Воспоминания - слишком больная штука

Несколько лет назад, день Святого Валентина. - Андрюш, можно тебя кое-что сказать? - Да, конечно, Мистюш. - Я... Мы знакомы уже около семи лет, и я понял, что уже не могу без тебя. Я люблю тебя. В ответ была тишина. Вскоре Лагг, улыбнувшись, прошептал: - Ох, зря ты это сделал... - В смысле? - спросил Мист аккуратно. - Зачем признаваться бессердечному? - Что? Ты не бессердечный! Наоборот даже! - Нет, - горько и сквозь слёзы ухмыльнулся Андрей, - ты ошибаешься. - Что с тобой? Солнышко, ты плачешь? - Я... Да. Воспоминания - слишком больная штука. - Поделись со мной, может тебе станет легче. - Может, - парень начал рассказ. - В 9 классе я перешёл в другую школу. Тогда мне было очень трудно, ведь я предпочитал говорить по-белорусски, а в новой школе, что возле границы с Рашкой, все говорили по-русски. Там через недели две я полюбил одного парня. Он был высоким синеглазым брюнетом. На день Святого Валентина я подарил ему маленькое сердечко. На следующей перемене вместе с дружками пришёл ОН. - Как его звали? - глаза Ярика пылали от заинтересованости. - Его... Вроде бы Ярослав... - Что было дальше? - Они меня избили. После этого три года я был в депрессии. Резал вены, плакал ночами, кричал от боли в подушку... Часто стоял на крыше, пытаясь покончить с собой. Но тогда мой страх был выше чем гордость... Яр обнял своего любимого, пытаясь отвлечь от неприятных мыслей и воспоминаний. - Что было после? - спросил тихо парень. - После... Я нашёл его в сети. Следил за ним с левого аккаунта. У него было тёлок больше чем хвоинок на ёлке. А потом... Мы встретились. - Серьёзно?! Что ты сказал? - Что он очень изменился. - А он? - Не очень понял, к чему веду. Я извинился, соврав ему о том, что перепутал его с кем-то. - А дальше что было? - Дальше мы объявили о сотрудничестве. Подружились. Стали лучшими друзьями... - Подожди... То есть, это какой-то ютубер? - Да. - Лололошка? - Нет. - Может Кейн? - Не угадал. - Я не знаю кто это... Возможно, это Шадоу Присток? - Не-а. - А кто? - Это ты. Повисла тишина. Мистик не мог принять, что это был он. Тот, кто сейчас признаётся в любви тому, кто почти умер около десяти лет назад. - Я... Прости... Наше время. День Святого Валентина. Блондин среднего роста в белой футболке и чёрных спортивных штанах стоял на крыше. Достал телефон: - Алло, Рома, привет, - спокойствие. - Привет, привет, Дюша, - радость. - Что делаешь? - заинтересованность. - Да так, стримлю, - рутина. - "Привет" зрителям, - смех. - Они тебе тоже "Привет" передают, - улыбка. Немного тишины. - Лаггер, а зачем звонишь? - флирт. - Попрощаться, - грусть. - В смысле?! - страх. - Моё время уже пришло, прости. Прости за всё, - разочарование. - Нет, постой! - тревога. - Прости, ты был лучшим другом, - извинения. - Ты... Ты тоже, - смирение. - Ещё раз прости за всё, - стыд. - Ты тоже прости, - боль. Андрей скинул трубку. Сейчас он с Ромкой были похожи на двоих братьев, которые поссорились и спустя время, когда гнев уже потух, опять просят прощения друг у друга. "Резал вены, плакал ночами, кричал от боли в подушку... Часто стоял на крыше, пытаясь покончить с собой. Но тогда мой страх был выше чем гордость..." Эти слова крутились в его голове. "У всех нормальные достижения, а у меня... Дважды страдаю от одного и того же. Офигеть! Крута!". Что же. Блондин расправляет руки в сторону, запуская ветер под футболку. Небо начинает краснеть: рассвет. Парень быстро достаёт телефон: какая-то идея опять залезла в его светлую башку. Находит какую-то эпик музыку*. "Так хоть умереть веселей". Зелёноглазый подходит к краю крыши. "Здесь реально высоко". Шаг и... - СПАСИБО, РОМА ЛОЛОЛОШКА! - кричит Лаггер, улыбаясь и закрывая глаза. Больше он их не откроет...