Одна ночь

Одна ночь. Это всё, что у нас осталось. Уже завтра Олегу предстоит операция. При мысли об этом в животе скручивается тугой узел. Когда я увидела фамилию на снимке, который принёс мне Олег, внутри что-то оборвалось. Наше счастье, которое мы выстраивали годами, обрушилось в один миг. Дальше были бесконечные обследования, анализы и снова это чёртово ожидание. Брагин делал вид, что всё нормально, но я видела, как он боится. Когда я смотрела в его глаза, в них я видела отражение собственного страха. Но мой Брагин никогда не показывает, что ему страшно. Просто не хочет жалости со стороны окружающих. Но я слишком хорошо его знаю, чтобы не заметить, как меняется его лицо, когда речь заходит о болезни. Потом облегчение. Звонок от Мартынова и заветное слово. Доброкачественная. Я не могу сдержать слёз. Страх, сковывающий меня в последнее время, на мгновение отступает. Но облегчение было недолгим. Снова звонок от Мартынова. Нужно поговорить. Уже тогда мне становится страшно. И вот мы узнали о страшном диагнозе. Тогда я больше не могла сдерживаться. Сначала мама, затем отец, а теперь я могу потерять любимого человека. Олег сидит рядом со мной на полу, успокаивает, но рыдания рвутся наружу, слёзы душат, не давая дышать. Следующие за этим месяцы без преувеличения можно назвать самыми ужасными в моей жизни. Олег отдаляется от меня. Я бы так хотела ему помочь, но каждый раз получаю в ответ лишь грубые слова. Каждое из них как ножом по сердцу. Я понимаю, что ему трудно, страшно, но всё равно чувствую злость и обиду на него. Я же имею на это право, правда? Я захожу в спальню и вижу Олега, сидящего рядом с кроваткой нашей дочери. Какое-то время я тихо стою и наблюдаю за ними. С каждым днём Катюша всё больше становится похожа на отца. Сейчас она крепко спит. Я подхожу к мужу, сажусь рядом и обнимаю его со спины, уткнувшись ему в плечо. Брагин оборачивается и долго смотрит на меня. В его глазах мелькает столько разных эмоций: боль, отчаяние и... любовь. Когда он смотрит на меня так, внутри разливается приятное тепло. Затем Олег наклоняется и целует меня, проводя рукой по щеке. Медленно и невероятно нежно. По моей щеке скатывается слеза. Кажется, я за всю жизнь не плакала столько, как за последние пару месяцев. Олег притягивает меня ещё ближе к себе, его руки забираются мне под одежду, и я впервые за долгое время позволяю себе расслабиться. После мы лежим, крепко обнявшись. Нам нравится кожей чувствовать друг друга. – Мне страшно, - тихо произносит Брагин. «Мне тоже» - хочу ответить я. Но молчу. Я должна быть сильной. Ради нас обоих. Вместо этого я произношу: – Всё будет хорошо, Брагин. Ты не умрёшь, ты же мне обещал. Я не вижу его лица, но знаю, что он улыбается, вспоминая наш разговор в Склифе. Чувствую прикосновение его губ к моему лбу. Его дыхание рядом с моим ухом. Теснее прижимаюсь к нему всем телом и хочу навеки запечатлеть этот момент в своей памяти. Момент спокойствия. Это похоже на затишье перед бурей. Завтра Олег будет бороться за свою жизнь, а мне останется только ждать. Снова это ожидание. И страх. Огромный, всепоглощающий страх за жизнь любимого человека. Но это будет завтра. А сейчас есть только его руки, нежно обнимающие меня, его губы, оставляющие отметины на моём теле. Сейчас есть только я и он.