Мне тоже было больно.

— Эйприл, подожди! Прошу! — кричал Донни, пытаясь остановить девушку. — Я сказала, отвали! — нахмурилась О’нилл и посмотрела на него. — Я тебе все сказала еще в логове. — Ты не сказала причину! В чем я виноват? Скажи, я исправлюсь! — нервничал Донателло. Он искренне не понимал, почему та, которую он любит, отвергает его. — Дело не в тебе. А хотя… Да, дело в тебе! Ты мне не нужен. — сказала Эйприл, смотря своими холодными, как лед глаза в глаза напротив. — Ты слишком занудный. Интересна только наука. Я такое не люблю. И секс с тобой ни о чем. Как бревно, ей богу. — Не говори так! Тебе не нравятся мои увлечения? Я готов их поменять! И я буду стараться в постели! Я просто не могу разобраться! Поверь мне, я исправлюсь! — на эмоциях говорил умник, пытаясь прикоснуться своими дрожащими руками до рук Эйприл. — Я стану тем, кем ты хочешь меня видеть… Только не брос… — Я хочу, чтоб мой парень был человеком. Который не сидит на попе ровно и не копается в ноутбуке. Который будет дарить мне цветы, а не ромашки! Хочу, чтоб он был романтичным! А ты… Идиот, в добавок и мутант, с которым не сходить даже в кафе. — говорила девушка, ударив его руки. Каждое ее слово было для него как нож в сердце. Неужели он… Такой простой? Он не угождает ей? Но… Она говорила, что ей ничего это не надо… Значит, она врала? Тогда зачем она согласилась на отношения? — Тогда почему ты согласилась быть со мной?.. — тихо спросил Донни, пытаясь сдержать слезы. — Хах! Хочешь знать? А я скажу. — злобно улыбнулась Эйприл, повернувшись к нему боком. — Только ради того, чтоб ты делал мне домашнее задание. Ну, и для секса. Но тут пролет. Так что… Я сдала экзамены благодаря твоим шпоргалкам и теперь еду на обучение в другой город. И. Ты мне там не нужен. В принципе, ты мне никогда не был нужен. — Н… Никогда?.. — переспросил сиплым голосом Донателло, смотря уже мокрыми глазами на девушку. Почему… Почему она так жестоко с ним? — Да. Ни-ког-да! — усмехнулась О’нилл и махнула рукой. Он не верил ей. Она не могла так. Это все сон. Сон. Простой кошмар, который скоро кончится. Просто надо проснуться. — Эйприл… Прошу, скажи, что это шутка… Я не буду обижаться… Скажи, что ты шутишь… — на грани истерического смеха сказал Донни, потянув вновь к ней руки. Удар. Прям по мокрой щеке. Она его ударила. Замерев на месте, Донни не сводил с нее глаз. За что?.. — Достал! Уйди уже, идиот! Пошел вон! — кричала ему в лицо девушка, вновь отпихивая руки и развернувшись, начала уходить. Ее силуэт пропадал в темноте ночи. Донни остался один на крыше. Но ему казалось, один на целом свете. Он дрожал всем телом, пытаясь понять… Что с ним не так? Почему он такой неправильный? Почему он такой скучный? Почему такой идиот? Идиот… Жалкий идиот. Его ноги подкосились и он упал на колени. Щека горела от удара. Еще и соленые слезы обжигали. Он снова разбит. Его сердце… Бьется сильно и быстро. Он боится. Чего? Чего же он боится? Остаться одному? Она та — которую он любил с пятнадцати лет… Она его идеал. А что случилось? Его безответная любовь случилась. Влюбился, как придурок. Почему он только сейчас начал понимать, что все время носил розовые очки? Почему только сейчас понял, какая Эйприл… Другая. Она человек. А он жалкий урод. Слезы текли по его щекам не переставая. Его сердце больно сжималось и быстро билось. Из его рта послышались нечеловеческие звуки. Затем… Громкий крик. Это крик его души. За что так с ним? Что он сделал? Ну да, урод он, идиот, но почему?.. Почему его нужно добивать?.. Он же просто любит. *** После этого происшествия прошло 2 месяца. Эйприл уехала учиться в другой город, далеко от Нью-Йорка. Донателло все время сидел в лаборатории. Не выходил. Ни пить, ни есть, даже в туалет не выходил. Его братья, даже Раф сильно переживали. Они готовы разорвать эту Эйприл к чертовой матери! А они ее еще подругой считали. Она сломала Донни. Убила его желание жить. *** Прошло еще два месяца. Донни так и не выходил. Как братья не пытались, двери не пускали их. И били, и подрывали. Сами перестали спать, есть и пить. У них было одно на уме: вытащить Донни оттуда. *** Они сдались. Они начали думать, что Донни… Покончил с собой. А двери он запер заранее, чтоб братья его не застукали. Но в один день, когда Раф ушел мыть кулаки от крови, а Лео за очередной порцией бомбочек, Майки удалось попасть в лабораторию его гениального брата. Он не понял, как попал сюда. Двери сами по себе открылись. Зайдя, он увидел… Своего старшего брата, который лежал на полу с раскинутыми руками. На полу были разбитые колбы, порванные бумаги, опрокинутые столы и шкафы. Его запястья были в засохшей крови. Все же пытался убить себя. Майки больно на него смотреть. Но тот дышит! Грудь Донни невольно поднимается и опускается. Глаза его открыты и смотрят в потолок. Подойдя к брату, весельчак заметил, какого цвета глаза его гениального брата. Глаза Донни были… Серыми… Ранее его глаза, цвета хризоберилла* сейчас… Серые. Как будто из них выкачали всю жизнь. Хотя… Так и есть. — Доняшка?.. — тихо спросил Майки, присаживаясь рядом с братом. Тот даже не пошевелился. Просто перевел свои холодные глаза на источник шума. — Дон… — боясь взбесить его, шептал Микеланджело. — Братик… Ему страшно. Страшно понимать, что из-за какой то шлюхи его старший брат изменился. Его тело… О боже, Майки резко захотелось его откормить. Его ноги и так были худыми, а сейчас… Просто кости, на которые натянута кожа. С руками та же история. А его лицо… Ранее немного пухленькие щечки Донни теперь как огромные ямы. Как Донни вообще остался жив? Он как труп… У Майки потекли слезы. Он сразу же попытался поднять своего брата. Аккуратно, как будто он сломается, если резко что либо сделает. Хотя, так и есть. Сумев его поднять, Майки нежно обнял Донателло. Его тело холодное… Как у мертвеца… От этого Майки заплакал уже в голос. — М… Майки… — тихо прошептал Донателло, положив голову на теплое плечо младшего брата. Ему плохо… Он потерял любовь, его оскорбили… Но Майки хуже. Дон — его старший брат — сломался на его глазах. А ведь этот глупышка ставил его себе в пример… Донателло был для него опорой. А сейчас что? Опора сломалась… Смешно звучит. — Майки… Мне холодно… — тихо говорил Донни, не сумев даже прижаться к такому горячему телу младшего. Его мышечная масса сказала ему пока еще в первый месяц депрессии. — Сейчас, братец! Сейчас тебе будет хорошо! — быстро среагировал Майки и взяв на руки, побежал в комнату. *** Прошел месяц. Братьям удалось вернуть Донни. Ну, только внешнюю оболочку. Они его откормили, согрели и поддерживали. Майки вообще спал рядом, не желая бросать брата. Но внутреннее состояние осталось прежним. Депрессия — штука хреновая. Он молчал. Говорил только с Майки. И то два-три слова. — Братец, пора кушать. — сказал Майки, сажая Донни на постель поудобнее. — Я не голоден… — тихо ответил Донателло. — Дон… — нахмурился нунчаконосец и поставив поднос с едой на тумбочку, взял его за щеки. — Хватит. Забудь ее. Она не достойна того, что с тобой сейчас происходит! — Майки, замолчи… — пытался отпрянуть умник, но его щеки сжали так, что рот сам закрылся. — Нет, это ты замолчи! — крикнул ему в лицо младший. — Ты был в депрессии четыре месяца. Сейчас уже пошел второй месяц, как ты депрессируешь не в лаборатории. Она — шкура! Забудь ее! Я же говорю, она не достойна тебя! Она не достойна твой слез! Твоих нервов! Прошу, пойми, у тебя еще вся жизнь впереди! А ты хочешь умереть из-за какой то суки! Очнись, прошу тебя! Донни, не заставляй меня тебя бить, чтоб ты понял! Донателло молча смотрел в глаза цвета аквамарина* перед собой. Те блестели. Сейчас заплачет. Нет, нельзя. Он не хочет, чтоб Майки плакал. — Прости… Не плач… — еле смог сказать умник, погладив его руки. *** Прошел год. Все же Дон поправился. Ему легче. Но… Ему до сих пор больно от предательства. Он вспоминает себя с ужасом. Слава богу, его младший брат был рядом… Майки как будто вдохнул в него жизнь. Нет, Лео и Раф тоже не хило помогали, им отдельное спасибо. Но… Майки вообще от него не отходил. — Донни, ребята, кушать! — крикнул на все логово Майки. — Иду! — усмехнулся Донни, выходя из лаборатории. Он пол года не был в лаборатории. Боялся заходить. Боялся, что его воспоминания про Эйприл снова его сломят. Но сейчас, он вновь вернулся в строй. — Вау, какой жеребец бежит на кормежку. Смотри, Лео, это же точно Донни? — шутливо спросил Раф, идя рядом с Донни и Лео на кухню. — Да я сам удивлен. — усмехнулся Лео. — Хватит вам. — засмеялся Донателло. Ему не обидно. Он понял, что братья — единственное, что у него есть. Лучше всегда быть с ними рядом. Хоть иногда они и спорят, но… Мирятся. Он их любит. *** Самый обычный день. Донни гуляет по крышам. Вообще он вышел за пиццей для Майки, но перед тем, как пойти домой, решил прогуляться. Проходя мимо дома Эйприл, он заметил… Ее. Походу, она приехала сюда на каникулы. Его сердце… Не дрогнуло. Раньше, когда он ее видел, его сердце билось чаще и он таял. А сейчас… Чувства пропали. Заметив мутанта, Эйприл узнала в нем Донни и с улыбкой побежала к нему. Подбежав, она обняла его и чмокнула в щеку. — Дон, как я рада тебя видеть! — Хах… Понятно. — сухо ответил Донателло, слабо оттолкнув девушка. Та удивилась этому и нахмурилась. Какого черта он только что сделал? Оттолкнул ее? Да как он посмел?! — Что за… Что с тобой? — Ничего. Просто не надо меня обнимать. — грубо ответил умник, стоя перед ней. Она начала злиться. Какого хрена он позволяет себе так с ней вести?! — Интересно, почему? — Просто противно. Особенно, если это пытаешься сделать ты. — нахмурился Донателло. — Что ты себе позволяешь, идиот?! — вскрикнула О’нилл и… Получила по щеке. На секунду она выпала. Что. За. Черт. Только. Что. Было? Посмотрев на парня, она испугалась. Тот стоял и холодными глазами смотрел на нее. — Какого черта?!! Ты меня ударил?!! Мне вообще то больно! — Мне тоже было больно. — грубо ответил умник и отвернувшись, пошел по крыше в сторону дома. — Вали обратно в свой городок, где даешь зубрилам и учителям за «знания». Здесь тебе не рады. — Как ты посмел, урод?! — кричала ему вслед О’нилл. И услышала в ответ… — Так же, как и ты, уродка.