Holy Epoxide

На улице темно, закатный диск солнца почти исчез из виду, оставляя за собой дорожку розовых облаков. После прошедшего дождя на улицах остались лужи. Хлюп-хлюп. По дорогам цокают ложадки богатых вельмож и зажиточных купцов — все куда-то спешат. На Михоуке кожаная шляпа с металлической подвеской и чёрное пальто с высоким воротником. За руку держит Зоро, на плечах которого висит великоватая рубашка. Тяжёлая металлическая дверь захлопывается и «отец с сыном» спускаются на площадь, а с неё — на центральную улицу. Логтаун — древний город с богатой историей, а центральная улица — его исторический район, где живут сливки общества. Здесь в каждом окне дорогой бутик или ресторан, которые обязан посетить каждый уважающий себя дворянин Ист Блю. На верхних этажах оборудованы гостиницы, в редких случаях — жилые квартиры. Всё здесь пахнет аристократизмом и дороговизной, и этот запах не выветрится с дождём, не исчезнет после шторма; он въелся в самые корни этой улицы, распространяясь оттуда до остальных районов города. «Belle'm fish» — гласила деревянная вывеска над дверью. Освещённая тёплым светом из-под стеклянных плафонов, она ненавязчиво приглашала внутрь. Дракуль открыл дверь и глаза Зоро залил янтарный блеск, в уши брызнул ансамбль из стука посуды, незатейливых вполголоса разговоров, чьего-то хохота и протяжной виолончели. Ророноа потёр глаза: внутри было так светло и живо, что улица по сравнению с этим местом казалась мёртвым кладбищем. — Господин Михоук... — Улынулся старик в ажурном сюртуке на входе. — Для нас честь вновь видеть вас и... Лицо метрдотеля скривилось в ненависти, когда он перевёл взгляд на мальчика. — Этот паршивец! Выметайся отсюда, ублюдок! — Он схватился за метлу, собираясь в прямом смысле вымести непрошенного гостя. — Он со мной. — По-хозяйски обозначил Михоук, приобнимая мальца за плечо. Зоро вздрогнул. Старик нервозно запыхтел, борясь с желанием высказать в лоб всё, что думает, и отложил метлу в сторону. — Кхм... Что-ж, в любом случае мы рады видеть вас в нашем ресторане. Свободных мест сегодня мало, но на втором этаже как раз найдётся одно для вас. Лицо Михоука оставалось безразличным когда их проводили до столика. На месте уже лежало меню, старик пожелал приятного времяпровождения и удалился. «Как неловко... Здесь одни богачи» — Зоро посмотрел в сторону. Блондинистая дама, пришедшая со своим кавалером, наигранно смеётся и прикрывает веером рот. На шее и запястье сверкают дорогие украшения. «За эти камни можно жить целых две недели, а то и месяц» — Зоро сглотнул. Его всегда ловили на краже и у него так и не получилось ничего стащить. Иногда он думал о том, как была бы легче жизнь, умей он строить глазки и болтать без умолку, пока руки делают своё дело. — Ты уже был здесь? Кажется, тебя здесь знают. По спине пробежали мурашки. Зоро нервно рассмеялся. — Да... Было дело. — И ты не хочешь рассказать? — Михоук оторвался от меню, смотря прямо в глаза мальчика. Зоро чувствовал, как медленно сгорает от стыда: его нервная улыбка дрожит, а по левому виску стекает пот. — Ну... — Скрипя зубами, пытается начать он, — Я хотел есть... И пытался украсть еду... Михоук ничего не сказал. Хмыкнул одобрительно, мол «понятно», и снова уткнулся в обтянутую кожей книгу. Зоро скучающе постукивал ногами друг о друга. Живот заурчал. — Михоук... — Зоро всё ещё смущался называть его по имени, тем более что-то просить. — Да? — Я не умею... Читать... — Он опустил голову ещё ниже, стыдясь своего положения. Зоро был обычной бродягой — с тех пор, как он оказался в Логтауне, не было никого, кто мог бы обучить его грамоте. Михоук повёл плечом. Тем временем к их столику подошла официантка в белом, как фата, платье и чёрном фартуке. На вид ей было около четырнадцати лет, не более того, но, взглянув на её лицо, любому бросится в глаза жирно намазанная на ресницы тушь и ярко-малиновая помада. Эксцентрично, особенно для подобного заведения. — Надо же, кто к нам пожаловал! Соколиный Глаз Михоук, и... — Лицо девушки вытянулось в лёгком отвращении. — ребёнок? — Меня зовут Зоро, ты, идиотка! Зоро был в ярости. Мало того, что его назвали ребёнком (хотя это и было правдой, но очень неприятной), так ещё и с таким выражением, будто он какой-то мусор со свалки! — Ч-чего!? — Опешила девушка, но, вспомнив об этикете, тут же слегка поклонилась. — Простите за мою грубость, господин. — Медовую индейку в яблочном соусе, красное вино «Стейн» и равиоли с молочным сыром, пожалуйста — Беспристрастно сказал Михоук. Перона быстро схватила карандаш и начала записывать заказ в блокнот, Михоук посмотрел на Зоро. — Больше ничего не будешь? Зоро замялся. — Апельсиновый сок, пожалуйста... — Тихо сказал он, чуствуя, как щёки наливаются краской. — Точно ребёнок... — Прошептала Перона и язвительно ухмыльнулась, ушла. Зоро сжал пальцы на деревянном столе. Его злило обращение этой официантки. Разве персонал не должен быть вежлив? Может, всё дело в его прошлом? Да, мальчик с обочины... Уж кого-кого, а его появления здесь в качестве платёжеспособного клиента не ждал никто. Михоук мерно постукивал пальцами по столу, ожидая заказ. Зоро окидывал взглядом зал, полный гостей — второй этаж был похож на балкон, через перила которого виден весь первый этаж: и противный старикашка на входе, и звонкий оркестр из пяти человек, и одинокие гости за барной стойкой, и семейные пары в самом дальнем углу. Казалось, всё пахло здесь богатым торжеством. Торжеством, к которому Зоро не должен был иметь отношения. — Михоук. — Воспользовавшись тишиной, обратился Зоро. — Да? — Не угождай мне. Я всё равно тебя убью. Михоук взглянул из-под шляпы — несмотря на лёгкую ухмылку на лице, глаза были полностью серьёзны. — Поскольку ты мой будущий убийца, я должен позаботиться о тебе. Пока что ты выглядишь как тот, кто рухнет на пол от голода, а не как будущий мастер меча. Зоро опешил. То есть его враг будет заботиться о нём, чтобы в будущем пасть от его руки? Это звучало странно ещё тогда, когда Михоук объявил его своим учеником, но теперь Зоро в растерянности. Фраза, в голове казавшаяся пафосом, вдруг приобрела детские и глупые нотки. Хотелось спрятаться от скребущего по стенкам желудка желания взреветь и наброситься на человека напротив с криками: «ЗАТКНИИИИСЬ!». Он не выносил этого. Мысли болезненно давили голову. Зоро прикусил губу, в надежде утихомирить собственный разум. Михоук внимательно наблюдал за этим. — Ваш заказ! — Зоро вздрогнул. Официантка, чьё имя он не мог прочитать на бейджике, появилась как будто из воздуха. Перед ним оказалась большая тарелка с чем-то сырным (по правде говоря, Зоро понятия не имел, что такое равиоли. Но если это съедобно — он это съест.) — Большое спасибо, Перона. — Безразлично поблагодарил её Михоук и поднёс бокал к губам. — В-вам совсем необязательно меня хвалить, я просто делаю свою работу! — Смущённо проговорила она, пытаясь скрыться за алюминиевым блюдцем. Когда девушка удалилась, Зоро смог вздохнуть спокойно. Он не знал почему, но эта работница вызывала у него назойливое раздражение и желание хорошенько врезать. Он посмотрел на своё блюдо, пробуя маленький кусочек. Как только незнакомая еда оказалась во рту, его охватило блаженство. — Ммм... — Зоро замычал от удовольствия. Михоук хмыкнул. Удовлетворение Зоро — то, что было его целью на этот вечер. После этого Зоро съел всю порцию, требуя добавки. — Тебе не слишком много? Малец. — Съязвила Перона, снова стоя рядом с блокнотом и карандашом. — Нет, тащи всё сюда!!! — Приподнялся на ладонях Зоро. Вокруг его рта остались следы пищи. — Я всё оплачу. — Отпивает из бокала Михоук. — Как скажете. — Перона уходит за новой порцией, Михоук оборачивается и прослеживает глазами её путь. Он не один — помимо него на розоволосую оглядываются другие официанты. Здесь что-то есть... Силуэт девушки исчезает из виду и Зоро говорит. — Какая-то она странная. — М? — Перона. Михоук внимательно на него смотрит, Зоро отводит взгляд. После того, как Перона принесла заказ, Михоук не спускает с неё глаз. Девушка спускается на первый этаж и скрывается с дверях кухни. Чутьё Михоука никогда не подводило, поэтому, когда он оставляет счёт с чаевыми и спускается вниз, останавливается на выходе. — Вы что-то хотели, господин? — Спрашивает старик. Михоук думает секунду и смотрит вперёд — на полузакрытую дверь из которой исходит ругань. Зоро тоже её слышит и останавливается. Михоук подходит к двери, но силуэт старика сразу же переграждает ему путь. — Вам, э-э-э... Туда нельзя! Это только для персонала! Михоук небрежно отодвигает его рукой и заходит внутрь. Зоро застыл вместе с ним дверях, не в силах вымолвить и слова. Грубый неотёсанный мужчина в высоком поварском колпаке держал Перону за волосы и кричал в левое ухо. На глазах розоволосой официантки проступили слёзы, из её рта послышался скулёж. — По... Могите... — Промолвила она. Глаза Михоука расширились, крест на груди издал закономерный «звонь!» и струя красно-алой крови взмыла в воздух. Часть опала на мраморный пол, часть запятнала рукав мечника. Мужчина с шипящим криком схватился за плечо, где виднелась рана. Михоук схватил шокированную девушку за руку и бросил Зоро строгое «идём». Михоук диктует адрес припаркованной рядом карете, диктует адрес и усаживает детей. Они движутся и в такой полунапряжённой атмосфере продолжается их поездка. Михоук смотрит на окровавленное предплечье и раздражённо цокает: «Испортил своей кровью мой костюм...» Зоро молчит. Был ли это их последний раз в этом ресторане? Вряд ли их пустят после... такого... — Спаси... Бо... — Давится слезами Перона. Она прикрывает рукой лицо, но не прекращает рыдать. Слёзы ручьями стекают по щекам и пропитывают чёрный фартук. Михоук напряжённо выдыхает и притягивает девушку к себе. Обычно он не заходит так далеко. Он не какой-то дозорный, чтобы спасать принцесс в беде, но пират с высокими моральными ценностями, чтобы спасать нуждающихся по воле случая. Но этот случай... Особенный. Хотя бы тем, что теперь он не один, а с Зоро. — Приехали. — Мрачно говорит Михоук и бросает монеты извозчику. Перона облокачивается на Михоука и так они ковыляют до дома. Дракуль зажигает камин и устраивает гостью за своим креслом. Зоро остаётся смотреть. Девушку, которую он сначала невзлюбил, стало даже как-то... Жаль? Ророноа не знал, кто она и какую судьбу пережила. Но она только что осталась без работы и Михоук помог ей. — Дай ей отдохнуть... Она натерпелась за сегодняшний день. — Слышит он позади себя и отходит, оставляя Перону в полном одиночестве. Он надеется, что ей станет лучше.