Одуванчиковые забавы

Син Цю так и продолжает смотреть вдаль. Ему нужно уже возвращаться домой, но у него такое ощущение, что его ноги сейчас сами поведут его вперёд, прямиком в город свободы и одуванчикого вина. И он не ошибался. Его туфли тронулись с места, и он медленно пошёл вдоль красного моста, выходя из родного города. Сначала Син Цю подумал, что вновь видит пух одуванчика перед собой, ведь любое белое пятно сразу же напоминало об этом уже надоевшем ему цветке. Но сощурившись, юноша понял, что видит вдали горизонта белую знакомую макушку. Медленная ходьба сорвалась на бег, после чего то белое пятнышко с каждой секундой становилось всё больше и больше узнаваемым. На кой чёрт стесняться своих желаний? Книголюб напрыгнул на опешившего Чун Юня с объятиями, чуть не свалив того с ног. – Син Цю?! Что ты здесь делаешь? – Чунь Юнь совсем не ожидал встретить друга именно здесь, за пределами Ли Юэ. – Пришёл встретить тебя. Странно? – Отдалился Син Цю, изогнув брови и улыбаясь. – Нет, просто.. Откуда ты знал, что я приду именно сегодня и сейчас? – Чун Юнь улыбнулся следом. – Либо это обычное совпадение, что я тебя увидел, либо просто предчувствие. Предчувствие звучит куда более романтично, скажи? – промолвил Син Цю и двинулся вперёд. – Вижу, тебе уже легче? – Что ты имеешь ввиду? – спросил юноша, обернулся и тут же застыл. Он застал Чун Юня достаточно близко, подбирающего семена одуванчиков с его плеч. Неловкость с треском ударила в атмосферу. – Просто... Их сейчас сыпется... Сам посмотри, – начал объясняться экзорцист, наблюдая за, считай, водопадом из пуха. – Бог ты мой, – ужаснулся Син Цю, уже успевший привыкнуть и отвлечься от всего этого. Он полез руками за затылок, и сразу же почувствовал, как будто трогает пушистого кота, а не свои короткие волосы. – Да откуда их столько.. – Заневрничал Чун Юнь, спеша набирая в обе руки белоснежный пух и отбрасывая их в сторону. Те же, будто маленькие дети, что радовались свободе, подхватили ветер и метнулись высоко в красное небо, рассыпаясь. Ещё несколько подобных движений, и белый туман из семян понёсся в их родной город. – Кажется, весь Ли Юэ скоро будет цвести в одуванчиках... – Тихо произнёс Син Цю, без понятия, радоваться красоте или тревожиться последствиям. – Кажется, прекратилось, – С облегчением вздохнул Чун Юнь, положив руки на плечи друга. Спина Син Цю была усыпана мелким пухом. Как он выживал с этим всю эту неделю? – И часто у тебя такие... приступы? – Впервые, – Произнёс Син Цю, наблюдая, как всё ещё разносятся одуванчики. – Слушай, Чун Юнь... – Да? – Можешь помочь мне вернуться домой? Если кто заметит, будет худо. Небо уже укрыла тёмная лазурь вместе со звёздами. По улицам изредка проходили жители, и то, в основном, пьяницы. Чуть ли не на каждой улице патрулировали миллелиты. Син Цю шёл вместе с Чун Юнем позади. Сейчас всё, слава Архонтам, было в порядке. Они преспокойно дошли до дома книголюба, и сейчас уже начинаются проблемы. Ведь комната Син Цю была на втором этаже. – Мы можем залезть по этому дереву, смотри, – Син Цю легкими и отточеными движениями забрался по извилистому дереву вверх, уже начиная открывать окно. – Только не упади, – прошептал Чун Юнь, настороженно глянув на стража, что прошёл неподалёку. Им повезло, ведь Син Цю загораживала плотная оранжевая крона дерева, что закрывала того от зорких глаз посторонних. – Ты меня недооцениваешь, – Игривисто улыбнулся другу юноша, что уже забрался в комнату и выглядывал вниз. – Залазишь? – А мне можно? – Максимально громким шёпотом спросил Чун Юнь, и даже встал на носочки, дабы того услышали. – Переночуешь у меня, всё путём, – С той же громкостью ответил Син Цю и подал руку, которую, совсем скоро, схватили и благополучно поднялись к нему в комнату. – Фух, – Вздохнул экзорцист, уже находясь в тёмном помещении, где единственным источником света служили фонари с улицы. Его друг бродил в кромешной тьме, видимо, в поисках включателя. Спустя время в комнате наконец разлился тусклый свет от малой, но красивой люстры. – Прости за небольшой беспорядок, – неловко засмеялся Син Цю, стоя в центре небольшой комнаты, осыпанной книгами и полками для них. Его кровать была не заправлена, с кучей вещей на ней. На полу валялось всё, что только можно. А вдали комнаты стоял письменный стол, с чернилами и пятнами от них. Так же, стоит учесть, что везде было много одуванчикового пуха. Особенно на кровати. – Здесь даже пройти сложно... Ты никогда столько прежде не читал, не в таких количествах, – Обеспокоился Чун Юнь, смотря на множество книг и сразу же начав собирать их. – Я просто хотел отвлечься и позабыться. Наверное, я правда слишком увлёкся, – посмеялся Син Цю и полез в шкаф за сменной одеждой для их обоих. – Прости, сегодня обойдёшься без душа. – Жаль. – Чунь Юнь всё продолжал складывать книги на полки. Их правда было много. Иногда он засматривался на обложку и пробегал взглядом по строчкам открытых, даже сам не зная зачем. Когда в комнате стало куда легче дышать и пространства стало больше, он обернулся и заметил, как за ним всё это время наблюдали с кровати. – Не знал, что ты хочешь стать моей служанкой. Чун Юнь в ответ хмуро свёл брови на секунду. – Кстати, она же у тебя есть. Так откуда такой беспорядок-то? – Я попросил не беспокоить меня и мою комнату некоторое время. Я уже рассказал ей про свою проблему, так что она меня прекрасно поняла и выполнила просьбу, – рассказывал Син Цю, обнимая подушку. – Мне нужно было побыть некоторое время одному. – Ох.. Я сейчас тебе не мешаю? – Обернулся Чун Юнь, который, оказывается, уже начал переодеваться. – Нет, – Син Цю отвёл взгляд на окно. – наоборот даже. Тишина резала уши. Лишь шорох одежды неподалёку от окна, на которое изо всех сил пялился юноша – Мы будем спать на одной кровати? – Ну, – Сердце Син Цю встревожено заколотало. – это если ты не против. – Не против, – Чун Юнь сел на кровать напротив друга, от чего та немного закачалась. – Мы и раньше когда-то так делали, помнишь? – Да, было дело, – Произнёс Син Цю, пока в грудь била волна какого-то смущения и напряжения. – Кстати, почему тебя так долго не было? Ты говорил, что вернёшься за два дня. – Точно, совсем забыл рассказать, – проговорил Чун Юнь, садясь ближе к стенке и опираясь на неё. – Я проводил небольшое расследование. Вернее, я попросил Сахарозу провести какое-нибудь алхимическое расследование над твоими одуванчиками. Знаёшь её? – Слышал о ней от Альбедо. – Так вот. По итогу, твой пух одуванчика ничем не отличается от обычного. Совершенно. – Я подозревал о таком, – вздохнул Син Цю, положив ладонь под щёку. – Я вот думаю. Может быть это болезнь? – А ты ходил к доктору? – Да. Но он был без понятия что это такое. Сказал, что, возможно, это дух или проклятье. – Если бы это было так, то всё бы прошло сразу же, после того как я встретился с тобой, – Чун Юнь нахмурил брови. – Вот и я так думаю. Оба затихли, каждый думая о своём. Чун Юнь о проблеме, а Син Цю о том, как стоит поблагодарить друга за помощь. Юноша отложил подушку и поднялся с кровати, чтобы выключить свет. – Хотел сказать спасибо. – А? – Чун Юня вырвали из мыслей чужие слова и внезапная пропажа света. – Ты правда очень стараешься для меня, я ценю это. Спасибо, – улыбнулся Син Цю, оперевшись на дверь. – Всегда пожалуйста, мы же друзья, – голос Чун Юня звучал очень мягко и неторопливо. Син Цю оттолкнулся от двери и пошёл в сторону кровати. Вскоре юноши заснули.