Помощь от Хейла ? НЕ поверю

      Почему он попал в такую ситуацию? СНОВА постоянно что-то случается, и везде хоть раз контактировал именно он, может ли быть ответ в том, что он юноша с СДВГ и ему просто необходимо двигаться и выплёскивать куда-то свою энергию? Парень не знает, честно сказать, он много чего может не знать, но признаваться в этом он не станет, но в некоторые вещи ему просто не хочется верить, хотя внутри он ликует, чуть ли не танцы с бубнами устраивает, когда видит взгляды, просто замечает внимание со стороны маньяка, дядюшки и просто симпатичного мужчины оборотня в свою сторону но показывать это он точно не собирается, пока что...       Скотт, естественно, не может знать о подобном, Стайлзу даже кажется, что если он лишь легонько, самую малость намекнёт, то у его близкого друга начнётся не то что истерика — он просто взорвётся, взбесится. Возможно, начнёт наезжать на друга за то, что тот не признался в ориентации, а потом бы нашёл в интернете все возможные способы гипноза, чтобы втолкнуть в голову Стилински одну мысль: «Питер, мать вашу, Хейл не может быть с тобой, во-первых, он старый, во-вторых, он оборотень, в-третьих, он эгоист и маньяк, и, в-четвёртых, я его просто убью, если с его стороны будут какие-то поползновения в твою сторону».       Стилински даже иногда удивляется себе, потому что настолько точно предвидеть реакцию, более схожую на друга, может только он. Хотя Стайлз бы не удивился тому, что из-за новости об влюблённости в Хейла у его другана Маккола могла бы снова развиться астма. Просто он и правда подумывал о том, что, мало ли, у Скотта ещё не всё хорошо, даже при том, что он сверхъестественное. В общем-то, что он влюблён в оборотня, которого сам и поджёг, тот понял сознательно рано, точнее, он просто воспринял это весьма легко, осознание ориентации к нему и вовсе не приходило, он уже догадывался о том, что он вероятнее окажется геем, чем натуралом, ведь гетеросексуальные люди не замечали его ровным счётом всегда, а вот другие же давали ему внимание и Стилински это нормально воспринял.       Потом он, сам не понимая как, но пришёл к тому, что начал мастурбировать на светлый образ мужчин в V-ом вырезе, и это было сначала слишком для него, он подросток, грезящий о взрослом оборотне, отношениях и неутолимым сексом гормонах, да, подростки — они такие, особенно тот, что с СДВГ. На самом-то деле всё шло довольно безобидно, пока Стилински не додумался до того, какую роль он бы принимал в их отношениях. Ну, в постели и тут понеслось, он потратил несколько ночей для прочтения всей известной информации про гомосексуальный секс и понял, что уж в отношениях с Питером он явно будет лежать снизу. Потом к нему в голову пришла совсем дурная идея: а почему бы не попробовать, ну, растянуть себя там просто для эксперимента и точного наказа, что если тот и ответит взаимностью, то секс у них будет не скоро, но всё оказалось чуть проще. Потому что спустя время и "страдания" парень узнал много нового о себе любимом, об эрогенных зонах, чувствительных местах и потом пришёл к выводу, что если и пробовать себя в роли пассива, то явно не с первым встречным и точно не пробой огурца или чего-то там только не понапишут в интернете.       Собственно, и автор не знает как, но он же сын шерифа, так что не удивительно, что он каким-то образом сумел заказать себе фаллоимитатор. Вы бы видели исходящий от него стыд и его красные щёчки. О, это было очень мило, учитывая, что коробка упакована очень хорошо, а почтальон их просто раздаёт, там не написан магазин и товар, только номер, секретность — самое нужное в наше время и Стайлз благодарен продавцу за это.       Вообще, юноша никогда не думал, что докатится до самоудовлетворения с представлением оборотня, хотя симпатичного, ну и довольно сексуального, но чтобы заказать такую вещь, он никогда бы не подумал, что сумеет такое сотворить, и как назло, именно когда он думал на неделе это опробовать, именно тогда появился тот монстр, следящий за ним.       Его много раз бесило это, потому что он хотел расслабиться, но постоянный надзор только сильнее напрягал. Потом к нему в голову пришла просто сумасшедшая идея, самая что ни на есть специфическая, он придумал такую вещь: раз за ним следят, а он, знаете ли, ещё подросток, от переизбытка семени в организме и хуже стать может, а спермотоксикозом и подавно. Так что пришла просто "улётная" мысль, что если тот, кого он не видит, может быть оборотнем, а потом Стайлз додумался до того, что приходя домой, вечером он явно представлял светлый образ своего тайного партнёра и всё шло само собой, только оставалось сдерживаться, как бы не хотелось произнести это заветное имя, но Стилински понимал, что даже перед монстром может быть стыдно и то, что есть вероятность, что этот самый преследователь узнает о том, кого он упоминал. Но у него явно не получилось, потому что один раз он произнёс это имя, и достаточно громко и чётко, так что тот, кого он вспоминал, даже слышал это, хотя Питер находился слишком близко для того, чтобы не услышать такой приятный для слуха звук.

***

      Наверное, именно в тот день Питер точно признался самому себе, что не будь сейчас этой проблемы с оборотнем, то он просто залез бы в окно к этому парнишке и, опрокинув того на кровать, продолжил то, что он делал с собой, только уже по-настоящему и с другим половым органом. Одно дело, когда Хейл признавал в себе просто тёплые чувства или заботу о парне, он беспокоился насчёт его самочувствия и настроения, но никогда, нет. Иногда, конечно, проблёскивала мысль о... Нет, нет, он мал по возрасту, хотя в этом штате уже можно заниматься этим по обоюдному согласию с шестнадцати, но мужчина не собирается торопиться, особенно зная, что со Стайлзом они в спорных отношениях. Никто из них не признавался в чувствах другому, но то, что сделал Стилински тем вечером, прямо-таки расставило все точки над "i".       Тот момент, когда Хейл глазел и в своём воображении уже брал и раскладывал это шебутное шило в заднице где-то на кровати, но он не додумывался до такого. В тот вечер Стилински, как обычно, пришёл домой, перекусил, вновь приготовил самый здоровый салат отцу на утро, скорее всего, потому, что у шерифа и так дел было по горло, так что спал он в участке. Стайлз даже попривык к этому однообразию. Понимание повторения не давило на него, потому что он знал, что за ним следят, что это бывает пипец как страшно, но чёрт, возбуждающе именно тогда, когда парень переубеждал себя в том, что это не монстр, а его оборотень, который решил проследить за ним и сидит где-то там, в тени, следя за своим мальчиком, хотя так и было, только вот паренёк этого не знал. В тот день всё должно было идти как обычно, Хейл даже подумал о том, что может не стоит сидеть тут, мало ли, парень думает о ком-то другом, и Питер из ревности убьёт его, и такое бывает.       Но сегодня явно что-то пошло не по плану. Юноша сначала подозрительно покосился по углам своей комнаты, будто ожидая там микро камеры, а потом скрылся в шкафчике, который не мог видеть оборотень, но этого и не надо, по звукам было понятно, что паренёк что-то берёт оттуда. Мужчина интересно поднял бровь вверх, ожидая, кажется, чего угодно, даже нового лубриканта, но уж точно не то, что он увидел. Юноша держал в своей руке фаллоимитатор, не сказать, что маленький, но явно и не большой, нормальный, статистический. Хейл, конечно, знал, что его орган будет побольше, но его это не волновало в данный момент, потому что всё внимание было на парне, который, оказалось, не только нашёл свой предмет для удовлетворения, но и снял штаны. Дальше оборотень наблюдал за тем, как парень отложил предмет на кровать, вытащил из ящика лубрикант, а сам начал снимать футболку, видимо, переодевая на свою обычную, чуть растянутую, открывающую вид на острые ключицы. Может, мне показалось, но кажется оборотень облизнулся.       Его глаза бегали по красивому и стройному телу юноши, который в это время пробовал устроиться в кровати. Для него это впервые, и он старался сделать всё, как написано в инструкции, точнее в интернете, тем более он перечитал форумы про то, как это делать, как лучше и всё в этом роде, но чувство стыда, стеснения и возбуждения закружили своими атомами всю комнату, а вот окно, которое впускало воздух, наоборот, обменивало запахи, чем вызывало немыслимые чувства у волка, он будто дышал этим, его будоражило предстоящее зрелище, а ощущение его эмоций только сильнее распаляло Хейла.       Человек лёг на спину, чуть обычного масла вылил на ладошки, после чего начал массировать свою грудь, он уже давно обнаружил, что у него слишком чувствительные соски для парня, но это не мешало ему их щипать, ласкать, нежно дотрагиваться и оттягивать, представляя, как старший Хейл мучает его этой пыткой, пока вторая рука юноши не погружается под резинку белья, обхватывая нежную кожу, после чего он оттягивает её и приспускает чуть боксёрки. Сейчас он хочет нормально обхватить чуть смазанной рукой свой член, чтобы видеть в воображение то, как рука Питера, чуть шершавая, смело обхватывает его руку и водит ею по всей длине, а потом он бы убрал руку мальчишки и сам начал массировать нежно-розовую кожу головки, втирая выделяющийся предэякулят в головку большим пальцем своей ладони, только мысль и картинка, а член Стайлза отзывается на это и чуть подрагивает в руке, он лишь делает то, что хотел бы, чтобы делал оборотень, но мечтать не вредно. Его медленное дыхание, прикрывающиеся веки и охи, тихие постанывания, такие, будто он молит самого себя ускориться или наоборот, растянуть эту сладкую прелюдию, он не знает то, что он видит, так это мужчину, нависающего над ним, который мучает его, но так блаженно, что хочется быть громче, но смущение и предположительный зритель чуть останавливают это, но даже это не мешает его мозгу иногда скулить оттого, что он делает с собой.       Пытки, ласки продолжаются не долго, потому что парень знает, что сегодня он точно должен дойти до конца и уже попробовать то, что хотел почувствовать, его рука вновь вернулась к верху кровати, где лежит лубрикант, он смело выливает содержимое себе в ладонь, после чего обмазывает свой нежный проход, старается войти внутрь, но понимает, что лучше не вредить самому себе и потому выливает ещё, после чего закрывает тюбик и откладывает его, ему сейчас не до него. Стайлз обмазывает одну ладошку и подводит руку к сокровенному месту. Может, он и не в первый раз себя там трогает, но он не растягивал себя, но сейчас, когда он вновь погружается в свою фантазию, всё будто уплывает из сознания, и он аккуратно вводит средний палец, не глубоко, просто стараясь погрузить, но понимает, что в такой позе ему будет неудобно. Он переворачивается набок, и его спина с аппетитной попой направлены к окну и Питер невольно думает о том, что будь тут тот оборотень, то он сам бы выгрыз ему горло и мучил, потому что это его человек, и только он смеет смотреть на его тело, изгибы и вздохи, доносящиеся оттуда. Наблюдать за ним — одно удовольствие, потому что Хейлу открывается отличный вид, Стайлз лежит на правом боку, левая нога согнута в колене и чуть преподнесена к груди, правая рука аккуратно входит в розовое колечко, которое сразу же засасывает его внутрь, в горячее и влажное пространство. Кажется, что волк внутри оборотня скоро просто сорвётся с цепи, потому что юноша цепляет свою левую ягодицу левой рукой, оттягивая, давая больший объём проникновения, и тихо стонет, когда первая фаланга уже погружена внутрь, ему неприятно, но по запаху понятно, что эта некомфортность в заднем проходе быстро минуется приносящимися волнами удовольствия, когда Стайлз чуть царапает свою левую, оттянутую чуть в сторону половинку, и, кажется, теперь Хейл знает кое-что ещё, его Стилински нравится, когда ему приносят маленькую боль вперемешку с наслаждением, если бы мужчина не скрывался, то он бы смело дал себе присвистнуть такому нраву своего мальчика. Ему не терпится встретиться с ним лицом к лицу и сказать о том, что чувствует, и о том, что видел. Он ждёт согласия и надеется на взаимность, потому что тогда эта покорность будет в его ведении, а от такого Питер добровольно не откажется никогда. Парень успевает ввести уже второй палец, чуть раздвигая тугие стеночки своей сжимающейся дырочки, и его это смущает, оборотню даже не надо видеть, он чувствует, что его парню это нравится и это же смущает, Хейлу явно нравится наборы и концентрация таких оттенков эмоций.       Тихие всхлипы, хлюпанье при сжимании и раздвигании смазанных фаланг внутри его самого и это заводит ещё сильнее, потому что парень не отбрасывает свои фантазии, наоборот, он сильнее представляет, чуть ли не трогая или обводя фигуру партнёра, он хочет и делает так, как предполагаемо двигался бы любовник, и он понимает, что в данный момент с небольшой натяжкой и ещё добавкой смазки в него входит третий палец, и он издаёт стон боли вперемешку с представлением последующего удовольствия. Знаете ли вы, что сейчас, следя за своим, надеюсь, будущим парнем, Питер явно завидует кое-чему, точнее, фаллоимитатору, потому что тот войдёт в его мальчика первым, и это даже как-то косит его эго и самооценку, но она тут же становится обратно, когда он думает о том, что Стилински будет оправдываться и говорить о том, что он боялся не понравится дядюшке и поэтому попробовал это. Он хочет слышать то, что его мальчик бы сказал, что его член намного лучше какой-то там игрушки, но прекратить смотреть он не может, слишком открыто, слишком эротично и вызывающе, но, чёрт возьми, только он видит это и слышит единственный, потому что в округе никого нет, никого не заботят его уходы, а вот Питер успел узнать многое за эту неделю и теперь надеется, что узнает намного больше после завершения проблем с монстром. И пока он думает об этом, до его уха доносится протяжный стон, отчего на его коже выходит гусиная кожа (мурашки), а дыхание будто останавливается, это слишком для него, он не выдержит, просто наблюдая и слушая, теперь он точно осядет на ветке дерева, чтобы приспустить уже своё бельё, медленно наблюдая и доводя себя до конца, как это делал вчера и позавчера Стайлз.       Глаза направлены в окно, а там чуть ли не запотевает само стекло. Благо, он чуть приоткрыл окно, звуки для человека слишком тихие, ну, не прям слишком, но из окна так ещё при ветре и шелесте листвы, его стоны точно не услышат соседи, только если тот, что сидит с приспустившимся бельём на ветке, наблюдая, запоминая всё, что тот делает, как изгибается. Теперь он использует всё тоже, что демонстрирует ему мальчишка на нём самом, может, не сейчас, но уж точно скоро и Хейл в этом уверен. Всхлип доносится до его уха, он хочет подняться, но отпускает себя, понимая, что юноша старается войти чуть глубже игрушкой, и головка самого члена этой фигуры уже чётко обхватывают красный кружок, сжимая и оборотень невольно представляет то, как его самого будут сжимать эти узкие стеночки, и то, какое напряжение они будут отдавать на его половой орган, пока эта самая дырка не будет подстроена под его размеры. Улыбка сама выходит на его лице, он радуется, ему нравятся мысли, и он непременно хочет их воспроизвести, и желательно поскорее.       Подросток хватает воздух ртом, слеза стекает через край глаза, скатываясь по крылу носа, стекает на губы, и Стайлз облизывает губы: «Солёно», — говорят мысли, а пальцы медленно придерживают основание имитирования члена и потихоньку вводит внутрь, он чувствует, как растягивается и как там чувствуется небольшая заполненность, и это специфические чувства, но только до того, как он не представляет, как через его лежащую талию нависает мужчина, то, как он поставил свои руки перед оголённым животом, а его член входит в него медленно, тягуче, и теперь выходит другой стон, потому что головка проталкивается дальше, и в голове своей он слышит рык, такой, что вместе с его последующим толчком игрушки внутрь из него выходит тихое «Питер». Сердце бьётся быстрее, он сказал, он не смог сдержаться и теперь наказал себя тем, что протолкнул его чуть глубже, взвыв от боли и почти полного погружения, капля слезы тихо стекает по бледной коже, а разум Стилински столь помутнел от представлений и возбуждения, что он чувствует, как язык Хейла обводит его щёку, а рука обводит его пресс, будто прощупывая то, что сейчас находится внутри и Стайлзу нравится, нравится думать о том, что он чувствует Питера, и то, как толчки своей руки он ощущает, как вбивание партнёра в него. Глаза чуть закатываются, его собственный член изнывает, ему хочется разрядки, но мучить себя ему нравится больше. Может, он не знает оборотня хорошо, но в его представлении он видит то, как этот самый волчара не даёт ему прикоснуться к себе и тихо, медленно входит. Стон и всхлип, но теперь по-другому, потому что юноша чувствует приливающий к паху жар, он образовывается внизу живота, и это приятно. А вот настоящий Хейл сидит в ступоре, он смотрит на то, что происходит в комнате и прислушивается ещё сильнее, чем было до этого. ЕМУ ведь не показалось? Стайлз назвал его имя, когда игрался с этой игрушкой, неужто он представляет его? ПИТЕРА?       Подросток оставляет левую руку на управлении игрушкой, приподнимая свою левую ногу в колене ещё ближе к себе, теперь угол проникновения больше, а правая рука может немного докоснуться до соска, который чуть затвердел от таких махинаций, и как только рука добирается до заветной горошины, его будто бьёт током, тело невольно дёргается, левая рука водит фаллоимитатор глубже и ЧЁРТ, он попадает по простате? По какому-ту комочку нервов, потому что парня снова подбрасывает на месте, и тот издаёт самый долгий и протяжный стон за всё время. Нет, он не кончил, просто слишком удивительно почувствовать сначала что-то неприятное, инородное, потом заполненность и ближе к концу случайным образом задеть то, что так хотелось найти. Теперь идея ласкать грудь стала чуть ли не божественной, пока его пальцы перебивают горошинку, чуть нажимая, вытягивая и покручивая, он мычит, приятно, тут даже двигаться пока не надо, его пробивает мелкая дрожь только от ласки, а что предстоит испытать при попадании по простате. Он в предвкушении, особенно от того, как будет, если всё-таки Хейл окажется когда-нибудь в кровати вместе с подростком.       Оборотень удивлён, он кончил, нет, это пиздец, серьёзно, потому что взрослый мужчина не смог сдержаться от вида голого сексуального подростка, который издаёт такие сладкие стоны. О, а его всхлипы, господи. Кажется, Питер когда-нибудь не сдержится и всё-таки переспит с парнем под натиском силы, но теперь у него есть уверенность в том, что, вероятно, Стилински не будет против. Теперь волк просто следит и наслаждается зрелищем, как стонет его мальчик, вколачивая в себя игрушку, и то, какие всхлипы издаёт его проход, как он сжимается, как пахнут его слёзы, то, как он мычит, когда трогает себя. И это просто ласкает слух оборотня, ему нравится, он вновь влюбляется, теперь уже в другую сторону этого шебутного шила в заднице. Но самое приятное — это то, когда мальчишка решает, что уже не выдержит долгого мучения, и теперь его рука всё быстрее вталкивает член, попадая точно по простате , отчего он изгибается, выгибается и издаёт просто охренительные звуки, пока надрачивает изнывающий половой орган, ему не уделяли внимания и парень старается сделать так, чтобы у него получилось кончить, и удивительно для себя, он ускоряет темп обоих рук, быстрее вводя фаллоимитатор и убыстряя движения на стволе, после чего он слишком сильно пережимает головку, отчего его вновь бьёт током, и он случайно загоняет не маленьких размеров член почти полностью в себя кончая. Чёрт, он проехался прямо по этому комочку нервов.       И его стон смешивается с хорошо слышимым всхлипом имени «Питер» который он тянет по звукам и это лишком вульгарно для школьника, но Хейл так не считает, потому что теперь это точно его мальчик и то, что он видел — это ещё одно доказательство того, что Стайлз будет согласен встречаться с ним, а про их ночное времяпрепровождение вообще молчу.

***

      Стайлз боится, ему не боязно за себя, сколько за оборотня, стоящего впереди него, он не хочет, чтобы тот пострадал по его вине, но подросток ещё не знает, что к ним на помощь идёт его стая и то, что Хейл на самом деле хороший оборотень и может за себя постоять. Пока он выдерживает дистанцию между собой и дядюшкой, черноглазый оборотень только скалится, и после этого получается рык от Питера, явно злой, но он будто говорит о том, что Стилински под его защитой и юноша чуть расслабляется, пока в ненужный момент не вспоминает вечер, когда чуть не излился из-за такого же рыка, представленного и воображаемого у него в голове. Да уж, юноша, ты точно победишь в конкурсе самых неловких ситуаций, особенно когда вы на волоске от предположительной смерти, а ты вспоминаешь то, как сексуально и эротично рычит оборотень, стоящий перед ним и кажется, что он вновь чувствует некоторое возбуждение, надеясь, что у него не встанет, иначе это будет самый худший провал в его жизни. Питер чувствует все эмоции, его рык, видимо, действует на обоих по-разному, и волку это нравится, он обещает себе поговорить об этом с молодым человеком после того, как этого "монстрика" сдадут Дереку, а потом сам Хейл точно отведёт юношу к себе в квартиру, поговорить, признаться, предложить встречаться и, возможно, переспать и теперь на его лице вновь ухмылка, но сейчас он знает одно. Дерек, и стая Маккола прибыла, и ему не стоит волноваться, он отводит свою руку за спину и находит плечо Стайзла, кладёт свою горячую ладонь, он придвигает его к себе, а Стилински покорно приближается ближе. Юноша близок к щеке оборотня, но их это, видимо, не волнует, потому что человека интересует то, почему его подтолкнули к себе, а Питер шёпотом шепчет, так, чтобы рядом стоящий мальчишка услышал:       — Стайлз, я думаю, нам стоит поговорить о "нас" у меня в квартире, после того, как Скотт схватит этого оборотня, и не отмахивайся от этого, я знаю, чем ты занимался вчера и чьё там было имя, — всё так же шёпотом произносил Хейл, пока само ухо подростка приближалось ближе к губам, теперь паренька опалял жар, его уши, лицо, щёки. Он смутился и посмотрел на Хейла, но тот успел чуть прикусить мочку уха "шило в попе" и тот чуть пискнул, но не оттолкнул .       — Помощь от Хейла? Не поверю, говорил ты, — смотря на всю эту странную картину говорит Скотт.       — Думаю, теперь я поверю во что угодно, даже в единорога, — не оставляя свои шуточки, ответил Стайлз отходя от Питера, а черноглазка тем временем оказался в ауте внезапными разговорами и из ступора его вывел удар, Дерек как всегда прямолинеен.