Луди Гарпастум

Однажды утром во владения Властелина камня решил наведаться анемо архонт. Единственной точкой в его прибытии была гавань солнечного Ли Юэ, и направлялся он туда не без цели. Именно в Ли Юэ, а точнее в хижине Бубу, последний раз глаза засекли иноземного путешественника – Итэра. Только вот видели его поздним вечером, когда звёзды озарили ночное небо, разливаясь тёплым светом в его пучинах. А сейчас, наутро, никто не знает, куда могло занести этого настойчивого мальчишку. Может он облюбовал себе кров в доме местного жителя, а может почивает на «Бисерном пароме». Ещё и живая консерва могла посодействовать его скорому уходу... Однако архонт ветра не сдался бы так скоро. Он поставил перед собой определённую цель, а значит найдёт Итэра в срок. А долгими поиски и не стали, ведь златовласый путешественник мирно посапывал на одной из лавок подле порта. Разомкнул он глаза, чувствуя над собой душу. Чуткий сон был одной из мер предосторожности, ведь на месте его «старого знакомого» мог оказаться неравнодушный хиличурл. — Эй, Путешественник! – Беспощадный Барбатос, не церемонясь, склонился над Итэром. — Ты же слышал о Луди Гарпастум? — Чего... – проворчал недовольный скорым пробуждением Итэр. — Луди Га... рступам? — Луди Гарпастум! – игриво возмутился синевласый бард. — Ежегодный Мондштадтский фестиваль. Целые пятнадцать дней поэзии, вина и музыки! Издавна праздник отмечался в честь архонта ветра – Барбатоса, олицетворяет собой свободу города и его жителей... — Я уже понял, – перебил его Итэр. — Только я тут причём? — Как почётному рыцарю ордо Фавониус, – бард выпрямился, давая путешественнику возможность принять удобную позу, — тебе стоит быть посвящённым в традиции Мондштадта, а ещё лучше принимать в них участие. Итэр сел, потянувшись и зевнув спросонья. — Ты приглашаешь меня на фестиваль, Венти? — Так! – подтвердил бард. — Всем хотелось бы видеть тебя там, да и мне в том числе. Откуда ни возьмись появившаяся Паймон задала лишь один вопрос: «там будут рыбацкие бутерброды»? Фестиваль начинался на следующий же день. Венти, как архонт региона, должен был присутствовать на подобного рода мероприятии. Пройтись от Ли Юэ до Мондштадта они решили пешком, и пока преодолевали скалистые местности и равнины, бард песенно посвящал Путешественника и Консерву в подробности «Луди Гарпастум». Паймон думала о восхитительных рыбацких бутербродах из «Хорошего охотника»; Итэр же заинтересованно слушал архонта, идущего чуть впереди, и любовался его волосами. Синие косички, принимающие ближе к концу голубоватый цвет, что развивались на ветру вместе с неопрятно торчащими прядями... В один момент Венти обернулся, устремив встревоженный взгляд голубых глаз прямо на Итэра. — Ты заметил, что по пути нам не встретился ни один хиличурл? — Заметил. — Тебе не кажется это странным? — Для этих мест – вполне нормально. Как я понял, ты давно тут не бывал? – Решив всё же наладить зрительный контакт, Итэр сделал идентичное архонту действие: посмотрел ему в глаза. Смутившись от заинтересованного жеста, Венти повернулся к дороге. Равнины, речушка и постоялый двор «ВанШу» попадали в пределы видимости. Трава с капельками зеркально чистой росы распласталась на несколько километров вперёд, становясь отличным местом для передышки. Солнце, давно вышедшее из-за горизонта, близилось к полуденной фазе. Его тёплые лучи немного припекали, заставляя капли росы высохнуть. Сегодня погода, видимо, выдастся жаркой. Только если попутный ветерок не решит помочь путникам, одарив их тела особой магической свежестью. У постоялого двора «ВанШу» они решили передохнуть. В окружении людей и шелковицы, сидя на террасе и наслаждаясь съестным. Миндальный тофу, редисовые шарики... И конечно же ягодный напиток с мятой, что придавал особой силы. — Чудный день... – ни с того ни с сего промолвил Венти. — Чудный, чтобы провести его с вами. Уплетая редисовые шарики за обе щёки, Паймон ничего не смогла ответить. Но вот Путешественник, чей рот был пуст, нашёл несколько слов благодарности. — Спасибо. Ты отличный компаньон. И снова щёки барда налились розовым. Впервые за тысячелетия он чувствует что-то подобное. Словно нечто тёплое ложится венком из одуванчиков на голову, словно самое вкусное вино разливается по телу через вены... Слов не надо – он глотнул ягодный напиток с мятой, чем замаскировал своё смущение, ведь покраснеть он мог из-за низкой температуры питья. И пока рядом цвела шелковица, Венти, Итэр и Паймон набирались сил в таком чудном месте, как постоялый двор «ВанШу». Долго ли коротко ли, но в целости и сохранности добрались они до Мондштадта. Оставшуюся часть пути не происходило ровным счётом ничего, кроме как запечатление пейзажей на фотоплёнку. Никогда окрестности Мондштадта не казались им такими живописными. Будто море из одуванчиков разлилось средь поля, разлетаясь каплями воды от малейшего колыхания ветра. Ах, а как же торжественно смотрелись закатники и яблоки, как же прекрасна была трава-светяшка, как же гармонично и изящно смотрелся в этом обилии Венти... – промелькнуло в голове у Путешественника. Как давно он питал к нему романтический интерес? Думаю, достаточно, чтобы почувствовать нечто более, чем просто симпатию. Но может ли любить архонт? Перейдя мост, ведущий в город, и распугав всех голубей Тимми (и, конечно, получить за это выговор от мальчугана!), глазам открывается дивный новый мир, в образе родного Мондштадта. Рыцари Ордо Фавониус явно не поскупились ради такого, как утверждает архонт, знаменательного события! И участвовали в этом не только рыцари. Каждый, даже самый малый гражданин Мондштадта внёс свой вклад в праздник. И даже самая незначительная вещь действительно мотивировала продолжать, доводить до совершенства. Пройдя к городской статуе архонта, Венти и Итэр присели рядом на скамейку. Благоухающие цветы запахом пробрались в нос, задавая интересную атмосферу этому моменту. Заметив украдкой взгляды друг на друга, путешественника и барда, Паймон что-то задумала. — Ребятки, я наверное пойду отведаю чего-нибудь вкусненького... Бывайте! Не успев и слова сказать, Паймон и след простыл. Итэр и Венти смущённо переглянулись. Все заняты преображением Мондштадта, но до статуи и собора Барбатоса руки не дошли. А значит, сейчас они наедине... Сделав один краткий намёк, Итэр тут же раскраснелся. Из кармана он достал сочное яблоко, чтобы хоть как-то отвести тему. — Будешь яблочко? Улыбка озарила лицо Венти. Он дружелюбно взял яблоко своей изящной рукой и разделил на два, отдав вторую половинку Итэру. Такой себе намёк, довольно своеобразный. Но Путешественник и не должен был его понять. Любуясь видом на приукрашенный родной город, мысли о предстоящем назревали сами по себе. Грандиозные планы на завтра есть, только вот Путешественника в них посвящать нет надобности. Было бы неплохо сплавить ненадолго Паймон, чтобы не сорвать завтрашний день... — Кстати, – укусив сочное красное яблоко, Венти нарушил тишину. — Где ты будешь ночевать? Итэр лишь пожал плечами в ответ. Наверное загостит в штабе Ордо Фавониус, или попросит приюта у Дилюка. До вечера времени предостаточно, может мысль о пристанище в голову и взбредёт. — Я уверен, что завтрашний день, как и остальные четырнадцать, тебе понравится. – Венти встал. — А у меня есть дела. До завтра! Итэр, жуя массивный кусок яблоко, кивнул. Он смотрел вслед уходящему Венти, чьи косички продолжали задорно скакать из стороны в сторону. Минутой позже он скрылся за стенами города, оставив за собой лишь попутный ветерок. Наутро Итэр проснулся в библиотеке Лизы. Перед ним лежала книга отличий архонтов от людей, но была одна деталь: он не помнит, как брал эту книгу. Наверное вечером напился алкогольного коктейля и бредит теперь. Покинув библиотеку со своеобразным магическим запахом, Итэр направился прямиком на выход. Как только дверь, неприятно скрипнув, отворилась, взору предстала действительно чарующая картина. Весь город сиял и сверкал всевозможными цветами! — Вау... – в унисон восхитились Итэр и Паймон. — Вау? – послышался знакомый голос сбоку. — Да, это и вправду вау! – Перед ними показался бард, который, как оказалось, ожидал их – Итэра – с раннего утра. — Паймон, – обратился Венти. — Я обнаружил лавку с прекрасной, – сделав акцент на последнем слове, продолжал Венти, — едой. А ещё там смешанная кухня! Есть как фирменные Мондштадтские блюда, так и жемчужины кухонь Ли и Юэ. Даже диковинные блюда из Инадзумы есть, да и из Снежной! В общем, ты просто обязана всё это распробовать. Эта забегаловка буквально ждёт тебя и готова встретить с распростёртыми объятиями и куриным шашлычком с грибами в любой момент! Так, чего же ты ждёшь? Поспеши туда и насладись вкусной едой и миндальным тофу, который буквально тает во рту. А у нас с, — взгляд с видимой долей надежды устремился прям на Путешественника, — с Итэром есть свои планы на этот день. Попозже мы присоединимся, но в том то и дело, что попозже. Ладно, давай, беги! Она находится близь алхимического станка и сувенирной лавки прекрасной Марджори. Ещё увидимся, маленькое летающее создание! У Паймон текли слюнки, слушая все эти вкусные реплики. Ей тут же захотелось отведать чего-нибудь, и она без раздумий покинула парней. И вот снова эти взгляды друг на друга, это неловкое молчание и некое напряжение, что витает в воздухе. Как же им справиться с этим? И что это за чувство странное, словно сердце выламывает рёбра и с алой жидкостью вырывается наружу; словно цветы разрезают глотку изнутри и заставляют горло зиять дырами. — Ты так поздно проснулся, – пробормотал Венти. — Ладно, идём! Город нас ждёт. Венти схватил Итэра за руку и их пальцы машинально переплелись в крепкий замок, будто так всё и было задумано. Тёплая рука Путешественника и прохладные пальцы барда, словно плетёная корзинка, соединились намертво. И расплести корзину никто из них не решался. Без томительных ожиданий, Венти потянул Итэра в самый центр города. Кругом звёздной россыпью, словно в пучинах галактики, красовались нежные одуванчики и ветряная астра. Вымощенная серым кирпичом дорожка испускала небольшие всплески анемо энергии, разнося хрупкие семена одуванчиков по окрестностям. И летели эти семена по воле попутного ветра, словно зачарованные. Люди толпились на узеньких улочках, но не до невозможности пройти. А пахло то как, настоящее волшебство! Аромат свежей жаренной курицы, скорее всего покрытой золотистой корочкой; почти неуловимый запах больно знакомого, но не менее приятного львиного зева. Птицы с невероятно красочным оперением проносились под самым солнцем над Мондштадтом, секундно оттеняя незначительные участки кирпича. Всё так же крепко сжимая руку Путешественника, задорный Венти мчался вприпрыжку по разукрашенным ныне улочкам Мондштадта. Совсем беззаботный, и, словно вновь обрётший душу в лице подростка. Дойдя до конечной Мондштадтской точки, где перья пушистых одуванчиков обретали новый дом, Венти позарился на вино из одуванчиков (и не только. Он то же думал и про Итэра). Но в честь такого светлого праздника, добрая Аделаида отдаёт вино в руки архонта совершенно бесплатно. Припрятав такую ценность под беретку, всё сильнее сжимая руку Итэра, Венти прогулочным шагом направился в центр. Средь цветов, ароматов и еды они гуляли с час, что-то бурно обсуждали и кидались друг в друга теми самыми многозначными взглядами. Однако солнце клонило к горизонту и завершающий этап плана Венти скоро подойдёт к кульминации. Уведя прекрасного и счастливого Итэра из Мондштадта, заведя аж в «долину Ветров», из под беретки достал то самое вино. Заранее подготовленное место, какая-то незнакомая сладость и прекрасный вид. Под тенистым деревом, раскинувшим свои величественные ветви, Итэр и Венти выпили совсем чуть-чуть вина. Венти для смелости, Итэр же за компанию. И пока куполообразная крона дерева защищала их от всего на свете, Венти готовился на важный для него шаг. Без лишних слов, под опадающую наземь листву и уходящее на отбой солнце, Венти осторожно сближается с Итэром и целует в губы. Удивлённый, с учащёнными стуками в груди, повалив на землю «провокатора», Итэр берёт на себя инициативу. Хоть он и не знал наверняка, взаимно это или нет, всё же архонт не стал бы целовать смертного ради забавы. Удовлетворившийся результатом Венти, поняв ответ и без слов, обхватил шею Итэра своими тонкими руками. Светлячки, закат и поцелуй – всё, чего они так жаждали на протяжении длительного времени. И если первые два пункта – формальность, поцелуй же подсластил их души и развёл в них огонь. Из маленькой искринки, что настойчиво пылала внутри, разгорелся костёр. И теперь, что Венти, что Итэр могут спокойно говорить друг другу: «Я тебя люблю», не остерегаясь недопонимания со второй стороны.