрыл глаза, молясь, чтобы лампа упала и снесла ему башку. — Прости, Томми, — сказал Бэд, и было ясно, что он ни о чем не сожалеет. — А в чем проблема? — Проблема в том, что он — лицемер! — Томми вскочил со стула. Дэррил в недоумении посмотрел на младшего сотрудника, дышащего огнем. — Но вы ведь оба врали? — еще до того, как подросток успел перекричать Бэда, он продолжил. — Ты даже не знаешь, почему он это сделал. Томми сожалел, что не уберег свою тайну от столь безнравственного человека. Ни за что в жизни он не станет разговаривать с ублюдком, играющим с чужими чувствами. Даже больная мать и умирающий щенок не сможет оправдать его, о чем Том и известил Дэррила в очень грубой форме. — Томми, избегая проблему, ты только сделаешь все хуже. Напиши ему и узнай, почему так вышло, а потом забудь про него. Вот увидишь, тебе сразу станет лучше. Дэррил улыбнулся, а потом подпрыгнул и закрыл уши, не желая слушать ругательства Томми. Этим же вечером Томми вошёл на заброшенную страницу. Может быть, он только и ждал от других разрешения вернуться к диалоговому окну. От Табиты не было сообщений. Зато от некого Тоби Смита счет давно перешел за несколько сотен. Шокированный, он пролистывал все сообщения хорошо известного незнакомца. Чтобы прочитать все это, потребовалась бы целая ночь, и Томми точно не собирался тратить на это время.

***

С трудом открыв глаза следующим утром, Томми поднял тяжелую голову. Протирая глаза, он был уверен, что сейчас на их месте красуются два темных круга. То ли из-за недостатка сна, то ли из-за обилия информации, Томми был заторможен и едва ли осознавал, что делал. Туббо тоже сначала списал прочитанные сообщения за галлюцинации. Однако, когда обновление страницы только подтвердило реальность происходящего, Тоби тихо запищал. С каждым новым просмотренным сообщением улыбка становилась все шире. Туббо был счастлив просто от того, что Томас снова здесь. Его не волновало, что скорее всего, Том зашел онлайн, чтобы удалить свой аккаунт. И уж точно не надеялся, что его простят. Разве что совсем немного. Звонок Ники прервал поток мыслей. Подруга предлагала работу, и Тоби согласился. Сейчас он был согласен на все; страница Томаса не была удалена. И каждый раз, несколько раз на дню он брал телефон и проверял, не изменилось ли что-нибудь. Один раз ему показалось, что он набирал сообщение, но Тоби моргнул, и иллюзия исчезла. Парня не пугала зависимость его настроения от другого человека. Он уже давно не испытывал таких сильных чувств. Тоби был даже рад, что еще способен на любовь. Пусть эта любовь односторонняя и заранее обречена на невзаимность. Пружинной походкой он шел по покрытому трещинами асфальту, оглядываясь по сторонам. Любой кудрявый блондин вызывал прочные ассоциации с Томом, так что каждый раз, выходя на улицу, Туббо непременно находил нескольких Томасов. Стоя у входа, подросток рылся в карманах. Не находя что-то, он бледнел и осматривал дорогу. Из-за спины раздался чей-то смущенный кашель. Развернувшись, Тоби замер на месте. Томми держал в вытянутой руке связку ключей, потупив взгляд в пол. Покраснев, он вытянулся и поднял глаза. Тоби не мог оторвать взгляд от полного решимости лица. Что, если слишком громкий вздох развеет мираж? Парень задержал дыхание. — Ты обронил, — вложив в ладонь Тоби ключи, Томми протянул руку. — Я Томми Саймонс. Почувствовав тепло чужой ладони, вверх по руке Туббо пробежала дрожь. Отмерев, он прикрыл неприлично широкую улыбку рукой, но тут же одернул и ответил на рукопожатие. — Тоби Смит, для друзей просто Туббо. Приятно познакомиться.