На Марсе классно

Тэхён почти теряется в лесопарковых зарослях, пытаясь пробраться к огромному озеру, что находится в самом центре. Озеро это не только питает окружающие земли водой, но и таит в своих недрах подводный город, из которого, если верить преданиям, вышли на сухую землю марсиане. Когда-то давно история родного мира очень занимала Тэхёна. Он просиживал днями в библиотеке, читая ветхие свитки и громоздкие книги в глиняных обложках. Сейчас же ему нет нужды черпать знания с сухих страниц, шепчущих голосами предков. Сейчас у него есть ламинид, драгоценный подводный камень, который и нашёптывает ему истории разделения их народов на ухо, когда они вместе сидят в зарослях душистого камшрона, и Тэхён плетёт венки на их головы из крупнолистных фиолетовых цветов. - Ты пришёл. Голос слышится откуда-то со стороны и сверху. Вскинув голову, Тэхён широко улыбается, видя свой личный «ламинид». Чонгук широко улыбается ему и протягивает ладонь. Взявшись за неё, Тэхён ловко забирается наверх, садясь рядом с парнем на ветвь дерева, и крепко его обнимает, вдыхая запах водных цветов с тёмных волос. Щёки младшего заливает краска, когда Чонгук обнимает его в ответ, скользя ладонями по спине. Сердце начинает биться быстрее в груди. Тэхёну кажется, что всё его естество тянется к этому парню. К тому, кто когда-то очень напугал его, ребёнка, выглянув из прибрежных зарослей камыша. Они познакомились под этим самым деревом множество ближнелунных и с десяток дальнелунных циклов назад. Тэхён сбежал из дома, чтобы исследовать лесопарк, куда его никогда не отпускали, и заблудился. Сначала ему совсем не было страшно. Вокруг росли причудливые деревья, кусты и травы, цветы. Сладко пахло влажной почвой, травяным соком и пыльцой цветов. Настил травы под ногами казался невероятно мягким, а свежая прохлада среди обилия зелёных растений заставляла задыхаться от восторга. Тэхён метался туда-сюда, трогал и нюхал, даже иногда пробовал на вкус всё, что попадалось под руку. Лесопарк завладел его вниманием безраздельно, и не сразу маленький марсианин понял, что совсем не знает, как выбраться из высящихся вокруг зарослей. Это настолько же напугало, насколько взбудоражило. Тэхён пришёл с равнины, усыпанной красными песками и окружённой горами. Кое-где находились кратеры с водой, бьющей откуда-то из-под земли, однако всё было однотонным и очень скучным. Ещё больше Тэхёна раздражало, что он из-за своей внешности просто сливается с окружающим миром. Его кожа, как и радужки глаз, была красноватой, словно пески вокруг, а волосы - светлыми, как выжженные сухостью равнины редкие деревья, имеющие белоснежные стволы: хрупкие, как тонкие косточки мелкой дичи. Может, поэтому Тэхёну так и понравилось среди зелени лесопарка, в которой он выделялся ярким пятном. Может, именно из-за проснувшегося в этом месте чувства комфорта мальчик не так уж и сильно испугался, когда увидел глядящие на него из камышей огромные фиолетовые глаза. - Ты улыбаешься, - замечает Чонгук и отстраняется от него, срывает с ближайшей ветви цветы, вручая их Тэхёну для венка. - Вспомнил что-то приятное? - Нашу первую встречу, - отзывается Тэхён и негромко смеётся, когда Чонгук краснеет. На его бледно-голубой коже румянец проступает кривыми пятнами, но Тэхёну нравится. Нравятся ему и глаза Чонгука с радужкой насыщенного фиолетового цвета. Может, именно поэтому венки он каждый раз плетёт именно из камшрона. Нравится ему и странная форма ладоней и ступней парня. Они вытянутые, напоминают плавники рыб из озера, и Тэхён уверен, что это для того, чтобы иметь возможность плавать под водой. Хотя у Чонгука нет жабр на шее или за ушами, что изрядно Тэхёна озадачивает. Как же он всё-таки дышит под водой? Загадка. Нравится ему и запах Чонгука: свежесть и водные цветы. Нравится цвет его кожи: будто гладь кристально чистой воды в ясный день. Нравятся иссиня-чёрные волосы марсианина. Тэхёну нравится в Чонгуке всё. Нравится его непохожесть на самого Тэхёна, его яркость и живость, прохлада и свежесть. И, вероятно, понравилось ему всё это с первого взгляда, ведь иначе, почему он с восторженным воплем после прошедшего секундного страха кинулся тогда ребёнком к Чонгуку, хватаясь за его мокрую ладошку и начиная знакомиться? - Ты напугал меня тогда до ужаса, - ворчит Чонгук и смущённо отводит взгляд, когда Тэхён вновь начинает посмеиваться. - Вот тебе весело, а у меня тогда чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Старшие ребята рассказали мне об огненных искрах, которые могут жить только на суше и иногда принимают марсианский облик. Когда я увидел тебя, то подумал, что ты - та самая огненная искра. Это, между прочим, очень опасные существа. Они сжигают или высушивают всё, до чего дотронутся. Когда ты схватился за мою руку, я думал, что умру на месте. - Ты прекрасно знаешь, что мне до сих пор совестно из-за твоих слёз, - поджимает губы Тэхён, вспоминая напуганные влажные от слёз фиолетовые глаза пухлощёкого ребёнка, и смотрит виновато, а после опускает готовый венок на голову Чонгука и обхватывает его лицо ладонями. - Я никогда не слышал этой легенды. И я всегда был любопытным ребёнком. Когда я увидел тебя, то подумал, что красивее существа никогда в жизни не видел. Боялся, что ты убежишь, поэтому и схватил. Чонгук вновь заливается неровным румянцем из-за комплимента, и Тэхён негромко воркует, а после наклоняется и целует бледные губы. Чонгук замирает сначала, как и всегда из-за робости и смущения в такие моменты, а после обнимает его за шею и отвечает на поцелуй, вылизывая сухие потрескавшиеся губы старшего, собирая с них привкус прогретых солнцем камней и горячего пепла. - Мой ламинид, - шепчет Тэхён, разрывая поцелуй и упираясь своим лбом в чужой. - Мой драгоценный камень. Моё сокровище. - Ты никогда в жизни не видел ламинид, - бубнит Чонгук, привычно пытаясь скрыть смущение за колючками. Тэхён беззаботно пожимает плечами. Ему не нужно видеть что-то, чтобы представить с чужих слов. Он не видел, но прекрасно знает со слов восторженного Чонгука, как выглядит ламинид, как знает и то, что его Чонгукки намного красивее и ценнее этого камня. Вместо спора об этом Тэхён спрашивает Чонгука о том, есть ли на глубине озера гигантские рыбы. - Чтобы во-о-о-от такущие. Есть? - улыбается парень и широко разводит руки. Чонгук закатывает глаза и смеётся из-за его гримасы, но начинает рассказывать, и весь мир пропадает. Остаётся только Чонгук с венком из камшрона на голове, его звонкий голос, напоминающие журчание ручья, и прохладные пальцы, держащие руку Тэхёна за ладонь. Руку, на запястье которой Чонгук перед их расставанием глубоким вечером под светом двух лун и ярких звёзд наденет широкий браслет из прозрачного материала, внутри которого по кругу будут светиться прозрачным светом шарообразные ламиниды. Руку, которую он будет крепко сжимать в момент последующего поцелуя и всех других поцелуев до конца их с Тэхёном дней.

☾☾☾

- Ким Тэхён! Извольте обратить на меня внимание! Учитель математики бьёт указкой по столешнице, и лицо его краснеет от гнева. Тэхён осоловело хлопает ресницами и потирает глаза, тяжело вздыхая. Так, будто на его плечах вся тяжесть вселенной. Так, будто тонкоголосый визгливый преподаватель математики стоит ему костью поперёк горла. Пожилой мужчина, видимо, отлично это понимает, потому что начинает привычно вопить, а после заявляет, что Тэхён остаётся после уроков драить спортивный зал и раздевалки. Кивнув, парень потирает слипающиеся глаза и вновь вздыхает, переводя взгляд за окно. Небо такое ясное, что больно глазам. Наверное, это из-за недосыпа. Не стоило на ночь глядя зачитываться очередной книгой о приключениях в космосе. Но что Тэхён может с собой поделать? Читать о других планетах и далёких галактиках намного интереснее, чем учить математику или английский язык. Вот уж где можно позволить себе полёт фантазии, а не загонять себя в рамки. - Твой полёт фантазии каждый раз загоняет тебя на отработки, хён, - ворчит Чонгук. В спортивном зале пусто и прохладно, но неприятно пахнет резиной мячей и впитавшимся в стены вокруг затхлым запахом пота множества учеников. Лениво двигая шваброй из стороны в сторону, Тэхён с унылым выражением лица смотрит на грязную влажную половую тряпку, оставляющую на полу серые разводы, а после бросает это дело и идёт к Чонгуку, что сидит на стопке матов и листает его тетрадь по математике. На обложке сине-фиолетовый космос, а внутри среди цифр и заумных формул зарисовки рек, гор, равнин и озёр. Чонгук переворачивает страницы и видит извилистые тропы, деревья со свисающими лианами и причудливые цветы с огромными лепестками. Видит заштрихованный горизонт вдали и две луны на небе. Видит заросли камыша, рябь на воде и висящий на ветви одинокого дерева с широким стволом венок. - Это камшрон, - поясняет Тэхён, кивая на венок. - Фиолетовые цветы, которые росли только на Марсе. Из них делали краску и украшения на праздники. А это озеро, под которым таился целый подводный мир, где жили подводные марсиане. Знаешь, как русалки или что-то вроде того. - Откуда ты это взял, хён? - удивлённо смотрит на него Чонгук. Тэхён широко улыбается. - Выдумал, конечно! Чонгук закатывает глаза и начинает ворчать, что Тэхён слишком много времени проводит в своих фантазиях. Впрочем, он тут же начинает громко смеяться, когда Ким щекочет его. И притихает, заливаясь краской, когда их губы встречаются в лёгком поцелуе. Пыхтит и сопит от смущения, но обнимает за шею и улыбается, когда Тэхён разрывает поцелуй. Смотрит широко распахнутыми тёмными глазами, светящимися восторгом и счастьем. Ким в радужке младшего видит отблески звёзд и причудливые преломления света от дальних планет. - Вот ты смеёшься, а я могу быть прав. Кто знает, что было на Марсе, когда по Земле ходили динозавры? Эта планета вообще похожа на один огромный Гранд-Каньон. Может, там была своя цивилизация. Может, там жили всякие причудливые существа и такие же странные люди с цветной кожей и забавными ушами в виде трубочек. Может, там даже жил кто-то, похожий на нас с тобой. Только представь! Чон Чонгук с голубой кожей и ластами вместо ног! - Я как-то легче могу представить Ким Тэхёна с красной кожей цвета варёного рака. Точь-в-точь ты с прошлогоднего летнего лагеря после обгорания на солнце, - ехидно тянет Чонгук. И срывается на визг и смех, когда Тэхён с боевым кличем набрасывается на него со щекоткой и смазанными поцелуями. Про уборку зала оба мгновенно забывают, а после и вовсе сбегают тайком из школы, чтобы пойти к Тэхёну домой и до позднего вечера проговорить про другие планеты и жизнь в космосе. Ведь как бы Чонгук ни строил из себя незаинтересованное лицо, где-то в глубине души он часто думает о том, что это было бы действительно здорово: если бы где-то далеко-далеко во Вселенной их с Тэхёном копии тоже были вместе.

☾☾☾

- Ты в курсе, что у нас завтра с утра построение? Через месяц отбытие на проверку границ, а ты вместо подготовки только и делаешь, что сидишь в ИнтЭре. Зашедший в комнату Чонгук скидывает тёмно-зелёную форменную куртку на свою койку и пронзает недовольным взглядом. Высокий, широкоплечий, мускулистый. Невероятно красивый парень, молодой мужчина. Тэхён до сих пор не может понять, и как ему только ответили взаимностью? Чонгук дисциплинированный, строгий к самому себе, и перфекционизм - его второе имя. Форма всегда чистая и опрятная, отглаженная. Ботинки начищены. Шнуровка на одну сторону. Пропуск и именной жетон на цепочке всегда на шее. Чонгук всегда всё знает, всё помнит и ко всему готов. Тэхён его полная противоположность. Немного ленивый, забывчивый и пренебрегающий своим внешним видом. Его карточки и пропуски непонятно где, на столе полный бардак, а кровать не заправлялась уже недели две. Даже в огромном сияющем чистотой военно-академическом корпусе он умудряется переляпаться в грязи или краске, непонятно где найденной, и на его голове даже при короткой стрижке лохматое гнездо. Может, из-за привычки ерошить волосы в моменты задумчивости или увлечённости книгой или фильмом. Смотрится кошмарно. Или очень смешно: кому как. - На что ты вообще потратил это утро? - фыркает Чонгук и склоняется над ним. Вжав голову в плечи, чтобы не ударить младшего макушкой по подбородку, Тэхён откидывается на спинку стула и с удовольствием вдыхает аромат парня. Тот явно только из душа после тренировки в боевом корпусе, и Тэхён запрокидывает голову и проводит носом по его шее. Чонгук вздрагивает и прикрывает глаза на долю секунды, но тут же возвращает строгое выражение лица, щёлкая пальцами по сенсорной панели. ИнтЭра, глобальная информационная сеть, налаженная между множеством планет галактики, выдаёт Чонгуку множество открытых окон-вкладок, в половине которых содержится информация о Марсе, а в других - о Земле. И если первое стало привычным после того, как Тэхён заинтересовался «старой галактикой», как называют в их время Млечный Путь, то Земля - это что-то новое. - Решил расширить горизонты? - подкалывает Чонгук, опуская лицо вниз, и Тэхён тут же ловит его губы в коротком поцелуе, после чего с улыбкой тычется носом в мягкую щёку младшего, мгновенно украсившуюся румянцем. - Может быть? Не знаю, - пожимает плечами. - Просто стало любопытно. Давно доказано, что на Марсе очень много тысяч лет назад была жизнь. Она была там даже до того, как зародилась жизнь на Земле. Разве тебе не кажется это волнующим? Люди на Земле и не знали, что они не первые. Не первые и не последние, чего не успели выяснить, сгубив свою планету. А ведь жизнь на Марсе могла бы существовать и сейчас. Марсиане могли бы быть даже более развитой цивилизацией, чем вся наша галактика целиком, если бы не метеорит, врезавшийся в Марс и пробивший его, почти добравшийся до ядра, что могло стоить планете полноценного уничтожения. - И чего тебя дёрнуло пойти в военные? - качает головой Чонгук и усаживается на колени старшего, с затаённым интересом рассматривая отснятые на Марсе и Земле фотографии. - У меня-то выбора не было из-за семьи, а вот ты мог бы стать великим археологом, собрать группу учёных и махнуть на другой конец света на свой обожаемый Марс. - Можно подумать, ты не знаешь, - усмехается Тэхён. Уши Чонгука алеют, и сердце в груди ёкает. Он знает. Конечно, знает. Тэхён был тем, кто влюбился в лучшего друга первым и хранил свои чувства в тайне. Тэхён был тем, кто не пожелал расставаться и пошёл вслед за Чонгуком в военную академию, после которой они по распределению попали в малые войска, постоянно отсылаемые на границы для подавления бунтов на захваченных планетах или для помощи местным жителям. Тэхён был тем, кто всегда оставался на стороне Чонгука, поддерживал его, заботился о нём. Нет ничего удивительного в том, что Чонгук влюбился в ответ. Нет ничего удивительного в том, что Тэхён заразил его своей любовью к другим планетам и галактикам, к путешествиям и новым знаниям. К мечтам. Вот только выбора у Чонгука нет из-за семьи, и ему бесконечно жаль и очень стыдно из-за того, что он одним своим присутствием в этом мире губит жизнь Тэхёна, который мог бы добиться многого, занимаясь любимым делом, а не убегая в свободное время в их комнату, чтобы полюбоваться на диковинные красные равнины, полные багрового песка, всего лишь через голографический экран. - Если бы я мог, то отправился бы с тобой даже на Землю, - негромко говорит Чон. Тэхён, заслышав в его голосе вину, крепко обнимает младшего и прижимается щекой к его щеке, опуская подбородок на крепкое плечо. - На Землю не надо. Люди превратили её в гигантскую, полную грязи, отравы, ядовитых испарений и отходов, что даже сейчас никак не могут разложиться, помойку, после чего просто вымерли. Это совсем не романтично. Лучше на Марс. Красные пески, горы вокруг и глубокие кратеры. Пусть это всё, что осталось от планеты, на которой когда-то росли диковинные леса и были глубокие озёра. Пусть две луны, как называли марсиане спутники планеты, давно покинули свои орбиты из-за окончательно пропавшего космического притяжения. Я уверен, там всё равно восхитительные закаты. Я хотел бы увидеть хоть один такой с тобой. - Даже если не в этой жизни, то в следующей? - усмехается Чонгук, откидываясь на его грудную клетку. Тэхён улыбается. - Даже если не в этой жизни, то в следующей.

☾☾☾

Чонгук вываливается из космического самолёта с зелёно-жёлтым лицом и сильно сузившимися зрачками. Это видно даже через маску на его лице, и Тэхён тут же оказывается рядом, готовый оказать помощь. Чонгук не выносит путешествия на кораблях с гипер-прыжками. После них его всегда штормит, шатает и тошнит ещё несколько часов, и Тэхён это прекрасно знает, но в этот раз сделал всё, чтобы уговорить парня на дальнее путешествие. Вообще-то студентам делать в экспедициях нечего, но Чонгук не просто какой-то студент. Он самый лучший на своём курсе, а в его голове будто миниатюрная ИнтЭра. Очень полезный человек с объёмным багажом знаний и умений. Так сказал Тэхён администрации университета, смежного с исследовательским центром, занимающимся дальними галактиками. Но на деле он просто пытался всеми правдами и неправдами добиться разрешения для Чонгука отправиться на Марс, потому что с детства был очарован этой заброшенной, очень далёкой планетой. Ступить на которую мечтал лет с шести, а ступить вместе с Чонгуком - с двадцати шести, когда пропал с головой в невероятно очаровательном, вечно смущающемся большеглазом студенте, интерактивные рисунки которого с самого первого курса доводили преподавателей до блаженного экстаза. Молодой профессор Ким Тэхён не стал исключением. - Ты как? - заботливо спрашивает Тэхён. - Очень рад. И очень тебя ненавижу, - сипло шепчет Чонгук, вцепляясь в его руку, и вымученно улыбается, оглядываясь вокруг. - Эй, ты сделал это, верно? Мы на Марсе. - Мы на Марсе, - подтверждает Тэхён. Пусть Чонгук чувствует себя нехорошо, оглядывается парень с явным восторгом. Таким же восторгом светятся глаза Тэхёна, когда он начинает рассматривать раскинувшуюся перед ними равнину. Красные пески, крутые горы и кратеры. Уже три сотни лет Марс исследуется различными экспедициями, прибывающими из дальней галактики, из которой прибыли и Чонгук с Тэхёном. Были найдены во время раскопок дома марсиан на этой самой равнине. После исследования глубокого раскола планеты в районе, где миллионы лет назад находилось священное озеро посреди зарослей дикого лесопарка, были найдены следы ещё одного поселения, в котором - по предположениям и вполне подтверждённым гипотезам учёных - жила подводная разновидность марсиан. Чего только ни привозили учёные с раскопок. Тэхён мечтал однажды попасть на Марс, и вот его мечта сбылась. Более того, он исполнил свою мечту вместе с любимым человеком, что пусть и ворчал и подкалывал часто, но понимал и даже разделял его любовь к этой планете. - Ты хоть видел, какие там растения были? - сверкал глазами Чонгук перед экспедицией, не отрываясь от зарисовок в своём толстенном блокноте, который предпочитал самым навороченным графическим планшетам. - Это же с ума сойти можно! Из-за почти отсутствующего притяжения деревья ввысь вырастали до десятков метров. А сколько там было различных растений и цветов, лечебных трав и съедобных ягод, кореньев? Я хочу узнать о них всё! Конечно, оба понимали, что это намного сложнее, чем найти следы цивилизации в виде разрушенных или полуразрушенных домов, храмов, дворцов или подземных лабиринтов, однако где цивилизация, там и архивы, а где архивы, там и неуёмный Чонгук, готовый выжать из них всё до последней крупицы информации. Тем более что на планете ещё до них основательно поработали, сделав большую часть грязного труда. Тэхёна же всегда больше привлекал быт цивилизации, даже если это разбитые черепки или вилки с десятью зубцами для приёма пищи, и он надеялся найти что-нибудь необычное и интересное. Может быть даже что-то, что до него никому не попадалось. - Ох! Чонгук-а, ты только посмотри на это! Его мечта сбывается спустя неделю пребывания на планете. Все трудятся не покладая рук, и Тэхён в том числе, хотя и шатается везде с Чонгуком, на пару с ним отбившись от коллектива. В этот раз они решили добраться до места, где когда-то было священное озеро. В раскол группой собирались опускаться только через две недели, после окончания работ на равнине, однако Тэхёну было любопытно, и он потащил за собой Чонгука. И вот теперь он стоит в стороне от парня, что делает какие-то зарисовки в своём блокноте, и вертит в руках широкую полоску чего-то, напоминающего стекло с прозрачно-голубыми камнями внутри. - Это ламинид. Драгоценный камень, - выныривает из-за его плеча Чонгук и выхватывает находку, поднося к глазам, скрытым маской, и внимательно рассматривая. - Этот камень можно было добыть только на дне озера, и местные считали его священным. Из-за своего подводного происхождения или особых свойств, уж не знаю, этот камень светился изнутри. Водный народ считал его необычайно ценным подарком. Вручая своей паре ламинид, марсианин клялся в вечной любви и верности, вверял свою жизнь в руки пары. Считалось, что таинственный свет ламинида поддерживает отношения, подпитывает любовь, отводит в сторону ссоры и болезни. А ещё этот камень навсегда гас после смерти возлюбленных, из-за чего марсиане верили, что души влюблённых переплетались и исчезали в один миг, чтобы где-то в другом мире разделить вечность на двоих, перерождаясь вновь и вновь. Якобы именно свет ламинида, сплетаясь с душами своих хозяев, позволял подобное. Поэтому при выборе пары марсиане хорошенько думали перед тем, как дарить ламинид. Кому захочется провести вечность перерождения душ с ошибочно выбранной парой, которую разлюбишь через несколько лет? По традиции, эти камни дарили в месте первой встречи и там же закапывали в землю, когда пара чувствовала, что пришло их время расставаться с жизнью. Считалось, что место, где закопан камень, станет якорем для душ. Что они обязательно в него когда-нибудь вернутся. - Красивая легенда, - выдыхает зачарованно слушающий младшего Тэхён. И по-лисьи щурится, пихая того в бок. - Эй, Чонгук-а. А ты бы подарил мне ламинид, если бы мы были марсианами и жили здесь когда-то в прошлом? - Вечность с тобой? Вот уж нет! - запальчиво выкрикивает Чонгук. Он тут же отворачивается и начинает суетиться на пустом месте, но всё равно не может скрыть своё явное «да», которое Тэхён видит в его покрасневших ушах и смущённых косых взглядах. В его дрожащих пальцах, притопывающей ноге и нервном движении откидывания чёлки со лба. Это наполняет сердце такой радостью и нежностью, любовью, что Тэхён сгребает вскрикнувшего младшего в крепкие объятия и приподнимает над землёй, зацеловывая зарумянившееся лицо младшего и останавливаясь на его губах. Чонгук дёргает ногами в воздухе и возмущённо пыхтит, но в итоге сдаётся и сам льнёт ближе, крепко обнимая за шею и отвечая на поцелуй. И ни один из них не замечает, как бусины из ламинида в осколке браслета на секунду вспыхивают в руке Тэхёна, подтверждая древнюю легенду и знаменуя воссоединение душ в том месте, где когда-то очень давно, миллионы лет назад, растрёпанный марсианин с прозрачной голубоватой кожей и ярко-фиолетовыми глазами вручил браслет с этим камнем своей паре, радужка глаз которой отражала лучи закатного солнца и яркость песков багровой равнины.

|End|