маленькая комната постоялого двора

сидеть здесь стало настолько привычно и комфортно, что сяо сам поражается, как быстро путешественник, этот мальчишка, рвущийся в бой везде и всегда и совсем не думающий головой о последствиях, стал для него таким близким человеком. столько лет адепт говорил себе не привязываться к смертным - в конечном итоге, итэр уйдет. уйдет, как и все остальные. проживет свою недолгую, по меркам сяо, жизнь и канет. «станет звездой на ночном небосклоне тейвата», как любят говорить поэты из века в век. а вон оно, как интересно получилось. в итоге, теперь единственное место, где он может сбросить свою маску безразличия и враждебности ко всем - это маленькая, снятая путешественником за небольшие деньги комната постоялого двора «ваншу». это стало уже традицией - каждую неделю итэр снимал одну и ту же комнату на постоялом дворе, и каждую неделю сяо приходил к нему. никаких разговоров, никаких обсуждений. вот оно - единственное правило встреч. они только ложились на кровать, обнимали друг друга и проводили так всю ночь, до самого утра. это те самые дни, когда сяо не мучают голоса в голове и кошмары. итэр знает, как эта тишина важна для адепта. это те самые дни, когда сны итэра не отдают горечью неспелых закатников, а похожи на так любимый сяо миндальный тофу. после того, как наступало утро, ни один из них это не обсуждает. сяо уходит еще до того, как итэр проснется, а странная «консерва» прилетит и начнет орать что-то про еду. адепт знает, что через неделю путешественник придет на постоялый двор вновь, не стоит сомневаться. и он знает, что в очередной раз сможет сбросить свою маску - как в прямом, так и в переносном смысле, - и немного отдохнуть.