Тот самый день

Ученики академии «Пик Надежды» привыкли просыпаться с утра под пение птиц, но на острове никаких других видов живых организмов, кроме них самих, не наблюдалось, поэтому приходилось открывать глаза под раздражающий голос плюшевого медведя. — До-о-оброе утро! — Прокричала невыносимая игрушка, — На самом деле, я хотел сегодня лицезреть новое убийство, но! — Хаджиме, который только-только проснулся, едва слушал объявление, правда, услышав это «но», парень поднялся с кровати и прислушался, — Я запрещаю вам убивать! Ну, знаете, сегодня такой день… — Монокума выглядел задумчивым, — День всех влюбленных! Поэтому идите на риск и признайтесь уже! — Он обернулся назад и сказал последнее, — Хотя, Мономи точно не получит ни одного признания. Экран потух, а голос затих. Подростки не спали и каждый услышал сказанное, чему были несколько удивлены, но никто не спешил признаваться. Они решили правильно использовать этот день и отправиться более детально исследовать остров. Хината устало потянулся и взглянул в окно. Затем его дверь открылась и туда бесцеремонно ворвался Казуичи, оповещая друга о плане остальных. И вновь Хаджиме злился на то, что когда-то Миода сломала ему замок. — Я не хочу, идите без меня, — Ему было слишком плохо, парень многое пережил. Сейчас он желал лишь остаться наедине с самим собой. Совсем недавно трое из них были убиты, к тому же, поведение Цумики оставляло за собой множество тем для дальнейших раздумий. — Ладно, как хочешь, — Сода хорошо понимал друга, поэтому решил уйти, не доставая ненужными вопросами. Прошло уже около двух часов, как Хината бесцельно валялся в собственной постели, переворачиваясь с одного бока на другой. Копошение возле двери заставило его напрячься и сесть на кровати, — Вы уже вернулись? — Спросил он у неизвестного, правда, был почти полностью уверен, что по ту сторону стоит розововолосый. — Прости, я потревожил тебя, Хината-кун, — Напряжение стало лишь сильнее, стоило ему услышать этот хриплый голос, — Можно войти, пожалуйста? — А, да, заходи, — Пусть Хаджиме и не особо понимал причину прихода своего одноклассника, но оставить того стоять на улице просто не мог. Нагито почти бесшумно пробрался в комнату, смотря куда-то в пол, пока руки его были за спиной. Парень заметил, что беловолосый держал там что-то, отчего на его лице отчётливо читался страх, — Ты… Не с пустыми руками? — Хината серьёзно ошибся, пустив этого человека к себе в личное пространство, — Комаеда, ты же не собираешься меня убить? От услышанного везунчик сильно удивился и выронил то, что держал, второпях поднимая и садясь на другой конец постели, — Не думай об этом, Хината-кун, я бы ни за что так не поступил, — Спокойствие в голосе собеседника слегка раздражало Хаджиме, — Я просто хотел отдать тебе это. Дрожащими руками он протянул небольшую белую коробочку, перевязанную алой лентой. Нагито отвернулся, но Хината успел заметить на его лице лёгкий румянец, — Хорошо, я приму твой подарок, — Он взял предмет в руку, развязал ленточку и открыл крышку. Юноша сильно удивился тому, что лежало в коробке, — Шоколадные конфеты? — Действительно, в упаковке было примерно десять штучек сладкого лакомства, от которого исходил приятный аромат, — Спасибо. — Я-я… Заметил, что ты очень любишь сладости, поэтому сразу определился с подарком, — Он решил взглянуть в удивлённые зелёные глаза, — Тебе нравится? — Конечно, но зачем тебе дарить мне что-то? — Хаджиме был уверен, что беловолосый ему ничего не должен, — Если верить словам Монокумы, сейчас февраль, мой день рождения уже прошёл. — Это подарок на день влюбленных… — Комаеда придвинулся ближе и взял одну из конфет в руки, поднося к алым губам. — Странный ты… — С подозрением разглядывая предложенное лакомство, парень решил спросить, — Мы никак не относимся к этому празднованию. Людям не обязательно дарить подарки на каждое событие. — М-м-м… — Грустно промычал Нагито, — Но ты мне нравишься, Хината-кун, именно поэтому я и хочу, чтобы ты принял это, — Он настойчиво тыкал конфетой прямо в чужие губы. Хаджиме смутился от неожиданного признания, правда, решил не портить настроение своему гостю, открывая рот и разжевывая сладость, — Очень вкусно, спасибо. Везунчик радостно улыбнулся и достал из коробки вторую, намереваясь скормить целую пачку. Ему нравилось кормить Хинату с собственных рук, это даже не на шутку возбуждало. Парни не знали, сколько времени провели, сидя рядом друг с другом, но ясно было лишь одно — им очень хорошо вместе. Заметив, что конфета осталась лишь одна, Комаеда повалил своего одноклассника на спину, отправляя сладкий шоколад к себе в рот, — Я же уже сказал, что ты мне нравишься, значит, это не будет странно, так ведь? — Спросил он сам у себя и опустился ближе к чужому лицу. Горячее дыхание опалило его бледную кожу и он накрыл своими губами чужие, подминая под себя. Теперь они вдвоём делили одну конфету, обмениваясь слюной и покусывая губы друг друга. Во время поцелуя оба из них испытывали невероятно приятные чувства, позабыв о всех проблемах. Руки Хаджиме обвили длинную шею парня напротив, притягивая к себе как можно ближе. Отстранившись, Нагито взглянул в затуманенные возбуждением зелёные глаза, которые сейчас выглядели особенно прекрасно. Он осторожно спустился к шее и, облизав собственные губы, оставил лёгкий поцелуй, а потом ещё один и ещё. Сильно увлёкшись, везунчик не заметил, как оставил парочку очень заметных следов в виде засосов. — Прости, Хината-кун, я перестарался, — В знак извинения беловолосый зализывал места покраснений. — Всё в порядке, — Хаджиме взял его лицо в свои руки и поцеловал уголок губ, — Возможно, я могу позволить тебе сегодня свободу действий, — Сказал он и улёгся поудобнее, заливаясь румянцем. Комаеда, не веря своим ушам, подумал около минуты, а после просунул руку под белоснежную рубашку с коротким рукавом, оглаживая тёплый живот, выводя пальцами разнообразные узоры. Слегка прогибаясь, Хината простонал, собственноручно снимая с себя галстук и выпячивая грудь вперёд, намекая избавить его от надоедливой вещи. Лишь мгновение и она оказывается на полу, а руки уже тянутся к ремню, стягивая и штаны с трусами. Теперь перед Нагито лежал абсолютно голый человек, который ему нравится, что не могло ни радовать. Везунчик чуть ли не ударил себя когда понял, что у них и вовсе нет смазки, но озарение пришло к нему очень быстро. Покрывая грудь мокрыми поцелуями, Комаеда схватил член парня под ним, начиная нежно надрачивать. Хаджиме мог смело и громко стонать, так как знал, что все остальные сейчас на другом острове и никто их не услышит. Прогибаясь в спине чуть ли не до хруста костей, он вскрикивал имя человека, приносящего ему такое удовольствие. Издав особенно громкий звук, Хината излился в бледную руку, а сам Нагито вновь улыбался, ему нравилось делать приятно своему партнеру. — Сейчас может быть больно, — Предупредил он и, смазав пальцы выделившейся спермой, раздвинул длинные ноги, приставляя один из них к дырочке, постепенно вводя. Нижний испытывал дикий дискомфорт и взял беловолосого за руку, прося о ласке. Тот продолжил двигать пальцем внутри, покусывая покрасневшее ушко за мочку, тут же целуя рядом. Благодаря таким нежностям Хаджиме и не заметил, как в нём спокойно двигалось уже два длинных пальца. Комаеда вынул их и быстро снял с себя мешающую одежду. Ткань трусов больно давила на давно вставший член, поэтому долгожданная свобода была так приятна. Немного потеревшись своим внушительного размера достоинством, он сжал руку Хаджиме и вставил пока только головку, заглушая болезненные стоны поцелуем в губы. Нагито старался быть с ним как можно нежнее, слабо двигаясь внутри, расцеловывая горящие щёчки. Наконец войдя до конца, везунчик немного ускорил свои движения, ведь услышал стон Хинаты, полный наслаждения, а так же почувствовал толчок вперёд с его стороны. Любовно вбиваясь в худое тело, Комаеда обнимал любимого, прижимая к себе. Оба подростка слушали стоны друг друга и продолжали наслаждаться данным действием. Сделав последний особо глубокий толчок, он вышел из парня, кончая тому прямо на живот. Хаджиме тоже не отставал и излился без чужой помощи. Когда Нагито шёл сюда с надеждой признаться, юноша и мечтать не мог о том, что сможет переспать с Хинатой. — Не уходи, — Хозяин домика понял, что беловолосый хочет покинуть его, поэтому поспешил остановить, — Останься со мной. — Ты правда этого хочешь? — Комаеда посчитал, что будет докучать зелёноглазому, — Тогда, я хотел бы прилечь рядом… — Неуверенно попросил он. Хаджиме улыбнулся и притянул к себе везунчика, обнимая за руку, — С праздником. — И тебя, Хината-кун, — Он уткнулся носом в мягкие волосы, от которых исходил приятный аромат апельсина, и прикрыл глаза, представляя их совместную прекрасную жизнь.