А почему бы и нет?!

Жизнь очень интересная штука. Она тебя то подбрасывает вверх, то швыряет на самое дно. Иногда ее сравнивают с качелями. Если бы только люди, проходящие мимо женщины, которой явно уже было лет за сорок, а то и больше, знали, как ее эти самые «качели» потрепали. Скорее всего, сильно удивились бы. Им неведомо, что у невысокой, одетой в рабочий халат уборщицы с повязанным платком на голове было два высших образования. Что когда-то она написала диссертацию, желая стать кандидатом исторических наук, но так и не успела ее защитить. Что за уставшим взглядом карих глаз, вокруг которых уже скопилось множество морщин, живет добрейший человек. Чаще всего, таких, как она, просто старались не замечать. Но порой были и другие люди… — Теть Шур, здравствуйте! — здороваются с женщиной молодые люди, обучающиеся в университете, где работала женщина. — Здравствуйте, ребята! — с улыбкой на лице отвечает та, кого назвали тетей Шурой. Кивки голов и ей ничего другого не остается, как смотреть молодежи вслед. — «Надеюсь, у них все в этой жизни будет хорошо». Родиться в СССР, выучиться с надеждой, что образование поможет ей устроиться на хорошую работу. Снова поступить учиться и работать. Потом наступила перестройка. Все мечты падают в то самое «дно» — когда качели опускаются вниз. Жуткая безработица. Именно тогда Шура (хотя это сейчас ее так все называют, а раньше она была для чужих — Александрой, Сашенькой — для родных, Сашей — для друзей) бросила науку ради самого необходимого, а именно куска хлеба. Кем только Александра Николаевна не работала. Была и продавцом, и швеей, и даже носильщиком, только вот последняя ее деятельность — технички, задержалось на десять лет. Именно из-за того, что она не успела вовремя запрыгнуть на качели, ей так и пришлось сидеть внизу. Она не стала, как ее бывшие или даже покойные друзья, винить все и вся. Будучи человеком, весьма образованным, она понимала, что уже не успеет догнать ушедший от нее поезд, дабы запрыгнуть в него. Была, какая ни какая работа, да и нужно было помогать родителям. Их совсем недавно ей пришлось похоронить. Вначале ушла мама, а после нее и отец, оставив свою ненаглядную Сашеньку совершенно одну. Возможно, из-за рутиной жизни, не поднимая головы, тетя Шура не обзавелась собственной семьей. Она никогда не была красивой, но жизнь, потрепав ее, привлекательности ей явно не прибавило. — Нужно еще в двух аудиториях помыть пол и можно будет идти домой, — устало выдыхает тетя Шура, неспешно шагая в сторону нужной двери. В одной руке у нее было ведро, в другой — швабра. Она была из тех немногих людей, которые не привыкли жаловаться на судьбу. Возможно, в силу своего воспитания или характера она могла здраво воспринимать то, что окружало ее. Тетя Шура была отзывчивым человеком, если ее кто-то просил о помощи, и это было в ее силах, она помогала. В то же время, она с легкостью могла поставить любого наглеца на место. Жаль, что судьбу, не удалось приструнить. Остановиться у нужной двери. Открыть ключом и войти… Ярко светило солнце, потому открывать глаза совершенно не хотелось. Тетя Шура делает глубокий вдох и через силу поднимает веки. То, что предстало ее взору, было совершенно нереально. Всего пару секунд назад она тащила ведро с водой и швабру в аудиторию. А сейчас она сидела на берегу реки, кругом было зелено и ярко. Ее попытка отогнать странные мысли заговорить не увенчались успехом. Она понимала, что открывает рот, но ни один из звуков не издает. «Божечки, что же это творится?» — паника ни на шутку охватывает женщину и она, сама того не замечая, довольно ловко подскакивает со своего места. Еще раз оглядывается кругом и четко осознает, что эта местность ей не знакома. Впереди была река, а за ней раскинулось огромное поле. На этом берегу недалеко виднелся маленький городок с очень интересными постройками. «Успокойся! Главное не паниковать. Это у меня из-за шока голос исчез. Сейчас сделаю глубокий вдох-выдох и все будет хорошо». — Успокаивает себя женщина, но едва она пытается это сделать, как ее кто-то окликает: — Эй, на берегу, ты же Вимп?! — обращается к ней человек в лодке и при этом тычет в ее сторону пальцем. Тетя Шура пытается, что-то ему ответить, но вместо этого словно рыба открывает и закрывает рот. — Точно, ты Вимп, — смеется человек, отчего ей стало жутко обидно, и она садится обратно хватаясь за голову руками. «Я совершенно не понимаю, что здесь происходит. И почему этот человек надо мной смеется? Я, конечно, не красавица, но это не повод, вот так потешаться над простыми людьми». — Чуть не со слезами на глазах думает тетя Шура. Плеск воды и глухой удар о камень, шорох травы, а после голос: — Вимп, ты прости меня, я не хотел тебя обидеть. Просто большая удача встретить таких как вы. — ….- в который раз просто шевелит губами тетя Шура, не обладая возможностью хоть как-то ответить человеку. — А-а-а, так вот в чем дело, у тебя нет голоса. Я, конечно, помню из легенд, что вы появляетесь здесь немыми, но не думал, что это правда. Сейчас я тебе помогу. — На удивление спокойно говорит мужчина, а после возвращается обратно к реке, откуда зачерпывает воду. Тете Шуре оставалось только наблюдать, как он с этой водой в ладонях идет обратно к ней. Протягивает воду со словами, — пей и сразу заговоришь. Недоверчиво посмотрев на мужчину из лодки, тетя Шура решила испытать свою удачу. Осторожно словно вода в ладонях была кипятком, она делает маленький глоток речной воды. И тут же выплевывает его, ругаясь: — Ешки матрешки! — И правда, заговорил! — удивился мужчина, который даже немного отшатнулся от тети Шуры, когда она выругалась. — Заговорил?! — теперь пришел черед удивляться тете Шуре, и она, вскочив на ноги, кинулась к реке. То, что она увидела в водной глади потока, стало сильным шоком для Александры Николаевны. Она даже в самом страшном сне не могло такое присниться. Ее мозг отказывался принимать то, что отражение, увиденное в воде, принадлежит ей. На нее смотрела совсем не та женщина, которой она была всю свою жизнь до этого момента.