Они ненавидят друг друга.

Я не знаю, зачем ждала его около кабинета. Возможно, чтобы снова услышать оправдания, хотя больше мне хотелось услышать, что всё это была неправда, что наши отношения значили для него больше, чем я теперь могла представить. Мой разум затуманила банальная месть, если бы ушла, то совершила бы что-то очень плохое. Он спойкно покинул кабинет Даулинг, вышел из приёмной, даже не заметив меня, и направился в сторону корпуса специалистов. -как ты терпишь себя? - мой голос отразился эхом в пустом коридоре, отчего это звучало ещё более резко, чем я ожидала. Сол остановился, будто ждал какого-то удара с моей стороны, но я не собиралась ничего делать. Не сейчас, - давай поговорим спокойно. -ты способна на это в данный момент? - ему было больно. Мы так с ним похожи, но одновременно так отличаемся, что создаёт эти вечные ссоры. Я очень медленно подходила к нему, каждый шаг на секунду оглушал, а затем снова возвращал в реальность. -пройдемся? - я взяла мужчину под руку, не давая права выбора. Мы молча дошли до холла школы, где через огромные окна лунный свет проходил в здание, создавая волшебную атмосферу. Как жаль, что сейчас нам было не до этого, - всё-таки хочу поговорить. -я слишком виноват перед тобой, чтобы просто говорить об этом. -ну, тебе придётся хоть что-то мне сказать, - я на секунду вышла из состояния равновесия, - ладно, чёрт, свежий воздух, нам нужно на улицу. -ты замёрзнешь, - едва слышно произнёс Сол. -отлично, пошли, - я потащила его за собой. Морозный воздух обжигал лёгкие, хотя сейчас это было так приятно, что я сделала очередной глубокий вдох. Сильный ветер раздувал мои волосы так, что вскоре они превратились в нечто издали напоминающее птичье гнездо. Я остановилась и, найдя в кармане пальто среди прочего хлама резинку, не без труда собрала на голове пучок. Сильва с интересом наблюдал за моими действиями, в другой бы ситуации он отпустил какую-нибудь шуточку, но сейчас всё было иначе, его взгляд был пустым и не выражал ни одной эмоции. Закончив, я снова вцепилась ему в руку, и мы продолжили бесцельную прогулку. Не было сейчас нужной темы для разговора, была только я и моя ненависть, которая всё ещё не желала сдавать позиции. -ты же замёрзла. Эмили, перестань быть такой упрямой, нам лучше побыть подальше друг от друга. Пойдём в школу, - Сильва заставил меня остановиться, и наши взгляды встретились. -почему ты так поступил? Я хочу понять тебя, но не могу, - мои слова были пропитаны смертельным ядом, - Сильва? -я не хочу как-либо оправдывать свои действия, - он опустил взгляд в пол, прожигая дыру в своей обуви. -могу я поинтересоваться, а каким должен был быть итог? Мы бы поженились, у нас родились двое замечательных детишек с розовыми щёчками. Девочку звали Рози,а мальчика - Кристиан, - я попыталась придать голосу нежности, - Фара стала их крестной. Потом ты построил огромный дом прямо здесь, в Алфее, зачем далеко ездить. И вот мы сидим на скамеечке, наблюдая за ребятишками, и ты говоришь:«Эмили, а ты ведь была лишь моим заданием»? -я не думал, что всё зайдёт так далеко. Прекрати так говорить, попробуй встать на моё место, - наконец-то Сол показал настоящие эмоции. Он был зол, - может быть, я ошибся. -может быть? -хорошо, я ошибся. Тебе сложно простить меня. Не знаю, сможешь ли ты когда-то сделать это, однако я правда... Не смей перебивать меня сейчас, - сказал он, предугадывая мои действия, - я правда люблю тебя. Люблю! И ты не можешь никак это изменить. -ненавижу тебя. -а я люблю тебя, - повторял Сол. -ненавижу, ненавижу, ненавижу. -ты ведь знаешь, что это неправда. -знаю, но должна ненавидеть тебя. Я ухожу, - он не стал задерживать меня, не стал ничего говорить в ответ, не стал даже смотреть мне вслед, поступил так, как поступила бы я, заранее зная, что я оценю такой шаг. Когда ты по-настоящему любишь, не важно кого и зачем, ты полностью отдаешься этому чувству. Однако оно коварно. Как только ты поварачиваешься, человек наносит удар в спину, даже если рана от прошлого удара ещё не зажила. Вот она настоящая любовь. У монеты всегда две стороны: безграничное счастье или безграничная боль. Но самое страшное не это. Совсем нет. Самое страшное - когда человек вместе с тобой ранит и себя самого. Тогда в мире остаются два разбитых сердца, не ожидавших такого расклада. Коварная любовь... Казалось, что я сошла с ума. Девушка в зеркале, она была чужой. Слезы катились по её щекам, ей было больно. Она кричала от страха и ужаса, пронизывающих её хрупкое тело, но я не слышала этого крика. Эта девушка хотела что-то сказать, она отчаянно пыталась достучаться до меня сквозь тонкую преграду, но мне уже было не до неё. В моей голове зародилась мысль, от которой мурашки шли по коже. Это была не я. Когда человек способен убить себя, он не жалеет о прожитой жизни. Жалеют все вокруг. Эта жизнь просто уже давно не принадлежит ему. Многие называют самоубийц трусами, но только вдумайтесь, каким сильным нужно быть, чтобы, смотря на голубые линии, расползаюшиеся по запястью, сделать это последнее движение. О чём же человек думает перед смертью? О том, как сильно он теперь хочет жить? Нет, фу, как банально. Он думает, как мог предотвратить это. Может быть, ему не стоило ходить в то кафе в восемь утра в понедельник, или забыть сумочку в парке, или опоздать на работу, забыв завести будильник, или выходить за чёртов барьер? Не понятно, когда вдруг наступает момент опустошения или лучше сказать - обнуления. Твой мозг будто сводят к заводским настройкам и кроме того, что тебе теперь нужно учиться заново чувствовать, так ещё и голова слишком сильно болит. В ту секунду, стоя над пропастью, запивая кучу таблеток или держа в руке лезвие, ты понимаешь, что все проблемы были лишь проблемками. Руки опускаются и ты делаешь шаг назад, ставишь стакан и отпускаешь рукав кофты. Вот он конец без начала. Я тихо заплакала, спускаясь вниз по стене. Горькие слезы, так давно желавшие выйти наружу, наконец пробили себе путь через боль и страдание. Вот почему я стала избегать людей. Они не готовы принять меня с моими проблемами, а вдобавок делают больно.