После дождя

— Ты... Ты как тёмная печальная роза. Такая одинокая... В забытом всеми саду... Он легко провёл по его скуле самыми кончиками пальцев. Сумерки. Ливень. Вода стекает с его промокших, алых волос, ставших совсем цвета бордо в этом гаснущем мраке. Капает с кончиков волос. Стекает с лица, застывшего в выражении странной беспомощности. С этим странным, зацикленным на его лице выражении алых глаз. Кэйа сделал шаг назад и уже начал разворачиваться, как рука Рагнвиндра мягко остановила его за запястье. Он снова посмотрел на него, но так, словно собрался уходить. — Зачем ты это сейчас сказал? Ливень шумит. Заглушает слова, делает всё на полтона тише. — Я... Просто... — он тут же замялся, его взгляд упал в землю, которая уже начала проваливаться под его ногами. Он знал, что ляпнул это зря. Нужно было промолчать. Эти слова, эти фантазии - они только для него. Чтобы в одиночестве представлять себе эти картины и ни о чём не жалеть, потому что ничего не произошло. И ничего не будет. Но так хотелось ему это сказать. Он мог бы сделать вид, что просто не услышал. Даже должен был. — Я давно об этом думаю... Просто сейчас подходящее время. Ты сейчас такой... Промокший, с этими каплями... Но такой непоколебимый, как... Кэйа говорил, но едва ли мог обдумывать свои слова сейчас. Дилюк начал медленно приближаться к нему. Беглый взгляд ему в глаза. Он словно лев. Сейчас целится, а потом прыгнет, прыгнет и проглотит его, как глупого зайчонка. Возможно, так и надо. — Как? — Дилюк отражает ему вопрос. Он стоит так близко. Буквально дышит ему на ухо. От него едва ощущаемое тепло, буквально капля. Огонёк в море подступающего мрака. Дилюк не сказал больше ничего, и не ждал какого-то ответа. Только медленно, легонько потеревшись носом о его нос, мягко поцеловал в тонкие губы. Кэйа застыл на месте, и весь шум для него стих. Не было ни дождя вокруг, ни шелеста листьев где-то вдалеке. Только Дилюк и его спокойное дыхание и этот взгляд. Этот взгляд... Он подался вперёд по инерции, в интуитивном желании проверить, не сон ли это. Правда ли это произошло на самом деле. Капитан положил ладонь на его лицо, и коснулся его губ так же легко и невесомо. Его утянули в осторожный, медленный поцелуй, и плечи его моментально обмякли. Тёплая ладонь Рангвиндра притянула его за талию к себе, поближе. Поцелуи-бабочки. Поцелуи-капли, стекающие под мокрым листьям быстро вниз. Дилюк отстранился от него, опять потеревшись носом. И Кэйа с наслаждением вздохнул, притянул его за затылок к себе, прижимаясь ко лбу. Прикрыл глаза. Пахло сырой землёй, влагой, и теплом летнего сумеречного ливня - капли всё ещё падали им на головы. В нём не было волнения или дикой радости. Всё ощущалось так... Правильно. Так, как должно было быть. — ...А ты похож на лилию-каллу. — зашептал ему Дилюк, и взгляд его задумчиво блуждал где-то совсем не здесь. — Ты повсюду, всегда рядом, но тебя не видно. Незримо. Но с тобой всегда этот слабый-слабый, сладковатый аромат... *** Они пошли дальше, пересекая долину ветров. Дождь постепенно заканчивался, а сумерки медленно но верно превращались в ночь. Солнце, плывущее за горизонт, окрашивало всё вокруг в лёгкую золотистую дымку. Земля отдавала накопленное за день тепло и дождь был совсем не холодным. Они держались буквально за одни только пальцы друг друга, без слов возвращаясь на винокурню. Кэйа чувствовал себя так же, как и 10 лет назад, когда они с тренировок ордена возвращались вместе домой. Он тогда был другим, они были другими - Дилюк, главный инициатор всего вокруг в его жизни, и он, Кэйа, за его спиной, готовый подсобить и дать необычное решение. Делающий успехи молодой рыцарь, так рано получивший глаз бога, и Кэйа, который даже не догадывался, при каких обстоятельствах получит свой, и поэтому так упорно трудившийся над своей техникой боя одноручным мечом. Он тогда всегда невольно оказывался позади него, но так старался догнать... Это странное чувство, потому что прошло уже так много лет, а он всё ещё помнил, как это было. И сколько всего произошло между этими, казалось бы, одинаковыми жестами. Вспоминая всё это его сердце немного кольнуло осознание того, что как тогда уже не будет никогда. Но так же как прошедший ливень дарит свежий, свободный ветер, это освобождало его. Да, многое прошло. Но многому ещё предстоит случиться. Ощущение свободы дарило надежду на завтрашний день.