Та Комната

Джен
G
Завершён
7
автор
Размер:
3 страницы, 1 часть
Метки:
Описание:
Проиграл Хелю рассказ. Он попросил его в этот раз не убивать в тексте, хотя убивать чаем было очень в стиле Крокуды. Х)
Посвящение:
Хелю, единовластному Хозяину той Комнаты.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
7 Нравится 4 Отзывы 3 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста

— Жюль, — представился юноша. — Сказочник. Вид у него был помятый, но ироничный, за плечами висел дорожный рюкзак, а в руках была кружка с дымящимся кофе, от которого расползался божественный кофейно-мятный запах. — Вы не сказали, из какой вы Комнаты, — уточнил Генри Роксвелл. — Уже не из какой, — улыбнулся Жюль. Ахнул Ричард, до этого с лёгким интересом оглядывающий пришедшего на место Стеллы. — Единственный выживший… — прошептал Ричард. — Из той Комнаты. Все вздрогнули. Та Комната — им всем не нужно было даже называть её, чтобы понять, о чём речь. Комната, уничтожившая сама себя. Комната, которую сожгли безумные действия Хозяина Комнаты. Комната, пропитанная одновременно ядом и желчью, высокомерием, ложью, манипуляцией и скрытой ненавистью, агрессией и удушливой сладостью. Комната, в которой Хозяин объявлял, что все сказки только о нём. Комната, в которой нельзя было рассказывать то, что неугодно Хозяину. Комната, в которой объявлялось, что другие Комнаты — враги, которые делают всё неправильно, сказочники которой ходили затравленные и вздрагивающие от каждого шороха, но винили в этом только себя, потому что поверили, что они не умеют ничего, пока Хозяин Комнаты не укажет им верный путь. Единственная Комната, которая сожгла своего Хозяина и его людей, а после заморозила и снова сожгла, перемалывая их челюстями заострившихся потолка и пола до тех пор, пока не схлопнулась, дрожа от ненависти, которую просто не смогла больше выносить. Говорили, что был выживший, которого та Комната ласково вытолкнула за порог в самом начале, и он бился в двери, стараясь до последнего спасти всех и помочь всем — судя по просачивающейся через джинсовые митенки крови, это тоже было правдой. Генри и Ричард быстро переглянулись. — Конечно, мы с радостью примем вас, если вы захотите остаться, — сказал Генри торопливо; Ричард встал и быстро пошёл за чаем, Нэнси подвинулась, освобождая место на диване, а Лот хлопнул Жюля по плечу с такой силой, что тот едва не пролил кофе. — Вам есть, где жить? — По правде говоря, я не особенно помню, где я жил всё это время, — беспечно откликнулся Жюль. — Но, вроде, где-то жил, судя по тому, что я здесь. — У нас есть место… — начал Генри. — Бро, у меня целый дом! — в тот же момент сказал Лот. — У меня есть раскладушка, если хотите, — уточнила Нэнси и покраснела. Жюль растерялся. Его взгляд был одновременно отсутствующим и настороженным, и было видно, что он отвык от хорошего отношения. Ричард вернулся с кружкой чая и вручил Жюлю. — Отравлен? — пошутил Жюль. — Да господь с вами, — хмыкнул Ричард, возвращаясь на своё место у камина. — Кому придёт в голову травить чей-то чай? — Вам, — ответил Жюль. — И то верно, — улыбнулся Ричард. — Я же принёс вам чай к кофе. Жюль моргнул и посмотрел на бумажный стаканчик с кофе так, словно впервые его заметил. — И правда. Кофе. — Пожалуйста, чувствуйте себя, как дома, — сочувственно сказал Генри. — Если вам что-нибудь нужно, не стесняйтесь сказать мне или любому из наших сказочников… — А у вас случайно нет чипсов с икрой? — вдруг спросил Жюль, словно проснувшись. Чипсы с икрой нашлись. Сегодня рассказывал Ричард, и он, как всегда, уставился на камин, и в его очках начали отплясывать огоньки. Генри откинулся на своём диване с наслаждением. Лот расслабился. Нэнси залезла в своё кресло с ногами. Жюль рассеянно прихлёбывал чай; старый рюкзак лежал у его ног. — Я думаю, — сказал Ричард. — Это будет история для Жюля.

Сказка Ричарда О’Райли

Когда Этьен окончательно освоился, он обнаружил, что его город бьётся в такт с его собственным сердцем. Пелена бесконечной белоснежной эмоциональности спала, как исчезает туман, и вышло солнце, ярко освещающее всё вокруг — старые дома, обжитые дворы, почти продолжения домов с оставленными столиками с недоигранной партией в шахматы, кружками с дождевой водой и одинокими чайными пакетиками, вёдрами, развешенным бельём, свеже пахнущим стиральным порошком или мылом. Дворники уныло убирали листья — те валились вновь, шварканье мётел о пыльную землю было частью звукового ряда утреннего Сойтара. Выходящие на море дома были с узкими окнами, вечно запылёнными, и Этьену они очень нравились — они как будто лежали на боку, положив кепку-крышу на ухо и щурились многоглазо, глядя на медленно катящиеся сизо-зелёные волны. Отдельно хорошим было озеро с чёрными лебедями и странными маленькими птицами, похожими на куликов, но с острыми зубами — те быстро подплывали к берегу и старались ухватить проходящих за ноги. Рядом с озером был заброшенный парк — огромный, с множеством узких извилистых тропинок, в дождливую погоду становящихся совершенно непроходимыми, глиняно-топкими, склизкими. Посреди парка торчало одинокое ветхое здание с острой высокой крышей, вечно обсаженное чёрными воронами — оно мрачно отражалось в вытекающей из озера глубокой и неширокой реке. Всё в нём было очень в духе Сойтара — мрачные ивы, заросшие густо цветущим шиповником (в любое время года, даже зимой) склоны, полуразвалившийся памятник какому-то деятелю, чьё имя невозможно было разобрать, лицо — тоже; тот держал в руках книгу и указывал в землю. В этом парке Этьен всегда встречал странных знакомых, и именно в нём летним вечером его вдруг отпустила тоска, когда он лежал на траве и смотрел на звёзды, почему-то видные в летних сумерках удивительно ясно. И Этьен вдруг понял, что он лежит на траве. И что рядом с ним яблоня с дикими твёрдыми маленькими яблоками — местные жители не ели их, называя проклятыми, но Этьен чувствовал, что это обычные зелёные яблоки-дички, и они не созрели, но разве это не самое прекрасное яблочное время? Он набил карманы яблоками и пошёл домой живым… — Твоя история сегодня короче, чем обычно, — вздохнул Генри с сожалением. Ричард показал на Жюля; тот спал, кружка из-под чая свалилась на диван, но кофейный стакан был крепко зажат в бледных пальцах. — Генри, можно тебя на минуточку? — спросил Ричард. Лот обеспокоенно посмотрел на него, но Ричард покачал головой. Нэнси уже аккуратно копалась за своим креслом, пытаясь найти клетчатый плед, который точно показывался один раз на прошлой неделе. Когда они зашли на кухню, Ричард задумчиво уставился на столешницу, а потом на чайник, словно не знал, как объяснить то, что его беспокоило. — Генри… Мы не можем принять этого ребёнка к себе в Комнату. Генри изумлённо на него уставился. — Ты знаешь, что он пережил?! Мы не можем ему отказать! — Да, но… — Ричард занервничал ещё сильнее. — Мы не имеем права принять его. Я понимаю, как это прозвучит, но… Эээ… У него живая испуганная Комната в кофейном стакане. — Что, — сказал Генри аккуратно, не зная, можно ли сделать это вопросом. — Мы не можем принять его сказочником в нашу Комнату, — вздохнул Ричард уныло. — Это создаст прецедент. Он — Хозяин Комнаты. Той Комнаты. Которая уничтожила тот ад, в котором он жил, а потом превратилась в кофейный стакан и скользнула Жюлю в руки. Я не могу тебе объяснить, но я вижу этот стакан с кофе с мятой, как свёрнутую в клубочек дрожащую Комнату, которая ещё не отошла от всего ужаса, который в ней творился. Но она странным образом доверяет Жюлю, и избрала его своим новым Хозяином. И ему придётся заботиться о ней, приводить в порядок, находить своих сказочников. Кто его знает, может, это создаст уникальный случай Комнаты, которая обращается в разные предметы или… — Ричард запнулся. — Я не знаю, в людей. Но это история Жюля, а не наша. Мы можем принять его под крышу нашего дома или пригласить в Комнату слушателем, но не принимать в Комнату. И как ему объяснить это, я не знаю. — Комната в стакане кофе с мятным сиропом, — уточнил Генри. — Да… — смущённо подтвердил Ричард. — Замечательно, а ведь я только вчера подумал, что меня ничем не удивить, — обрадовался Генри. — Но пока мы дадим ему хотя бы выспаться? Наша Комната не конфликтует с той? — Наша Комната покровительствует той и сожалеет о случившемся, — печально ответил Ричард. — Некоторым людям нельзя давать в руки власть. То, что случилось, ужасно. Это прозвучит кровожадно, но я рад, что те люди мертвы. — Я тоже, — кивнул Генри и посмотрел в комнату. Нэнси укутала Жюля в плед, и тот спал, прислонившись к плечу Лота. С испуганной Комнатой в стакане кофе с мятой. Какие же удивительные истории ждали этого сказочника из той Комнаты.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты