…Все смотрит и смотрит, следит за добычей. Напряженно и старательно, но в рамках приличий… Вельвет «Ловушки».
Не то чтобы в жизни Тони всегда все было просто и обыденно. Нет, чаще всего вокруг него творится лютая дичь, и он должен бы к этому давно привыкнуть, но… Но каждый раз, когда Тони думает, что познал все оттенки охренения, случается очередное нечто, и он понимает, что нет, охренеть еще больше все-таки можно. Но, стоит отдать должное, в каком бы шоке и непонимании не находился Тони, он никогда и никому не покажет этого (Пятница не в счет по понятным причинам). И вот, в последнее время Старк чувствовал себя актером дешевой комедии. Ну, такой, знаете, когда за кадром раздаются смех и аплодисменты, «тонко» намекающие зрителям, что им должно быть смешно. Вот только Тони не было смешно ни разу, он вообще не понимал, какого черта творится. То, что происходило вокруг него сейчас, выходило за рамки, даже в его понимании. Нет, на них не нападали очередные пришельцы (плавали, знаем), никто не пытался убить президента (вроде бы) и вообще, мир в последнее время был подозрительно спокоен и благодушен. О, нет! Дело было в другом. В одном конкретном другом. А именно в Питере Паркере. Вообще, Старк и раньше замечал, что паучок в его присутствии ведет себя странно, но не придавал этому значения. Что взять с подростка, оказавшегося рядом со своим кумиром? В общем, да, Тони махнул рукой на поведение парня, решив, что тот привыкнет и успокоится. Вот только паучок стал вести себя все подозрительнее и подозрительнее. А начиналось все с невинного вроде бы… — Хей, мистер Старк! — Питер привычно ворвался в мастерскую. Рюкзак полетел на пол, а сам он, сияя улыбкой, плюхнулся на край рабочего стола. — Привет, ребенок… — начал Тони, поднимая на парня глаза, но был бесцеремонно перебит. — Это вам, мистер Старк, — Питер положил прямо на чертежи ароматно пахнущий сверток с логотипом известной сети ресторанов быстрого питания и с каким-то странным блеском в глазах посмотрел на Тони. Старк уставился на сверток, как Роджерс на мобильник. Так же ошарашено, в смысле. Он даже потыкал пальцем в хрустящую бумагу. — Я сейчас не понял, карапуз. Это что? — спросил удивленно Старк. — Эм, чизбургер? — весело ответил Питер. — Мистер Старк, я же знаю, как вы любите чизбургеры и… Ну, вот, — под конец своей короткой речи он несколько стушевался. Старк внимательно посмотрел на парня, снова перевел взгляд на пакет и решительно отодвинулся на стуле, чтобы смотреть на Питера прямо. — Так, парень, признавайся, что ты натворил? Снова расхреначил паром? У старушки, которую ты переводил через дорогу, оказалась арахнофобия, и она отдала концы прямо на переходе? Завалил тест по физике, к которому мы вместе готовились? Что? — Старк испытующе смотрел снизу вверх на Питера и ждал объяснений. У парня никогда не было лишних денег, и как бы Тони не пытался подкинуть ему пару долларов (пару тысяч долларов, конечно) на жизнь, тот всеми правдами и неправдами открещивался. Поэтому странно, что он решил потратить свои карманные деньги на обед для Тони. Очень уж похоже на попытку задобрить его, и у Старка по спине холодок пробегал, когда он представлял, что мог натворить парень. — Что? Нет, мистер Старк, все хорошо! — Питер замахал в отрицании руками и жутко покраснел. — Это просто… — О, нет! — воскликнул Старк, картинно округлив глаза и наставив указательный палец на Питера. — Только не говори, что через девять месяцев на моем пороге появятся маленькие паучата! Парень, мы ведь с тобой говорили о контрацепции? Или нет? — задумчиво закончил Тони. — О Боже! Мистер Старк! — простонал Питер, закрывая пылающее лицо ладонями. Тони только усмехнулся, видя, что покраснели у мальчишки даже уши и шея. — Шучу, пацан. Ну? У меня кончились варианты, — Тони продолжал подозрительно смотреть на Паучка, но уже успокоился. Если бы случилось что-то действительно серьезное, Питер точно не смог бы долго держать это в себе. — Я просто захотел принести вам чизбургеры! Потому что вы их любите! А я вас! — зачастил Питер. — Уважаю! Уважаю, я хотел сказать, — почти прокричал он, доведенный до крайней степени смущения. У Тони чуть екнуло в груди, но он поспешил себя одернуть. Оговорка? Ну разумеется, парень оговорился. Довел ребенка, молодец. — Ладно, карапуз, проехали. Спасибо, конечно, за заботу, но я большой мальчик и вполне в состоянии купить себе чизбургер. Да и всю эту сеть, если подумать, — Тони ткнул пальцем в логотип на пакете. — А малолетние паучки должны тратить карманные деньги на себя или, в крайнем случае, на своих подружек. Я понятно выразился? — Яснее некуда, — буркнул все еще пылающий всеми оттенками красного Питер. — Ну, раз с этим разобрались, падай рядом, членистоногое. Хватит своим задом подпирать мой стол. Будем пробовать твои чизбургеры, — Тони махнул на соседний стул и зашуршал пакетом, с удовольствием смакуя приятный запах. Желудок предательски заурчал, напоминая, что ел он последний раз, хм, вчера вечером? — О нет! Мистер Старк, это вам! Для вас, то есть! В смысле, эм… ну… я уже ел! Сытый, да, — выпалил Питер и, подорвавшись с места, рванул к двери, схватив по пути рюкзак. — Приятного аппетита, мистер Старк! — крикнул парень и, не оборачиваясь, умчался из мастерской, почти снеся собой стеклянную дверь, оставив охреневшего Старка с чизбургером в руке смотреть ему вслед и задаваться вопросом: «Что это, мать его, было?»***
Второй яркий случай произошел на следующий день. Тони, уставший и голодный, выполз из мастерской поздно вечером и пошел на кухню, чтобы перехватить чего-нибудь съестного. По пути он заметил Питера, удобно разместившегося на диване в гостиной и залипающего на какой-то очередной блокбастер, и просто не смог не завернуть к нему. — Карапуз, чего не спим? — Тони подкрался незаметно и сказал это почти над самым ухом Паучка. Конечно, не стоило так внезапно, но ему всегда доставляло удовольствие заставать Питера врасплох. Он каждый раз так искренне реагировал на любые подначки, что Тони просто не мог заставить вести себя по-взрослому. Питер подпрыгнул на диване и, выстрелив паутиной, повис вверх ногами на потолке. Он круглыми глазами смотрел на Тони, а тот хохотал и не мог успокоиться. — Мистер Старк! Я чуть заикой не стал! — возмущенно воскликнул парень и стал медленно спускаться на пол. — Ха-ха! Уфф, — не мог отдышаться Старк. — Прости, парень, не удержался. Тони плюхнулся на диван и заметил на столике рядом пару коробок с пиццей. — О, пицца! Здорово! Я как раз голодный, как волк. Надеюсь, тут найдется что-то адекватное? — помня о любви одного членистоногого извращенца к пицце с ананасами, спросил Тони. Он открыл первую коробку и взял кусок, с удовольствием вгрызаясь в это, без сомнения, произведение кулинарного искусства. — Да, мистер Старк, конечно. Они обе без ананасов. Во эта с грибами, а эта с морепродуктами, как вы любите*, — тараторил Питер, присаживаясь почему-то на край дивана и как-то настороженно глядя на Старка. — Серьезно? Ты не заболел? Ты же всегда заказываешь это ананасовое убожество, — Тони потянулся к Питеру, чтобы в шутку ладонью померить температуру на лбу, но тот шарахнулся от него так, что рухнул с дивана. — Эй, Пит, ты чего? — от шока Старк чуть не подавился. Питер мог смущаться, заикаться, краснеть, но он никогда, черт возьми, не боялся Тони! Шестеренки в голове у Старка крутились с бешеной скоростью. На краю сознания мелькала какая-то мысль, но он никак не мог ее ухватить, что раздражало неимоверно. — Все хорошо, мистер Старк! Простите! Просто мои паучьи инстинкты немного сбоят в последнее время. Иногда бывает, что мне кажется, будто рядом опасность, и тело реагирует быстрее, чем я успеваю сообразить, что вообще происходит, — извиняющимся тоном проговорил Питер, поднимаясь с пола. — Это я — опасность? — непонимающе спросил Старк. — Ребенок, ты же знаешь, что я никогда не причиню тебе вреда? Да я скорее руку себе отгрызу, чем ударю тебя! — Я знаю, мистер Старк! Простите! Я думаю, это скоро пройдет. Ну, знаете напряжение, экзамены, все такое, — он покрутил руками в воздухе, показывая, что все это ерунда. — Ладно, — протянул Тони. — Давай, прыгай рядом. Будем есть эту прекрасную пиццу и смотреть… Что ты там смотрел? «Стартрек», серьезно? — Тони приглашающе махнул рукой на место рядом с собой и крайне удивился, услышав: — Нет-нет, мистер Старк! Я, наверно, пойду, поздно уже, Мэй волнуется. А вы ешьте, вам нужно хорошо питаться! Вы так плохо ели в последнее время, — как всегда быстро выпалил Питер и, покраснев, сбежал, оставив Старка медитировать над куском пиццы, уже почти привычно задаваясь вопросом: «Что это было?»***
Спустя месяц Тони уже привык к тому, что Питер его подкармливает. На самом деле, было даже приятно, что о нем кто-то заботится не потому, что Тони за это платит, а просто потому, что хочет. От этого факта внутри Старка разливалось приятное тепло, и время от времени он ловил себя на том, что исподтишка поглядывает на Питера далеко не как наставник на подопечного. Тот, кстати, перестал шарахаться и бегать от Тони и начал вести себя гораздо смелее. Теперь они могли до хрипоты орать друг на друга в мастерской, но, столкнувшись с упрямством оппонента, надевали свои супергеройские костюмы и шли решать спор в тренировочный зал, а потом, потные, уставшие, но довольные друг другом, расходились по комнатам, чтобы через полчаса снова встретиться в мастерской. Питер мог совершенно бесцеремонно сдвинуть чертежи Тони со стола и положить свои, требуя помощи. На справедливое возмущение Старка Питер только заискивающе смотрел ему в глаза, и Тони сдавался. Глядя на такого Паучка, он чувствовал, как его мозг плывет, и ни черта не мог поделать с этим. Старк не знал, как назвать его отношение к Питеру. Он явно вышел за формат «учитель-ученик», но другом он себя не чувствовал определенно, учитывая, что ему до искр из глаз хотелось прикасаться к парню. Разумеется, он не переступал некой границы в их отношениях, прекрасно понимая, что парень относится к нему, как к старшему товарищу, другу или, прости Господи, отцу. Ах, если бы он только знал! Но Тони даже не подозревал, что медленно, но верно увязает в расставленной лично на него паутине.***
Не успел Тони привыкнуть к желанию Питера таскать ему еду, как стал замечать за парнем новые странности. Он то замирал, глядя на Старка, почти не дыша, то начинал нарезать круги вокруг его стола в мастерской. Это несколько настораживало Тони, но он старался не акцентировать на этом внимание после того, как паучок чуть не разрыдался в ответ на обычную, вроде бы, просьбу не мельтешить. Ну нравится ему ползать по мастерской, ради Бога, пусть ползает. Может, ему так думается лучше? Пошатнул его уверенность в том, что все нормально, один случай. Тони заснул на диване в гостиной и проснулся среди ночи от ощущения чужого взгляда. Открыв глаза, он встретился с немигающим взглядом Паркера, который свисал с потолка так, что его голова находилась буквально в десятке сантиметров от Тони. Испугался он тогда просто до усрачки и, кажется, даже взвизгнул, как девчонка, заработав новую фобию и пару седых волос. Хорошо хоть инфаркт не шарахнул, а то смеха было бы. Помереть лежа на собственном диване от рук паучка, смешнее не придумаешь. Естественно, все записи с камер Пятница удалила, чтобы скрыть этот небольшой конфуз, а вот из памяти Старка эту ночь так просто не вытравить. Тони не выдержал и припер парня к стенке, требуя объяснений. В конце-то концов, он хоть и Железный Человек, но нервные клетки у него самые обычные, человеческие, и их нужно беречь, особенно в его возрасте, чтобы не остаться однажды старым дерганным маразматиком. — Я не знаю, мистер Старк! Я… Я не понимаю, что происходит! Это все мои паучьи инстинкты, наверно. Я как-то странно ощущаю себя в последнее время. Мне трудно себя контролировать. Может, я заболел? — Питер краснел, бледнел и так искренне переживал, заламывая руки и глядя на Старка своими невозможными кристально честными глазами. У Тони от этого взгляда мозг превращался в какую-то непонятную розовую кашу, и он готов был разрешить и пообещать парню все, что угодно. Ну подумаешь, нравится ему висеть над ним ночами, или кружить вокруг как акула… Так, стоп! Тони встряхнул головой, обрывая поток собственных мыслей, и крепко задумался. Вообще-то, да, невооруженным взглядом видно, что с Паучком что-то не так. Пит выглядел каким-то взъерошенным и взбудораженным (взбудораженным, Тони! Не возбужденным!). Глаза блестели, как под градусом, зрачки расширены, дыхание учащенное, губы искусаны до трещин, а на щеках разливался невероятно милый румянец. Несмотря на ненормальность ситуации, Тони находил такой вид парня довольно…интересным. Он снова тряхнул головой. Если у паучка внутри что-то действительно малость поломалось, то во всем мире есть только один человек, способный с этим разобраться. Ну, помимо самого Старка, разумеется. — Так, мелкий, не дрейфь! Папочка все исправит, — пошутил Старк, не замечая, как Питер дернулся и смерил его внимательным взглядом. — К-как, мистер Старк? — кашлянув, хрипловато выдавил из себя парень. — Пока не знаю, но знаю того, кто может знать, прости за каламбур. Мы идем к моему большому зеленому другу!