Золотой круг; Часть IV: Первый Бог

Пролог

      Я не страдал самообманом. О своей удаче я имел весьма посредственное мнение. Чего стоил только авантюрный переезд всей семьи на Кюсю в 1997 году. Вложив все наши сбережения в закусочную, отец клялся, что только что-то совсем уж невообразимое может разрушить наши планы. Мне было всего 6 лет, и я не смог оценить иронию, когда в 1999 году на остров пришел Левиафан. Мы с матерью в тот день были на Хонсю и это нас спасло. Нас двоих, но не все наши сбережения и, что важнее, не отца.       Компенсации от правительства Японии едва хватило на то, чтобы перебраться в Броктон-Бей, вместе со многими другими беженцами. Моей матери тогда это показалось хорошей идеей.       Несколько лет всё было и вправду неплохо. Мама нашла какую-никакую работу и мы начали потихоньку оправляться от потерь, у нас даже появилось хорошее жилье, а не та крохотная комнатка в районе доков, как в начале. Казалось бы, что могло пойти не так? Да, разумеется, всё. Ведь в один прекрасный, ха-ха, день в город пришёл Лунг. Сначала он захватил тогда ещё крошечную АПП, затем подмял под себя все остальные азиатские банды города, а позже начал силой сгонять в свои ряды и всех остальных азиатов, даже не состоявших в никаких бандах.       Не было ничего удивительного в том, что под давлением АПП, наша семья влезла в их деятельность по самые уши. Моей маме повезло не осесть в борделе благодаря химическому образованию, уж что бы кто ни говорил о Лунге, а использовать свои ресурсы он умеет. Я же оказался в рядовых членах банды едва мне исполнилось 12. Многие мои сверстники гордились своим положением, но я прекрасно понимал, что мы лишь пушечное мясо, которое в один прекрасный день будет принесено в жертву в этой, по сути, слишком уж разросшейся разборке кейпов.       И вот, когда мне исполнилось 16 лет, кажется, этот день пришёл.       — Укун, сука! Завязывай витать в облаках! — схватившись за моё плечо, прямо в ухо прокричал старший моей группы.       Мы прятались за мусорным баком и всеми силами пытались выжить в этом стальном аду. Это должна была быть рядовая вылазка для отвлечения внимания Империи 88, мы должны были прийти к какому-то их складу, устроить перестрелку, пошуметь и, когда Имперцы стянут свои силы сюда, благополучно свалить в закат. Вошли и вышли, приключение на 20 минут. Что могло пойти не так?       Началось всё как и планировалось, резкий набег, подавление огнём охраны, много шума, криков, пальбы. Оставалось дождаться, когда имперцы запросят поддержку, пошуметь для виду еще немного и отступить. Кто же знал, что им не было нужды запрашивать подкрепление, ведь в этот день здесь был Крюковолк.       — Черт, черт, черт, второй отряд уже полностью перебит, от первого остался только Асура, — в панике кричал старший Сянь, схватившись за голову.       Я выглянул из-за бака вслед за ним, чтобы осмотреться, и мой взгляд сразу упал на сцену жестокой расправы. Крюковолк буквально прорвался сквозь Асуру из первого отряда. Его кровь и плоть заполнила улицу, смешавшись с кровью и плотью других членов АПП. Похоже, остался только наш отряд. Сяня рвало и трясло в конвульсиях на грязном асфальте. Но у меня уже не было сил на страх и отвращение. Схватившись за голову, я сполз по стенке мусорного бака на землю.       Чертов Крюковолк, кто бы сомневался, что в мою первую настоящую боевую вылазку я наткнусь на этого психа. Черт, черт, черт. Почему мы все должны умереть сегодня? Чем мы заслужили такую жуткую смерть? Простые люди, оказавшиеся в ужасно неудачное время в отвратительном месте.       Сун Укун закрыл глаза.       Нет, он всего лишь защищает своих подчиненных, своих подданных. Он в своём праве. Вся вина лежит на Лунге. Чёртова ящерица, возомнившая себя драконом, считающая, что имеет право распоряжаться своим народом. Лунг заставил мирных людей идти воевать за него с помощью страха и боли. У моей семьи всё могло быть хорошо, даже в этом проклятом городе, но теперь я и другие мирные люди погибают в бою. Недостойно правителя отправлять крестьян в бой.       Больше он не будет править в этих землях. Я заберу власть в свои руки и защищу свой народ.       Царь Обезьян открыл глаза.