Повод для гордости

Дождавшись, когда разбредётся вся толпа, и обстановка будет безопасной, Дин аккуратно пробрался в огромный зал, сразу усаживаясь в самую даль на последние ряды. Около него людей не было, все гордые отцы и матери устроились, как можно ближе к сцене. У Винчестера до сих пор в груди всё неприятно жгло страхом из-за идеи прийти сюда. Он даже не думал, просто пришёл. С Сэмом он не общался чуть больше года, но это не значит, что он не знал о его успехах. Этот вечный ботаник и заучка оправдал все ожидания, и сейчас ему должны вручить то ли какую-то грамоту, то ли благодарность, награду...Неважно, что-то от колледжа за его блестящий ум! Дин узнал об этой «церемонии» совершенно случайно: услышал разговор отца с его другом, который по каким-то стечениям обстоятельств, появился в Стэнфорде и там прочитал на их стенде об этих новостях. А увидев имя сынишки Винчестера, тут же ему самому и сообщил. Спрашивать отца, не хочет ли он там появиться, Дин даже не пробовал, зная какой ответ получит. Но самому ему почему-то показалось важным быть там. Ведь это касается его брата, а значит и Дина. Разумеется, сам виновник происходящего даже не догадывался, что тут может быть кто-то ради него. И тихо притаившись, Дин внимательно разглядывал всех присутствующих на сцене, а когда заметил Сэма, добрая и легкая улыбка сама озарила его лицо. - Милый, а ты чего в такую глушь забрался? – Дин вздрогнул от неожиданности, оборачиваясь на милую пожилую даму, которая намеривалась сесть рядом с ним. - Ой, прости, сынок, что напугала, - добродушно хихикая, сказала она, присаживаясь на место, - Отвлекла от важных мыслей? - Нет, что вы. Я просто..эм…Не заметил вас. - Хм, - с интересом глядя на него, ответила та, - Тыкни-ка пальчиком, ради кого ты здесь, - мило щурясь на сцену, попросила та. - Эм, - Дин немного растерялся, - Вон, рядом с огромным плакатом. Это мой брат, Сэм. - Так ты тот самый Дин? – удивленно на него смотря, спросила старушка. И не дождавшись ответа продолжила, - Видишь мальчика, который разговаривает с твоим Сэмом? Это мой внук, Калеб. Поэтому я хорошо знаю Сэма, - посмеиваясь, рассказывала та, - Они с Калебом хорошие друзья, и Сэм часто бывал у нас. - Это Сэм вам про меня рассказал? – чуть ли не с надеждой спросил Дин. - Вкратце, - сморщив маленький нос и махнув на него рукой, ответила пожилая женщина. Дин с горечью улыбнулся, будто другого и не ждал. Будет Сэм о нём говорить, как же. - Но я сразу поняла, что эта тема его очень беспокоит, - воодушевленно уточнила та, - Так почему ты не в первых рядах? - А вы? - Знаешь, там такое столпотворение, не люблю я такое, - и, похрюкивая, добавила, - Да и быть честной, я немного припозднилась. Но внучок знает, что я здесь. Кончено знает…, - смотря на сцену, уже тише закончила она. - А Сэм не знает, что я здесь, - отвечая на вопрос, начал Дин, - И не должен узнать. - Почему? – оборачиваясь на него, искренне спросила женщина, - Я думаю, он бы хотел знать, как ты им гордишься. - Это..трудно объяснить…Всё немного сложнее… Старушка добродушно и от души рассмеялась. А Дин непонимающе и даже с обидой на неё уставился. - Знаю я это ваше «сложнее», - успокоившись, начала она, - Жизнь коротка, Дин. А людей, на которых можно положиться, невозможно найти. Поэтому не стоит разбрасываться подарками судьбы, - многозначительно на него смотря, она указала в сторону Сэма, - И драгоценным временем. Сам только Бог знает, сколько нам осталось, - закончила она уже как-то обреченно. - Вы меня даже не знаете. Как так можно судить? Да даже если бы вы знали, вам этого не понять, - резко высказался тот, непонятно на кого злясь: на Сэма, на себя или на эту ни в чем не виноватую пожилую даму. - Ошибаешься. Над всем ошибаешься. Я знаю о тебе достаточно, чтобы судить. И я живу в этом мире намного дольше тебя, и, поверь, понимаю, - отрезала она, с неким вызовом смотря на Дина. Тот неловко опустил взгляд, всё же стыдно было немного за своё поведение. Но она же сама! Её никто не тянул за язык. - И что же вы знаете? – из любопытства, спрашивал он. Женщина опустила на него свой нечитаемый взгляд, затем тяжело вздохнула. - Я знаю, что вы с Сэмом всю жизнь были рядом. Знаю, что разлука для тебя, как ад. Знаю, что Сэм не хочет ничего говорить о своей семье, но, когда упоминает тебя, его глаза начинают сиять. Знаю, что он с детства брал с тебя пример, знаю, что вы дорожите друг другом, но слишком упрямы и горды, чтобы признать это. Дин ошарашенно на неё уставился. Не это он ожидал услышать, но услышанное его не удивило. Только откуда такая подробная информация, если Сэм почти не говорит о семье? - Вы экстрасенс? Или эмпат? Его собеседница лишь широко улыбнулась: - Я женщина, - твердо сказала она. Такой ответ мог бы удовлетворить Дина, если бы он не был охотником. Но он не стал развивать в себе мысли о монстрах и тому подобное. Он здесь не за этим. Поэтому, снова обернувшись на сцену, Дин стал внимательно слушать и следить за происходящим. Он правда был горд. Сидя здесь и смотря на брата, он чувствовал, кажется, целый тайфун эмоций. От радости, счастья и гордости, до страха, обиды и ревности. Но как бы там ни было, он уйдёт также, как и пришёл – тихо и незаметно. Даже отец не знает, что он здесь, а сели узнает, ему ой, как не поздоровится. - Сэм часто тебя упоминает, - вдруг, после долго молчания, сказала женщина, - Делает это непроизвольно, по нему видно. Если честно, я давно такой чистой любви не видела, - тут Дин замер, с опаской и внимательностью на неё смотря, - Я уже и забыла, как она выглядит, - грустно усмехнувшись, - Я это к тому, что ты не должен сердиться и обижаться на брата. - С чего вы взяли, что я на него обижаюсь? – искренне не понимая, спросил Дин. - Милый, вы же по его воле расстались. Это принесло тебе боль. И хочешь ты этого или нет, но тебе обидно, - ласково, чуть ли не шепча, сказала та. - Да мне всё равно, - усмехаясь, попробовал отвертеться Дин. Не очень приятно, когда всё сокровенное наизнанку выворачивают. Он всегда злился и настораживался, чуть ему в душу лезть начинают. Пожилая дама лишь улыбающимися глазами на него уставилась. - Тогда, - медленно начала она, немного к нему наклоняясь, - что ты тут забыл? Дин смотрел на неё в ответ, но не знал, что сказать. Почему-то от такого взгляда и интонации вся его защитная язвительность и юмор бесследно пропали. Поэтому он лишь обессиленно выдохнул и опустил взгляд. - Ладно, вы правы, - тихо произнёс Дин, - Я по нему скучаю. И я очень им горд. Я не мог не прийти. Я бы себе этого не простил. Женщина лишь удовлетворённо кивнула, улыбаясь, смотрела на него. - Для Сэма это очень важно. Я уверенна, он был бы очень рад, зная, что ты здесь. Дин вновь грустно хмыкнул: - Поверьте, если бы Сэм узнал, то отдал бы всё, чтобы вместо меня тут был отец. - Ты слишком многого от него хочешь и слишком многого не видишь, - поучительно высказалась дама. Дин лишь раздраженно повёл плечом. Как же ему было больно в глубине души от всего, что творилось вокруг. И главным виновником его страданий, конечно же, был Сэм. Между ними всегда было что-то, что немного больше, чем братская любовь. Между ними была связь, некое душевное единение. Будто если бы у них не было друг друга, то они видели бы мир черно-белым. Вся магия была в их взглядах, в каждом редком объятии, в каждой ссоре, в каждой встрече, после долгой разлуки. Дин до сих пор с улыбкой вспоминает, как его ещё маленький Сэмми бежал в тесные теплые объятия, после того, как они с отцом возвращались с охоты. Даже иногда оббегая отца, он стремился удостовериться, что с братом всё в порядке, что у него нет серьёзной раны и т.д. Конечно, время летело, и Сэм давно перестал так делать. Но всё же, возвращаясь вот так с охоты, когда Сэма они не брали, Дин ловил его взгляд…Взгляд ни с чем не сравнимый, взгляд, говоривший громче всех слов и крепче объятий. Они так легко понимали друг друга с полуслова, что иногда казалось это таким странным, стереотипно сопливым, ненормальным и даже паранормальным. Но это было, было в их жизни, как неотъемлемая часть. И рухнуло, оборвалось, рассыпалось, как карточный домик, когда Сэм бросил его. Да, именно бросил. Потому что именно так Дин чувствовал. - О какой любви вы говорили? – аккуратно спросил Дин, и теперь настала очередь незнакомки удивляться. - О вашей. О какой ещё? - Ну вы так сказали «чистая любовь»…это как? - Бескорыстная, преданная, вечная, - с интересом смотря на Дина, перечисляла она. Парень замолчал, снова о чем-то задумавшись. - А что, у тебя есть сомнения на этот счёт? – с понимающей улыбкой спросила дама. - М? Оу, нет, я просто…эм…извините, не знаю, как вам это сказать…, - запинавшись говорил Винчестер. Пожилая женщина снова радушно рассмеялась: - Милый, не надо мне ничего говорить. Лучше я тебе скажу: Не бойся и не стесняйся любви. Никогда! Какой бы она ни была, - она многозначаще ему подмигнула и обернулась на сцену, громко хлопая, ведь очередь дошла до её внука. Значит Сэм следующий. Дин сразу приподнялся и во все глаза уставился на брата. Он начал чувствовать волнение, будто это ему сейчас грамоту перед огромным залом вручат. Тут раздался громкий голос, назвавший имя и фамилию Сэма, тогда он подошёл к взрослому мужчине, которому все жали руку и получали от него свою похвалу. Дин с трепетом наблюдал за Сэмом, ощущая бесконечную гордость. Широкая светлая улыбка озаряла его лицо, обалдеть можно..Сэмми…во даёт! - О, да, это мой братишка…, - во все глаза смотря на младшего брата, прошептал Дин. Но тут заметил, как женщина, сидящая рядом с ним, начала подниматься. -Вы куда? - Поздравить внука, сынок, - улыбаясь, ответила та. - Вы же ничего не скажите Сэму? – с надеждой спросил Дин. - Какому Сэму? – искренне удивляясь, она широко открыла глаза, - Тут их куча, ты уж уточни, - уже довольно улыбаясь сказала женщина. Дин лишь улыбнулся ей в ответ и незаметно кивнул. И он только сейчас понял, что даже не знает, как зовут эту приятную старушку. Пожилая дама снова добродушно захрюкала, поворачиваясь и спускаясь по лестнице к сцене. Церемония закончилась, и все люди начали толпиться около призёров с поздравлениями, криками и объятиями. Винчестер в последний раз взглянул на своего совершенного брата, про себя широко-широко улыбаясь и крича: «Я тут, Сэмми! Я так тобой горжусь!». Но в действительности его место уже пустело. Он исчез, как тень. Будто его тут и не было. Возвращаясь после вечеринки в честь сегодняшней церемонии, Сэм весёлый и совершенно вымотанный ввалился в свою комнату в общежитии. Он одним легким движением включил свет, снимая с себя всю эту тяжёлую одежду, мечтая сейчас только о том, чтобы поскорее лечь спать. Но тут он заметил у себя на столе что-то подозрительное, чего раньше там не было. Да, у него везде был отличный порядок, и стол не исключение. Подойдя к своему рабочему месту, Сэм заметил шоколадный батончик, прям как из его детства, он таких лет сто не видел. А под сладостью была записка. В момент лицо Сэма озарилось искренней, широкой, счастливой и даже влюбленной улыбкой. На маленьком листке было лишь два слова: «Горжусь тобой», но Сэму не нужно было больше, чтобы понять от кого это послание. Он сразу всё понял, и от этого светлая улыбка ещё долго не уйдет с его лица. Он с радостью осознал, что он всё ещё чувствует это, а записка подтверждает то, что Дин чувствует тоже. Значит, всё не напрасно. Значит, они это и правда навсегда.