Господин Кан...

— Господин Кан, простите за мою наглость, но… - Чон замялся, - могли бы Вы мне показать, как это будет смотреться на вас? Есан просто не знает, что ему отвечать. Он не думал о Юнхо в сексуальном плане? Думал. Так чего он тут раздумывает? Если он согласится – покажется слишком легкомысленным и доступным. Откажется – будет дураком, потому что второго раза не представится. — Господин Кан, - Юнхо замялся, потому что Кан слишком долго молчал. – Простите! Я ляпнул, не подумав! Этого больше не повторится! - Чон покинул кабинет со скоростью света. Есан все еще находился в ступоре. Он просто не мог подобрать эмоции и слова. Что он должен ответить? Он не знает. Как он должен реагировать? Этого тоже Есан не знает. Что делать? И этого не знает. Пустить все на самотек? А если Юнхо пустит слух? Но Чон не похож на того, кто так сделает… С того дня для Есана начался какой-то кошмар. Он постоянно пугался любого взгляда, обращения… С этим определенно надо было что-то делать. Юнхо, кстати, общался с ним, словно ничего не произошло. Только на рабочие темы. Никакого намека на что-то неприличное… «Есан, ты паникуешь. Успокойся». *** С того разговора прошло уже больше двух месяцев. Есан перестал так громко размышлять и пугаться. Все было как обычно. Близился день сдачи проекта. Свадебное бра было великолепно, оно было верхом творчества Есана. Быть честным, у Есана появилось желание примерить белье. Он решает это сделать, когда все уйдут на обед. В офисе тогда никого не будет, и Кан сможет его примерить и остаться незамеченным. Тем более сегодня он не надел комплект. Так уж получилось... Обед. Все уходят в столовую, которая находится на первом этаже. Кан, сославшись на боли в животе, остался в своем кабинете. Убедившись, что в офисе никого нет, Есан подсчитал, сколько ему потребуется времени, чтобы успеть до прихода коллег. Стянув с себя свой деловой костюм и с трудом надев комплект, Кан подошел к зеркалу. Бра смотрелось на нем получше, чем на любой модели. Этот комплект явно отличался от всех. Вместо привычных лямок была лента, обвивающая шею и линию под грудью. Сама грудь была закрыта плотной, но мягкой сеточкой, украшенной кружевом по всей груди, скрывая соски и большую часть груди. На талии держался пояс для чулок. Он был обделан такой же сеточкой, что и на груди. Этим пояс был похож на балетную пачку. Так же на Есане были и трусики из этого комплекта. Они были схожи с бюстгальтером: ленты обвивали таз Есана, плотная сеточка утягивала член, а по уровню верхней ленты были приделаны маленькие вязаные цветочки. Заключительным штрихом были белоснежные чулки, что шли в комплекте. Они отлично стягивали бедра и были очень приятными на ощупь. Команда постаралась, когда создавала это. — Господин Кан, как Вы… - Есан настолько был заворожен своим отражением в зеркале, что не услышал, как в офис вернулся Юнхо. – Простите, господин Кан, я ж не знал. – Юнхо честно хотел отвернуться, но такой Есан манил к себе. Есан, быть честным, растерялся. Он просто смотрел на Юнхо через зеркало. И до него не сразу дошло, как Кан предстал перед ним. Хотя… — Я как бы ну… - Чон подходит к столу и ставит туда пакетик. – Вы сказали, что Вам плохо, я сходил в аптеку… Но видимо, Вам стало легче. — Ты все еще хочешь на меня посмотреть? – интересуется Кан, удивленный своей смелости. Юнхо кивает, неспособный хоть что-то сказать. – И тебе не противно? — А почему мне должно быть противно? – вскидывает брови Чон. Ему действительно непонятно, почему… — Ну… Я же мужчина… - щеки Кана покраснели, как и уши, что скрывались блондинистыми волосами. — А в чем разница? Если Вам это нравится, почему Вы должны от этого отказываться? – Юнхо подходит к своему начальнику и осторожно касается его обнаженного плеча. – Есан, Вы прекрасны в этом бра, - срывается с его уст раньше, чем он успевает подумать. — Спасибо, - тихо отвечает блондин. Его щеки все еще красные. – Эм… ты можешь потрогать, если хочешь… Глаза Юнхо загорелись огнем. Он аккуратно касается утянутой груди, словно Есан сейчас рассыплется на кусочки. Закусывая губу, он ведет ладонью вниз по талии и невесомо касается полувставшего члена. Опускаясь на корточки, он двумя ладонями проходится по бедрам, что утянуты белоснежным капроном, носом ведет по отрытой коже. Есан прикрывает глаза и подавляет стон, когда Хо так же касается носом его тазовой кости, языком на пробу мажет по члену через плотную сетку и целует в пупок. Не то чтобы Кана так возбуждали такие вещи, но в исполнении Юнхо это было нечто… Такое мог видеть только он, сам Кан и никто больше, ведь так?.. Юнхо поднимает свой затуманенный взгляд и смотрит прямо в глаза. Это уже не глаза, бесконечные галактики. Есан видит все, словно через туман, как и Чон. — Могу ли я продолжить? – спрашивает он тихо, боясь нарушить идиллию. — Пожалуйста… - просит Есан также тихо. Встав с колен, помощник взял своего начальника за руку и провел его до стола, на котором были разбросаны эскизы. Сдвинув их в одну сторону, он усаживает директора прямо на стол, устраиваясь меж разведенных ног Кана. Юнхо подцепил двумя пальцами подбородок начальника и поцеловал его. Поцелуй был нежный, несколько сдержанный. Они изучали друг друга, пробовали на вкус, оттягивая то верхнюю, то нижнюю, дотрагиваясь языком, не пытаясь углубить. Есан вцепился в плечи своего подчиненного, словно тот опять исчезнет, словно это опять лишь фантазия. — Господин Кан, Вы так прекрасны, - шепчет Чон прямо в губы своему начальнику, а Кан глухо стонет от горячего воздуха, коснувшегося его мокрых губ. – Я бы хотел видеть это каждый день, - дополняет Хо. Юнхо опаляет горячим дыханием шею Есана, целуя её, мажет языком, рисуя на ней бордовые узоры. Целует ключицы, прикусывая одну из них, словно метит свою территорию. Кан довольно подставляет себя под эксперименты своего подчиненного. Помощник, нащупав застежку бюстгальтера, старается справиться с ней, не отрываясь от острых ключиц. Справившись со своей задачей, Чон стягивает ненужный элемент одежды и отбрасывает его куда-то в сторону, сейчас ему не важно, куда он улетел. Розововолосый спускается к затвердевшим соскам начальника, на пробу мажет языком по одному. Кана словно током пробило, он выгнулся навстречу, прося ласки. Юнхо улыбается этому, прикусывая сосок своего начальника, блаженно мычит, не способный быть громче из-за «положения», в котором находится. Юнхо спускается поцелуями к паху, пальцами ведет по талии, рисуя только ему понятные узоры. Кожа Есана покрылась мурашками, когда Хо все-таки коснулся его члена, что уже успел налиться кровью. Помощник снимает пояс, к которому цеплялись чулки, а после и кружевные трусики, что закрывали доступ к телу Есана. Ведет руками по скрытым чулками бёдрам и, подцепляя резинку, стягивает их, целуя открывшиеся места. — Пожалуйста, - просит Есан непонятно что. Юнхо поднимается с колен и нависает над Каном. Он не целует, просто любуется им: розовые от возбуждения щеки, слюнка, стекающая по подбородку, полуприкрытые глаза, дрожащие ресницы, сбитое дыхание… а ведь Хо еще ничего не сделал. Смазки нет, да и презервативов тоже. Нужно быть осторожнее. Юнхо ведет двумя пальцами по подбородку Есана, собирая слюну и размазывая ее по губам. Кан обхватывает их губами и начинает посасывать, обводя языком каждую фалангу. Помощник невольно представляет, как бы эти губы смотрелись на его члене. Достаточно смочив пальцы, Кан выпустил их. Юнхо направляет руку ко входу Есана. Обведя колечко влажными пальцами, Чон вошел в горячее нутро директора. — Попытайтесь расслабиться, - попросил розововолосый, борясь с желанием забить на растяжку и взять Кана прямо так, ведь он до сих пор не прикасался к себе и возбуждение слишком давило. Почувствовав, что блондин расслабился, Хо начал двигать пальцами. Быстро привыкнув к двум, Кан почувствовал третий. Сам он не практиковал такое, ему хватало двух. Юнхо слишком заботливый. Чон не пытался найти простату, время было ограничено. Закончив с подготовкой, Юнхо наконец освободил себя от таких узких офисных брюк. Сплюнув на ладонь, помощник размазал слюну по всей длине. Повторно смазав проход слюной, Юнхо вошел одним толчком на всю длину и навалился на Кана. Последний обвил талию своего помощника ногами, а руки покоились на шее Юнхо, притягивая того для нового поцелуя. Живой член чувствуется намного лучше собственных пальцев или бездушной игрушки. Сейчас Кан понимает, что Чон подходит ему идеально. Он чувствует, как член помощника давит на простату, что ни у одного из его партнеров не получалось. Юнхо был большим не только ростом, понял он… Привыкнув к ощущению наполненности, Есан качнул бедрами, дав знак, что двигаться можно. Юнхо начал двигаться, раз за разом проезжаясь членом по простате и давя на нее. Есана от таких манипуляций током прошибало. Помощник Чон идеален во всем… Есану сложно сдерживать стоны и поскуливания в себе, приходилось закусывать губу. Юнхо двигался слишком быстро. Грудь ходила ходуном из-за нехватки воздуха. Кан чувствует, что уже на пределе. Но он не может кончить… Пока ему не разрешат сделать это. Из его глаз начинают течь слезы. Юнхо замечает это и сбавляет темп толчков, смотрит в заплаканные глаза. — Разреши мне… - скулит Есан. — Что? – Юнхо не до конца понимает, что он должен сделать. — Разреши мне кончить, я хочу… Пожалуйста, Юнхо… - Кан хнычет. У Юнхо появляется новый фетиш: заплаканный Есан, просящий его разрешения… — Ты не можешь этого сделать, пока я не кончу, - Строго говорит Чон, а Есану остается только скулить. Юнхо начинает с медленных мучительных толчков, но вспоминая, что их время не резиновое, начинает двигаться быстрее. Буквально вдалбливая Кана в деревянную поверхность стола, помощник доводит себя до оргазма. Он еле успевает выйти из горячего нутра и кончить в руку. — Ты можешь сделать это, - произносит Юнхо, и Есан тут же захлебывается в своих ощущениях. Это был самый яркий из оргазмов на памяти. Хо находит влажные салфетки по указанию директора и начинает приводить себя в порядок, вытирая руку от своего семени и застегивая брюки. После он подходит к начальнику и стирает с него семя, затем дарит сладкий поцелуй. — Скоро придут остальные, - оторвавшись от столь интересного занятия, сказал Чон. – Вам помочь привести себя в порядок? — Пожалуйста, повесьте комплект обратно на манекен. Его завтра должны забрать в химчистку. – Говорит Есан, все еще лежа на столе. — Зачем ему туда? — Мы отправляем все изделия в чистку, когда заканчиваем. Очищаем от возможной грязи… - Кан улыбается. – Хотя у него грязь невозможная, на полу ведь был… Юнхо тихо смеется с этого, поправляя одежду на манекене. Есан уже встал и шатающейся походкой прошел к шкафу, где он оставил свою одежду. Юнхо тихо подошел к начальнику и поцеловал его в (пока что) обнаженное плечо. — Юнхо… - Есан поправляет свою рубашку. – Мне бы не хотелось, чтобы все заканчивалось так… — Что Вы имеете ввиду? – выгибает бровь Чон. Он надеялся услышать что-то типа «забудь об этом», но теперь не знает, как ему реагировать. — Юнхо, давайте сходим на свидание? - Кан опускает взгляд. — Конечно! - ярко улыбается Чон. - Я закажу столик, позже Вам скину время и место. Есан слишком смутился, поэтому кивнул и продолжил укладывать волосы. По-моему, Есан и Юнхо наконец обрели, что хотели... Впрочем, это уже совсем другая история.