Без тебя крыльев нет...

      Удар. Блок. Снова удар. Падение.       Боль разлилась по телу, медленно подобно яду, который вот-вот убьёт. Но в отличие от яда, это не убьёт, а только будет мучать присутствием.       Снова тренировка. Снова проигрыш. Она чувствует, насколько стала слабой. — Эренберг, что случилось сегодня, у тебя так сильно утренняя прогулка силы забрала? Совсем не пытаешься отбиваться, — капрал был недоволен, но в его голосе были нотки беспокойства за девушку.       Тренировка началась полчаса назад, но она ни разу не смогла отбиться, что уж говорить об удачных ударах...       Прокашлявшись и набрав побольше воздуха в лёгкие, брюнетка поднялась и посмотрела на Ривая взглядом который так и кричит «помолчи хоть секунду или тебе конец».       Долго это не продолжалось, он подошёл к ней и провел рукой по раненому плечу, выводя из транса состояния желания убить. — Почему не сказала, что вывихнула плечо? Это для тебя шутки? Если травмировала сильно, то говорить нужно, а не молчать. — С чего вдруг такая забота? Вроде никогда не интересовался моим состоянием на тренировках. — Идиотка. Идём, пошаримся в кабинете очкастой, — он взял её за руку и повёл в корпус, несмотря на все взгляды которые им бросали новички и шёл он уверенно. Хотя... Что ещё можно было ожидать от Капрала разведкорпуса? — Капрал, может не нужно? Не маленькая, потерплю. — А ведёшь ты себя именно так. Обесценивать своё состояние? Тогда через полгода тебя уже будут съедать черви в могиле. — Бе, какой ты противный. Но я польщена, ты думаешь я выдержу полгода? Обычно, всем твердишь что и недели не продержутся. — Постепенно я начинаю жалеть о своих словах, — устало выдал Леви, доводя её до кабинета Ханджи.       Постучав три раза и не дожидаясь ответа, он открыл дверь с ноги. — Ривай! Ну и ну, с чего это ты заглядываешь сюда добровольно? — Ханджи была рада и удивлена, смотря в свой рабочий стол уже хотела сказать что-то, но Аккерман её перебил. — Разбирайся с этой дурёхой, чтобы через час она была уже здорова в своей комнате. Ани, в комнате, а не на улице, поняла? — Так точно... — Леви, не будь такой злюкой, а теперь кыш отсюда! А мне предстоит работа с тобой, Ани. — Разберись с плечом её. — Да поняла я, не глупая, всё Ривай, кыш!       Леви вышел, закрыв дверь хлопком и учёная начала ходить туда сюда по помещению, переставляя бирки в шкафчиках. — Как Вы так просто прощаете этого черта? — Я не злопамятная, — сказала Зое с улыбкой, — Прощать людей куда легче, и поверь, таких как он тем более. — Пф... Скажите это любому из новобранцев и они подумают, что Вы более сумасшедшая чем кажетесь. — А я кажусь сумасшедшей? — не прекращая улыбаться спросила шатенка. — Если так можно сказать. Быть помешанной на чём-то сейчас воспринимается сумасшествием. — А что думаешь ты по поводу меня? — Вы хороший человек. Но я не доверяю до конца. Хотя я никому не доверяю, так что неудивительно. — Ох, Ани, ты и не обязана верить ни мне, ни Эрвину, ни коротышке, это твой выбор как жить, но я имею право задавать вопросы о прошлом? — Смотря какие. — Чудненько! — учёная покопалась в своих ящиках стола и достала оттуда стекляшку среднего размера, которая оказалась линзой и показала жестом снять повязку, к чему брюнетка прислушалась, начала осматривать глаз. — Это с рождения, со временем или ты не знаешь? — начала с простого Ханджи. — С рождения. — Твои родители... Они жили там же и на никакую помощь рассчитывать было бесполезно? — постаралась более корректно обратиться к вопросу связанному с семьёй.       Ани поставили в тупик. Сказать правду равняется поставить себя в положение человека, который скрывает что-то. Соврать означает скрыть о лечении и причине подобного рода особенности. — Я... - девушка собралась с силами, и в голове восплыла мысль, — Наша семья не всегда жила в подземном городе, раньше мы жили недалеко оттуда на поверхности, врачи говорили, что это никак не исправить, да и мне это «передалось» от матери. Как рассказывал отец, она была с такими же глазами. — Так значит какое-то лечение да попытка была? — переспросила Ханджи. — Верно, — подтвердила Ани. — Так, хорошо, я могу подумать над этим всем, но так ли он тебе мешает своим цветом? — с небольшой грустью спросила Зое. — Он... Привычен мне. Не задумывалась о том, как бы выглядело если бы они оба были одинаковые. Скажем так, он мне не мешает, к чему вопрос?       Шатенка посмотрела на повязку в руках девушки. — Это только для того, чтобы не мешать другим разведчикам на тренировках и во время пересечения с ними. Внимание у них не там где надо. — Что же это я... У тебя ведь что-то с плечом как сказал ворчун, а я только и думаю о том, что интересней. — А, да пустяк, повредила немного. — Пустяк или нет уже буду решать я, снимай аккуратно рубашку, чтобы не зацепить сильно руку, а я пока схожу за бинтами. — Так точно.       Следуя указанию, Эренберг сняла рубашку положив её на соседний стул и начала осматривать свои руки.       Она не носила вещи с короткими рукавами, не закатывала рукава и тем более не смотрела в зеркало без скрытия рук. Один взгляд на это количество шрамов хватало вспомнить события многолетней давности когда она была ещё ребёнком, когда приходилось забывать о ранах и продолжать упорно тренироваться сквозь боль. Упорно выживать за стенами и стараться прощать старшего брата, что так... — Я вернулась! — резкое появление хозяйки комнаты вывело из мыслей неожиданно и дёрнувшись, Ани посмотрела на виновницу этого. — Прости-прости, напугала? — Всё нормально... — Ох, святые титаны, ты с Риваем тренировались или ты чертила по камням часами? — Один раз упала. — И это одно падение заставило твоё плече превратиться в игру демонов, которые раскрасили его в синие и фиолетовые оттенки, да? — с добротой в голосе слегка издеваясь, но тихо произнесла учёная. — Кто знает, может и так —       подыграв ответила брюнетка. Ханджи обработала рану какой-то дурно пахнущей травами жидкостью и перевязала пол руки. — А зачем?.. — Оно может и дальше пойти, лучше перестраховаться, правда?       Согласно кивнув и отдав честь, брюнетка покинула кабинет. Не успела пройти и пары шагов, как наткнулась на больно знакомую фигуру, что стояла возле двери. — Капрал? Вы чего тут? — Решил проверить лично, чтобы ты дошла до комнаты. И я всё ещё не понимаю, откуда в твоей голове появилось место приличиям званий. — Может настроение такое, а? Вы тоже ничем не лучше, Ривай.       Тихо шагая по пустым коридорам, ибо отбой был уже пару часов назад, что было неожиданностью, ведь по ощущениям прошёл час от силы, они находились в комфортной друг другу тишине.       Лунный свет пробивался сквозь окна, подчёркивая их обоих, при этом Ривай не терял своей серьёзности в глазах Эренберг. Она признаёт красивую внешность человека рядом, серые глаза больше всего выделяется светом луны.       От её спутника не спрятался взгляд девушки, но он только тихо хмыкнул и не говорил ничего на изучающий взгляд Ани.       Так же молча, лишь перекинулись кивками, они разошлись возле комнаты девушки.       В ночной тишине слышался только мерный шаг капрала Аккермана, тихий скрип двери в комнату, а с улиц доносились только звуки ветра, и сверчков, что скорей всего находились в огромном количестве в траве.

***

— Ривай, она не жила всегда в подземном городе, это слишком странно. Документов несмотря на этот факт у неё нет, наши люди наведались к тем ребятам которых она защищала. — Стоит ли нам быть аккуратней, Ханджи? — проговаривая каждое слово спросил Смит. — Она пытается нам доверять. Что бы не было в её прошлом, но оно оставляет отпечаток на ней. Бдительность лучше не опускать, но и думать, что она представляет угрозу пока не следует. — Ривай, ты сам делай выбор как поступать тебе, но если она будет угрозой, то ответственен за это будешь ты. — Как и всегда, Эрвин. Будем наблюдать.