Приворотное зелье

POV Фёдор Достоевский — Так, когда вы говорите, видели Айю в последний раз? — я взглянул на вмиг побледневшую хозяйку таверны.  Нет, она вряд ли что-то знала, скорее ее пугал сам факт допроса и моё положение. Но в страхе люди выдают то, что предпочли бы скрыть, и я этим умело пользовался. — Говорю ж, пять или шесть недель назад, Темнейший — женщина чуть склонила голову. Бессознательный жест признания моего положения.  — Она отработала смену. Говорю ж, выходные она подрабатывала, в другие дни учеба у нее время занимала. Да тяжело сироте одной, повезло что дар проклюнулся, училась, науку изучала. Иногда у нас с книжками сидела. Милая девочка.  — Я не прошу ее описывать, — с трудом подавил желание закатить глаза. — С кем она общалась? Дружила ли с кем? Может, любимый был? — Был один, рыженький такой.  Общались они. Айюшка при нем так как улыбалась, прям расцветала. — Подробнее опишите внешность, — произнёс я.  — Ох, какой же вы воспитанный. Со мной и на «вы», — улыбнулась она, забывшись. — Внешность, — напомнил я. — Так высокий, фигуристый. Вроде молодой, но вас магов разве разберешь?  Так вот, молоденький, красивый парень. Тоже из магической вашей академии. В синем он ходил вот — произнесла она. Пока что это первое информативное заявление с ее стороны. Синюю форму  носили адепты с факультета боевой магии. Я распрощался с хозяйкой и покинул таверну.  Довольно прибранная, чистая, она привлекала хорошую публику, находилась недалеко от центра.  Элис, пропавшая месяц назад адептка академии, работала в этой таверне на протяжении полугода, показывала хорошие результаты учебы, но вдруг исчезла с вещами, оставив заявление об отчислении. Родителей нет, сообщить о пропаже некому.  Четыре девушки, пропало за последние полгода. Просто в один день ушли, оставив после себя заявление об уходе, либо записку. Такое бывает, но не так часто.  И если бы не странная смерть Гоголя преподавателя защитной магии, никто бы и не обратил внимания на внезапное исчезновение адепток.  Адептам про смерть их преподавателя е сообщали, так же как и о пропаже адепток. Ректор считает, что лишний шум может спугнуть убийцу.  Гоголь был моим другом, и я считаю своим долгом разобраться в обстоятельствах его смерти. Не мог он так нелепо умереть. Он умудрялся создать щиты, даже когда падал в стельку пьяный. А тут упал с лестницы и погиб.  Я уже неделю в городе, но ничего выяснить так и не удалось. Натолкнувшись на тупик в расследовании смерти Гоголя, я решил рассмотреть все возможные версии. Даже самые невероятные.  Но кто ж знал, что в академии наткнусь на приворот? «Проклятие любви», как я его окрестил, не дает житья. Я постоянно думаю об Рюноскэ, меня неимоверно тянет к нему. Без него сердце просто разрывает тоской, не говоря о постоянном желании овладеть им. Радуюсь лишь тому, что в его присутствии здравомыслие отказывает не до конца. Мы провели ночь вместе из необходимости, ведь заклинание не дает нам долго находится в разлуке. Совместные ночи помогают притушить силу влечения, что позволяет нам нормально жить и заниматься своими делами днем. К себе я вернулся ни с чем. До вечера просидел над бумагами, пока не ощутил открытие портала. Я передал Рюноскэ артефакт телепорта в свой дом. Работа и до этого требовала массы усилий, ведь мысли каждый раз ускользали, воспроизводя образ темноволосого ангела, а с его появлением, я окончательно отбросил бумаги и покинул кабинет. Рюноскэ уже шел мне навстречу. Как всегда, прекрасный. Как только он оказался в моих объятиях, чувство тоски в груди отпустило, даже дышать стало легче. Я вдохнул пряный аромат волос Рюноскэ. Рюноскэ потянулся ко мне за поцелуем, я буквально впился в его губы, сразу проникая языком в его рот. Такой вкусный, такой желанный и такой недоступный. POV Достоевский  Я вновь раздел его и положил на кровать. Он уже знал, что за этим последует, потому покорно развёл ноги пошире.  Я не был любителем подобных ласк, но Рюноскэ я мог ласкать и целовать часами, наслаждаясь его стонами и криками, дрожью его гибкого тела и блаженством, застывшим в прекрасных, серебряных глазах.  Похоже это любовное проклятье покушается и на мои предпочтения.  Рюноскэ отвёл взгляд от моего тела, смущенно покраснев. «— Какой же он милый.» — пронеслось у меня в голове.  — Рюноскэ, чего ты стесняешься? Ты уже видел меня обнаженным, и сам сейчас без одежды. — Это неправильно… Я вас… тебя почти не знаю, мы даже не нравимся друг другу… — прошептал он  Это с какой стороны посмотреть: скорее я не нравлюсь ему, хоть он и не успел оценить мою настоящую внешность.  О себе я подобного сказать не могу — Рюноскэ прекрасен. При других обстоятельствах я бы все равно обратил на него внимание.  — Рюноскэ, мы обручены твоей магией, и я не знаю, насколько долго, — точнее реакция разложения порошка уже шла в лаборатории, и я бы мог завершить работу намного быстрее, но его появление каждый раз отвлекало от важного. Даже  сегодня я мог поработать над снятием приворота. А чем занимался? Рюноскэ промолчал. На несколько минут в комнате повисла тишина. — Я принёс свои записи. Проверь их, пожалуйста, — произнёс он и подошёл к своей сумке. Утихшее было желание вновь проснулось, стоило ему нагнуться, ведь покрывало распахнулось, открывая прекрасный вид. Он извлёк из сумки блокнот и направился обратно.  — Проверишь? — спросил он, садясь на край кровати.  — Конечно, — я  забрал у него блокнот. «—Он действительно вывел контрзаклинание! А это означает конец нашим страстным вечерам… Похоже действие порошка оказалось сильнее, чем я думал. Ведь в том, что мне не хочется говорить правду его вина! Это ужасно заставлять его быть со мной лишь из-за действия порошка.», — мысли смешались в непонятную кучу, но я решил сказать правду. — Всё верно, — произнёс я. — Правда? — обрадовался Рюноскэ, подавшись ко мне. — Да твои расчёты верны, осталось лишь всё правильно выполнить, — произнёс я любуясь его улыбкой. — Это же замечательно, — произнёс Рюноскэ улыбаясь. — Наверно, — тихо прошептал я. POV Рюноскэ У меня всё получилось. Я был так рад, а боль в сердце от мысли, что мы будем не вместе — это лишь действие порошка. — Когда можно будет провести ритуал? — спросил я. — Порошок я изучил, так что используя твои записи можно приступать хоть сейчас, — произнёс Фёдор, отводя взгляд своих прекрасных фиолетовый глаз в сторону. В сердце, словно возили нож. « — Это просто действие порошка… Ты не знаешь его…», — но сердце не слушало, оно болело, тянулось к человеку, которого не по настоящему любил или… Мотнув головой, отгоняя дурацкие мысли прочь я произнес: — Мне нужно привести себя в порядок. Вам хватит часа на подготовку к ритуалу? — Хватит. Через час в лаборантской, — проговорил он. — Хорошо, — произнёс я и открыл портал в свою комнату. POV Достоевский Я подготовил всё нужное к ритуалу, поставил полог тишины и на всякий случай защитный щит. Ровно через час в лаборантскую зашёл Рюноскэ. Весь в чёрном слегка важными после душа волосами. — Заболеешь ещё, — проворчал я, когда он подошёл ближе и высушил его волосы заклинанием и не удержавшись погладил его по голове. — Спасибо, — произнёс он и слегка отстранился. Вам когда-нибудь втыкали нож в сердце? Именно такую боль я испытал в тот момент, когда Рюноскэ просто сделал шаг назад. — Вам плохо, — произнёс он подходя вновь подходя ближе. — Всё нормально. Нужно начинать, — произнёс я, победив желание схватить его и прижать к себе и никогда не отпускать. *** После ритуала*** — Получилось? — с надеждой спросил Рюноскэ. — Сейчас проверим, — я притянул его ближе и поцеловал, а потом отдалился и быстрым шагом дошёл до двери. — Что ты чувствуешь? — спросил я. После нескольких секунд Рюноскэ наконец сбивчиво ответил: — Шок, растерянность… А ещё вы все также прекрасно целуетесь… — Хм. Спасибо конечно за комплимент, но что-то ещё ты чувствуешь? — спросил я улыбаясь. — Жара внутри нет, к вам как к магниту не тянет. Значит все получилось, — радостно произнёс Рюноскэ. — Я тоже больше не хочу наброситься на тебя прямо сейчас, так что все получилось просто прекрасно, — произнёс я. — Спасибо профессор, — произнёс Рюноскэ подходя ко мне. — Не стоит меня благодарить, ведь вы сами помогли исправить свою же ошибку. Вы молодец адепт Акутагава. Отбой через двадцать минут советую поторопиться, — произнёс я. —Ваш артефакт, — произнёс он протягивая кулон, который я ему дал. — Это подарок, оставь. Ты сможешь открыть портал туда, куда захочешь, не только в мою комнату, не тратя резерв. — Спасибо. До свидания профессор, — произнёс Рюноскэ и вышел из лаборатории. — Всё получилось… Ты не достоин настоящей любви… — прошептал я в пустоту Убрав следы проведённого ритуала, я открыл портал в свою комнату.