Аэлла

Расскажу тебе одну

легенду, которая

изменит ни одну

жизнь, а в какую

сторону слушай внимательнее… POV… Небо затянутое в чёрную дымку, вот уже третьи сутки было сложно отличить день от ночи, мелкие просветы лучей, были не удостоены вниманием бравых воинов. Свежий, морозный воздух сменился на, запах тлеющих домов и полей. Роса подобно хрустальным камням, тех самых, что хранились в сокровищницах наших предков, сменилась на рубины, только это были не сокровища… Алая, почти чёрная кровь, земля питалась ей, словно младенец вкусивший молоко матери. Люди бились, падая не то от смертельных ран, как от изнеможения. Они знали, что за спиной не осталось ничего из прошлой жизни, возможно никого… но с ними их король, их вождь. Король выделялся ярким пятном в этой однородной массе крови, грязи и всего, с чем была связана эта битва. Он сражался спиной к спине с сыном конюха, чья рука впервые почувствовала тяжесть металла, и чужую кровь под ногтями. Эдрастам Ланкастрброу король Камулодуна, королевства что скрыто за камнями, выстроенными стеной его предкоми. Король, о котором слагали легенды при жизни, о нем шептали и кричали, любили и ненавидели, его боялись. А тем кто пытался храбрится, отбивали атаки «Лунного короля». Лунный король, он был прозван таковым при рождении, когда повитуха в страхе пред увиденным вымолвила: — Новорождённый старец! Ребёнок появившийся на свет был прекрасен, и ужасен по красоте своей. Его невинный пушок, словно нити серебра, что ткали в мастерских лучшие рукодельницы земель, находившиеся на всей территории Темного Леса. Глаза же его были подобны чистому, летнему небу без единого облачка. Это была большая редкость, возможно единый случай рождения Лунного ребёнка, на границе лесных королевств. Его необычайная внешность внушала страх перед неизвестностью, потому своим первым криком, он заглушил последний крик своей матери. Роды королевы длились больше ночи, обессиленная мать не успела вскормить долгожданного наследника, прежде чем судьба предписанная ей, задолго до ее рождения свершилось. *** — Мой король, войска Грагенора несет большие убытки, Сазалам был прав, стоило раньше смазать наконечники Ледяной травой — произнёс мужчина средних лет, уворачиваясь от удара меча, который появился в пару сантиметрах от правого уха. —Алан, если бы не твой трезвый ум, никто и не вспомнил бы про Салазама, сына безумного лекаря — заправив серебряную прядь за ухо, и выпрямившись в полный рост ответил сыну кузнеца. Эдрастам Ланкастрброу, король Темного леса, и Алан Бамандуррид сын кузнеца, держат меч, плечом к плечу, топчут одну землю, защищая жизнь друг друга. Они не были приближены, не были знакомы. В привычной им жизни, сын кузнеца склонял голову, не смея поднять глаза пред Лунным Королем, но это было в прошлом, которое казалось было так давно… *** —Единственное чем слав Темный лес и его земли, это выродок Ланкастрброу, что родился с сединой в волосах. Мой прадед не хвастался такой шевелюрой, прожив целый век — выплюнул Грагенор Вавасур, король северных владений, что тянулись подобно раскиданным бусам. Люди севера издавна метили земли, что давали урожай способный вскормить не одну армию. — Мы обещаем голова Лунного Кароля, украсит опочивальню вашего наследника. Северяне были хорошо обучены и стойко держались на поле боя, их король был умён и хитер. О его расчетливости ходили легенды. Но кто будет слушать люд, готовый продать родную кровь, лишь бы удостоиться внимания человека в цветных одеяниях. Взяв с собой воинов, тех кто ещё мог удержать тяжесть меча, Грагенор направился в сторону заклятого врага. С целью осуществить то, что в него заложили с самого момента рождения… окрасить меч, кровью Лунного Короля. Воспользовавшись моментом Грагенор, окружает Эдрастама кольцом выкованных для этого момента мечей, с целью покончить с боем, пролить кровь противника… Отразив очередной удар Эдрастам, делает выпад на уже обессиленную ногу, взмахом правой руки обезглавливает соперника. Выдохнув, обхватив железо покрепче, краем глаза он замечает сталь, что грозится пронзить его пораженное предплечье. Ни теряя драгоценные секунды, он отражает удар, обезопасив плечо, и тут же терпит яркую вспышку боли в левом бедре. Это был грязный приём, который в очередной раз доказал, Грагенору и всей его армии чужд закон честного боя. — Я удивлён, воочию видеть тебя на поле боя Грагенор… ведь ты предпочитаешь ожидать вестей в шатре, в безопасном для тебя расстояние — ухмыльнулся Ланкастрброу, игнорируя боль, которая разрасталась с каждым ударом сердце. Два кинжала, что сейчас «украшают» внутреннюю част бедра Седовласого короля, успешно находились, в той самой артерии, способной убить человека без каких либо других повреждений. — Говори Лунный король, ровно до тех пор, пока жизнь покидает тебя. Но я сделаю тебе одолжение, сразив тебя на поле боя — приблизившись на небезопасное расстояние к раненому, о чем Грагенор будет жалеть остатки своих дней. Сложив все силы, что ещё давали ему возможность держать дух перед противником. Эдрастам поднимается с колена, в полный рост равняется с соперником, целясь прямо в глотку, туда где билась жилка. Но большая потеря крови, и истощенное тело подводит его... Но не его дух, не люди которые сражалась за его спиной, бросаясь в бой с именем своего короля... И тогда превозмогая себя, игнорируя каждый болевой нерв, каждую повреждённую мышцу, Эдрастам Ланкастрброу, делает последний рывок... Отталкиваясь всем телом от рыхлой почвы, насколько это позволяют его повреждение, и израненное тело. Король Темного леса запрокидывает правую руку, с потянутыми мышцами и множествами ранений, целясь в растерянное лицо противника, и наконец оставляет позорный след мечтам Грагенора Вавасура. Потеряв последние силы Король, пал на землю, отсчитывая последние удары сердца, чувствуя как оно бьется где-то в районе живота. Озверев не то от своей непредусмотрительности, не то от боли, что поразорило левую сторону лица, красными от крови и гнева глазами Северянин схватил меч, чтоб закончить начатое. Замахнувшись со всей возможной на тот момент силой, Грагенор нанёс последний удар, намереваясь закончить историю Лунного Короля Звон отбитого железа резнул слух.. — Не тебе грязному животному поднимать, свой ржавый меч, над Моим Королем Вавасур— отразив удар одноглазого, выплюнул сын кузнеца, нанося хаотичные удары. Едва успевая отражать выпады, что сопровождалось боевым кличем. Грагенор оступился, споткнувшись об тела мертвецов. Не удержав контроль над собой, он напарывается на один из мечей своих воинов, пронзивший его грудь, чудом не задевая сердце гнусного короля. —Мой король, вам нужно прижечь рану, много крови было потеряно— грубо перевернув на нужный бок, затягивая тугой узел — оправдывая свои действия, говорил Алан Бамандуррид. Обвязав выше самого ранения лоскутом своей рубахи, прижигая глубокую рану, собственным мечом, кузнец не отдавал отчета своим действиям. Здесь.Сейчас. — Эй кузнец, откуда столько знаний, не ты ли обрюхатил лекаршу, что понесла месяцем ранее? Могу даже предположить, о чем вы говорили во время соития — выдавив из себя подобие улыбки говорил Король — Имею наглость, вас разочаровать. Конюх разве что, телом выдался лучше моего, женщины падки на крепкие спины — пытаясь поднять уже заштопанного короля, усмехнулся смельчак. Встав на ноги, наблюдая как остатки войска Темного Леса добивают противника, штопают и выносят раненых, Эдрастам опираясь на плечо преданного друга, уже знал что ждёт их в грядущем будущем. —Ты держался подобно лучшим воинам Средиземья. И в знак спасённой жизни, я приближаю тебя к себе, поднимаю тебя с колен — Голубые глаза, ясного небо, смотрели в глаза, что были два изумруда — Запомни и передай это своим потомкам. Ребёнок, что родится на свет, подобный сердцу и лику моему, будет навсегда дарован роду твоему… И в этот момент, были решены две судьбы: Ребёнок, что родится на свет, Подобный сердцу и лику моему Будет навсегда дарован роду твоему…