Зимний вечер

Этот день настал… Мое общение с Артуром оставалось прежним, его краткое приветствие или же, даже отсутствие быстро кинутого «привет». Он стал чаще обниматься с Сарой, и целоваться почти на каждом углу. На его щеках или шее чаще мелькали следы ее помады. А после каждой репетиции, он хватая сумку выбегал к ней. Иногда Сара даже сидела и наблюдала за нами, как мы прогоняем один и тот же текст, который я знаю уже наизусть, и смогу рассказать любую часть, если меня попросят об этом в три часа ночи. Не раз я застукал их в классе, где его руки по хозяйски скользили по талии девушки. Его серые глаза всегда смотрели на меня с холодом, колючим и острым морозом, от которого я хотел спрятаться и сбежать. А на губах играла довольная ухмылка. И хотя его преследования и попытки сблизится сошли на нет. Артур все равно смотрел в мою сторону. Я часто ловил как туманные глаза, изучающе смотрели на меня, и как только он замечал мое внимание, вновь тянулся к Саре за новым поцелуем. Он будто специально делал это передо мной... Коридоры были полны шума и торопливых разговоров. Ребята на ходу повторяли движения танцев, и переговаривались между собой. Было заметно всеобщее волнение. Я пытался успеть за другом, который огромными шагами направлялся в раздевалку. Он крепко сжимал в руках свой костюм и подгонял меня. Когда мы вошли в небольшую комнату, почти никого там не было. Большая часть парней уже переоделись, поэтому тут были либо те, кто опоздал как и мы, либо те, кто хотел побыть вдали от толпы. — Мои родители уже в зале. — Пытаясь четко произнести слова, выдавил из себя мой друг. — Я так нервничал последний раз, Никогда. — Крис нарочно выделяет последнее слово и начинает снимать свой свитер. — Чего встал как истукан, переодевайся, ты вообще первый будешь выходить. Ты же ведущий. — Спасибо что напомнил. Я нехотя стягиваю с себя толстовку, оттягивая момент моего выхода. Хотя вряд ли это поможет, только опозорюсь опозданием. — Мне кажется, я нервничаю потому что в паре с Евой. — Тебе не кажется. — Я усмехнулся заметив, как дрожащие руки друга пытаюсь ровно застегнуть все пуговицы на рубашке. — Тебя от волнения трясет. — Меня больше поражает твое спокойствие. — Крис встает и подходит к зеркалу, начиная завязывать галстук. — Чего стоишь в одних штанах? Ты первым выходишь, а почему то не переживаешь. Ты же сцены боишься. — Боюсь…- нехотя соглашаюсь с другом и кидаю взгляд на свой костюм. — Ты не представляешь, как мне не хочется туда выходить… — Но придется… Ровный, холодный и такой колючий голос Артура, который в последние дни для меня звучит именно так, заставляет обернуться в сторону двери. Сегодня, он выглядит иначе. Волосы аккуратно уложены назад, и теперь, когда челка не падает на его глаза, я отчетливо понимаю, что могу утонуть даже в этом холодном сером тумане. И за это ненавижу себя сильнее. Его взгляд нагло скользит по лицу, вниз, рассматривая мое тело. Я хочу скорее спрятаться, и начинаю жалеть что не оделся так же быстро, как мой друг. Его глаза хищно сверкнули, но заметив мое неудобство, Артур переводил взгляд на Криса. Я замечаю, как его пальцы сильно сжимаются в кулак и как крепко он стискивает челюсть. — Ты прав, ему придется выйти на сцену. — Наконец, разобравшись с галстуком, Крис нарушает молчание, и подходит ближе, хлопая меня по спине. — Давай, соберись и не переживай. А я пойду. — Куда? — Репетиция перед выступлением. — Еще и друг называется, кидаешь меня тут. — Я быстро накидываю на себя рубашку, пока Артур переводит взгляд то на меня, то на Криса. — С тобой останется твой партнер по сцене. — Мой друг засовывает руки в карман, и по своей привычке начинает разминать шею. — Да и вам не мешало бы повторить слова. — Спасибо, но не надо. Я уже насытился этим текстом. Артур продолжает молча наблюдать за тем как я переодеваюсь. Скрестив руки на груди и опираясь на стену, он не раз тяжело вздыхает, словно пытаясь привлечь мое внимание. Когда, я наконец накидываю пиджак своего костюма, он делает пару шагов, сокращая расстояние между нами. От чего то, мои руки начинают потеть и ноги словно становятся ватными, но сдержать себя удается. Его пальцы быстро скользят по галстуку и поправляют его. Этот жест выглядит слишком обыденным, слишком повседневным. Будто он каждое утро поправляет мой галстук. Осмелившись, я поднимаю глаза. Туман… Дым… но не такой холодный как все прошлые дни. Он слишком близко, снова. Я снова позволил себе слабость и подпустил его к себе. Снова попался в его игру, правила, которой мне не ясны. — Слышал ты боишься сцены. — он произносит это тихо, почти шепотом, продолжая возиться с галстуком. — Если что, я не слежу за тобой, просто твой друг недавно сказал. — Переживаю что все пойдет не так. Зачем? Я такой идиот что сознаюсь в этом ему. Ругаю себя, за эту доверчивость, но уже не могу вернуть слов назад. Артур лишь хмыкает в ответ на мое признание. Пальцы скользят выше, касаясь слабо моей шеи. Невесомое, почти не ощутимое прикосновение, но такое обжигающие, что на секунду, дышать становиться тяжелее. Его рука плавно падает на мое плечо, но кожа шеи до сих пор ощущает то слабое прикосновение, от чего мысли путаются одна за другой. — Если что, ты на сцене не один. — Все так же тихо говорит он. — Я ведь тоже там. Не бойся. Просто представь, что все эти зрители игрушки. — Вижу тебе нравится играть и видеть в людях игрушки. — Эти слова выскакивают из уст, быстрее чем я успею подумать. Он явно недоумевает к чему я клоню. — Ладно, продолжай. — Хотел поддержать, а ты снова наехал. Тебя так смущает тот поцелуй. — Давай не будем об этом. — Я устало вздыхаю, пытаясь отодвинуться. — Все и правда в порядке, просто выступление, вот и на нервах. — Я часто в детстве устраивал концерты для игрушек, потому что больше не для кого было. Поэтому я предложил тебе эту альтернативы. Но если будет легче, то представь что ты один, что зал пустой и больше никого нет. — Он переводит дыхание наклоняясь ближе ко мне. Я снова вижу перед собой того, Артура который пытался со мной подружиться, и которому я наговорил гадостей. — Если сделаешь ошибку, я исправлю. Не беспокойся. Слегка потрепав мои волосы, Артур радостно выпрямляется, замечая как я недоволен испорченной прической. — Давай, нам пора на сцену. Скоро все начнется. — Его голос снова меняется. Снова лед. От того, кто только что меня поддерживал не остается и следа и я не знаю, чему верить… Не знаю почему он так себя ведет и зачем играет со мной… Тяжело вздохнув, я смиряюсь со своей участью, и нехотя плетусь на сцену. Не знаю, игра ли это была или правда, но его слова и правду успокаивают меня…