Пленительная красота

Огай уже который год убеждается, что Крис прекрасна.Ни разу не жалея о том, что влюбился в ту, когда она была еще юной особой, горящей алым пламенем.Огай души не чает в ее взгляде изумрудных глаз, где у разрезов пролегли едва заметные морщинки, которые и не видны вовсе, в руках, которые то держат, смыкая аккуратные пальчики, с непременно бордовым лаком, кружку пастельно-серого цвета теплого утра, которую Огай, собственно, ей и подарил, то листают книгу, которыми завалена почти вся квартира. Крис обожает книги, у нее глаза загораются при очередном твердом переплете.А Мори не против тратить все деньги на то, что бы ЕГО Крис была счастлива.Он не против, что бы она играла по ночам на гитаре, аккуратно перебирая длинными пальцами, а то и ногтями, аккорды струн, будто вслушиваясь в гитару, чувствуя ее и прислушиваясь к ней, как к живому существу. Бывает так, что Крис придет поздно, начнет играть, да так и застынет, как только в проеме в котором нет двери, появится Огай.Поднимется, неспешной походкой подходя к мужчине, обдаст шлейфом духов, улыбнется едва, а затем с губ ее слетит фраза: «Я расстроена, гитара тоже» И Огай, а нынче просто Ринтаро, все непременно поймет.И пока девушка переодевается в ее излюбленный черный, с вышитыми хрустальными лилиями, халат в пол и неброский хлопковый костюм, сделает поздний ужин, оставляя варку кофе за Крис, потому что такой кофе, как делает она, заварить никто не сможет.Он по особенному вкусный и необыкновенный.И Огаю, ах простите, Ринтаро, это нравится. А позже они, будут ужинать вместе, Ринтаро будет смотреть на профиль перед собою, давно изученный и от того родной, находя в нем еще больше красоты и изящества.Чего стоят медные локоны у лица, которые в теплом свете лампы приобрели чуть ли не бронзовый оттенок, а аккуратный носик, а припухлые губы, теперь уже без помады, но с едва заметными мазками в трещинках, которые хочется, непременно замазать, что Ринтаро и сделает, но чуть позже. Они молчат, сидя за столом.Крис знает, что на нее смотрят и она тоже не прочь смотреть хоть вечность на Огая, в его глаза цвета очень спелой вишни, гладить его руки с такими же тонкими пальцами, которые до этого держали скальпель.И от этих мыслей, Крис улыбается, что не может скрыться от взгляда Огая, который улыбается в ответ.И произносит тихо, но так, что бы его слышали: -Пойдем отсюда, душа моя… И они уходят с кухни, что бы перейти в комнату напротив и забыться в простынях, наслаждаясь друг другом, общей близостью и упоенным чувством любви, восхищения и страсти.