Only mine | Только мой

Утром омега не нашёл в доме своего истинного. От отца он узнал, что Минги уехал примерно в семь утра, не забыв попрощаться. —Хонджун, подожди. –внезапно остановил его голос Юнги. Младший медленно повернулся на пятках с сомнением взглянув на отца. —Присядь на минуту. –помрачнел альфа. Он дождался пока сын сел перед ним, но слова не появлялись. Иланг-иланговый же тысячу раз пожалел, что решился зайти в кабинет старшего, но, в то же время он успокаивал себя тем, что, если мятный дал согласие на брак, он не будет сейчас отказываться от своих слов или ругать его. С другой стороны, тот так медлил, что в голове омеги появились слишком много возможных сценариев. —Я хотел поговорить с тобой… -выдавил из себя Юнги, под странным взглядом сына, который коротко кивнул, чем, в неком смысле, сильнее озадачил альфу. —Я слушаю тебя, отец. –тихо повторно подтвердил он. Иланг-иланговый никогда не видел своего родителя насколько потерянным, тот несколько раз открывал рот, набирая полную грудь воздуха, однако в последний момент опять вздыхал. Он ладонями протёр лицо и всё же начал, спустя более десяти минут подготовки. —Хонджун, ты ему доверяешь? –нахмурившись спросил мятный, тут же получив нерешительный кивок сына. —Он хорошо с тобой обращается? –опять кивок. —Это твоё окончательное решение…? –со странной надеждой задал один вопрос за другим, получая одинаковое качание головой. —Если ты хочешь спросить, уверен ли я в выборе остаться с Минги, да. Я уверен. –подал голос омега, поняв уже род вопросов старшего. —Отец, если это всё о чём те хотел поговорить — я пойду. Я не стану передумывать… -встал он, надумав уже вернуться к своим делам, однако старший опять остановил его. —Хонджун… когда ты так вырос…? –с сожалением сказал мятный, чем вернул удивлённый взгляд сына. —Я беспокоюсь за тебя… -омега нахмурилась в непонимании, обратно сев на стул. —Тебе не стоит так легко доверять людям… особенно альфам. —Не считай меня наивным. Я не настолько глуп, чтобы не различать врут мне или нет… -разочарованно вздохнул младший, испытывая некую злость из-за недоверия родителя. —Я знаю, ты смышлён… но я также знаю, как любовь закрывает на всё глаза. А также, я лучше тебя знаю, что творится в голове альфы. Поэтому, пожалуйста, дослушай меня. –остановился Юнги. Он очень давно, даже сразу и не вспомнить, когда в последний раз, он говорил так мягко со своим сыном, как и иланг-иланговый очень давно не удивлялся так сильно словам отца. —Ты не должен ему доверять. –получив опять нахмуренный взгляд младшего, он поспешил продолжить. —У альф лишь одно на уме, и как только они это получают, они теряют интерес. Он должен добиваться тебя! Ходить на коленях за тобой! И пока он не разорвётся, пытаясь тебе угодить, ты не должен опускать голову! Ты не должен вестись на инстинкты, на то, что вы истинные, или на физические потребности! Даже не вздумай прыгнуть к нему в кровать! Ты понимаешь о чём я?! –без сожалений, высказал мятный, при этом жестикулируя. —О-отец… он не такой. Да и я, даже не думал об этом… -опустил голову Хонджун, пытаясь скрыть покрасневшие щёки. Несколько минут они оба молчали. Омега собирался с мыслями, когда Юнги опять подал голос, с ещё более удивляющими заявлениями. —Я просто не хочу, чтобы тебя ранили… просто… Джуни, я не хочу, чтобы ты разочаровывался… ты всегда останешься для меня моим маленьким сыночком, и я всегда буду пытаться тебя защищать… в особенности от всяких придурков. –встал с кресла альфа, неловко оглянувшись на парня, что смотрел на него большими глазами. —Я обещаю, что буду осторожен… не стану создавать тебе проблемы… -также встал Хонджун поклонившись. Ему сильно захотелось обнять отца, однако он не стал. Слишком многое произошло между ними, лишь за несколько часов разговора. —Я тогда пойду. –ещё раз поклонился он, под взглядом мятного. —Джун… -коротко позвал его старший, чтобы задать ещё один, такой-же короткий вопрос, который, хоть и был прост, на несколько секунд выбил парня из реальности. —Ты счастлив с ним? –омега сдержанно кивнул жалостно посмотрев на родителя, после, направляясь уже к выходу. —Сегодня вечером приедут Паки. Приготовься к этому… Хонджун больше ничего не сказал. Он вернулся к себе, но воспоминания о прошлом вечере всё продолжали всплывать, в особенности момент с Сонхва. Только при виде такого взволнованного кедрового альфы, его сердце разрывалось. Парень долго думал о предстоящем разговоре, а также, о том, как он всё ему объяснит. Несмотря на это, воспоминания того вечера были захвачены чувствами к Минги. Тот так крепко сжимал его возле себя, пытаясь защитить ото всех. Омега уже сотый раз спрашивал себя: «Разве я правильно поступаю?», утонув в раздумьях. —Хони! –коротко постучался в дверь его комнаты Чимин, оповещая о том, что он зайдёт. До полудня, персиковый мотался по делам. Он на самом деле хотел поговорить с сыном, однако кто-то должен был разобраться с сорвавшейся свадьбой. —Чем занимаешься? —Привет, пап… Да вот, пытался найти один сборник. –быстро поднялся парень, начиная искать какую-то книгу на заполненных полках. —Вот! –вытащил достаточно старый сборник фортепианных произведений парень. Чимин громко засмеялся, усевшись рядом с сыном и отбирая у того книгу с улыбкой. —Хонджуни, да оставь ты этого… Рахманинова. –прочитал имя композитора, что было напечатано большими буквами. —Я знаю о чём ты думаешь сейчас. –погладил его по волосам старший. —Всё будет хорошо. —Ну как же, пап? –начал перебирать свои пальцы иланг-иланговый. —Как мне смотреть в глаза Сонхва, что сказать про дядюшку Сехуна и Луханя? –вздыхал он. —Малыш… -не задумываясь долго обнял его родитель. —Мне с отцом, намного важнее, чтобы ты был счастлив. А с ними мы сами разберёмся. Дядя Сехун будет конечно возмущаться, а Лухань… он любит тебя, как своего сына, и тоже будет рад увидеть тебя счастливым… Я более чем уверен, что Сонхва поймёт тебя. Так что, не переживай, сыночек! Хонджун грустно смотрел на своего папу, кивая. Старший не остановился и после небольшой паузы улыбнулся. —Расскажи лучше про Минги. —Ну и что мне рассказать, пап? –омега отпустил голову пытаясь спрятать лёгкую улыбку и покрасневшее лицо. —Как что рассказывать? –засмеялся персиковый. —Где вы были всё это время? Как он с тобой обращался и что вообще происходило? –с нотой волнения спрашивал Чимин. —Мы были в его заговорном доме… –начал младший, и даже не успев ответить на всё получил новые вопросы. —Что это за место? Мы беспрерывно тебя искали, и не только мы, но так и не смогли вычислить где ты был, как тебя туда увезли и… —Это не так далеко, мы ехали на машине примерно… я не знаю… максимум час, при очень маленькой скорости… Я заметил там ещё несколько резиденций, однако в общем, там лес, да глушь. –попытался коротко объяснить всё Хонджун, хоть старший и просил, как можно больше деталей. —Мы были там вдвоём, все дни, до того, как нас вычислил господин Сон. —Так вы там помирились или… как всё это произошло? —Да, можно сказать и так… мы всё разъяснили между собой и решили, что мы должны быть вместе. –простыми словами объяснил всю бурю эмоций, через которую они прошли в том домике. —Ну и как он с тобой? –поинтересовался Чимин, хоть младший поджимал губы не спеша с ответом. —Разве что-то не так? Хонджун, ты ведь можешь всё мне рассказать! –схватил его руку старший чувствуя волнение. —Нет, пап… Всё правда хорошо… рядом с ним, я… я будто в облаках теряюсь. —Я так понимаю, ты счастлив? –также улыбнулся и родитель. —И ты о том же…? –усмехнулся Хонджун, получив недоумевающий взгляд Чимина. — Этим утром, отец спрашивал то же самое… И да… Я никогда не был таким счастливым. –остановился на несколько секунд иланг-иланговый. —Пап, мне кажется я по уши влюбился в него. Одно время, я ненавидел его… за то, что он бросил меня, но как только я посмотрел ему в глаза, вся ненависть и злость куда-то исчезла… теперь я не хочу, чтобы мы когда-либо разлучались. –высказал всё, что у него было на душе, вздохнул Хонджун. —Мне больше ничего не нужно, лишь, чтобы ты был счастливым. –гладил его по спине Чимин, крепко обняв. —Чтобы тебя любили и оберегали… Минги же с тобой бережно относится? —Конечно, пап… Сонхва тоже заботился обо мне, и всё же… я не знаю, как это описать… когда это делает Минги, я чувствую себя по-другому… Всегда такой трепет на душе, будто я так особенен. —Это любовь, Хони. Во всём виновата любовь! –сиял персиковый, слыша такое от сына. К сожалению, их прервал бета, который сообщил о том, что семья Пак прибыла. Хонджуна, тут же охватила дрожь. Несмотря на то, что старший его уже успокоил по этому поводу, тот медлил, оставшись на кровати, пока Чимин уже направлялся к выходу. —Пап, я не хочу выходить… —Хонджуни, всё будет хорошо. Я же тебе всё уже объяснил, тебе не придётся говорить ничего. Ты должен лишь присутствовать. Будет слишком нагло выглядеть, если ты не спустишься. Цветочная омега кивнула. Он быстро оглянул себя в зеркале поправляя рукава воздушной рубашки и светлые прямые штаны, который идеально сидели на тонкой талии. Он шёл позади своего папы слыша уже возмущённый голос старшего альфы Пак из гостиной. Будучи уже у двери, Чимин повернулся к сыну, двумя пальцами поднимая его подбородок. —Мой сын не должен идти с опущенной головой никогда, слышишь? Тебе нет за что стыдиться или чувствовать себя не так. Ты меня понял? –серьёзно смотрел на младшего, который кивнул. —За кого-бы ты не выходил замуж, или кого бы ты не любил, ты всегда остаёшься наследником и частью семьи Мин. А Мины, не отпускают голову никогда. Как только Хонджун повторно кивнул, Чимин натянул улыбку и распахнул двери гостиной, привлекая внимание всех. —Здравствуйте… -тихо поклонился Хонджун, сев рядом со своими родителями. —Ну здравствуй, Хонджун. –сухо ответил Сехун, хмурясь ещё сильнее, получая при этом лёгкий пинок от своего мужа. —Думаю, ты должен всё рассказать. —Сехун, несмотря на то, что ты мой друг, я не позволю тебе давить на моего сына. –вступился Юнги, видя, как младший опустил голову, перебирая пальцы. —Юнги, несмотря на то, что ты мой друг, ты сейчас меня кидаешь! Просто ставишь перед фактом! –повышал тон Пак, отвечая такими же словами. —А что мне ещё делать?! Это же не я всё решил! —А кто тогда всё решил?! –кричали друг на друга альфы. Юнги резко встал со злостью опустив воротник свободной рубашки сына, указывая пальцем на метку, поставленную Соном. Из-за наступившей тишины, по причине шока старших Паков, Хонджун невольно отпустил слёзы скатываться по его щекам. —Видишь, до чего довёл Хонджуна? –зло цыкнул на мужа Лухань, с жалостью посмотрев на парня. Чимин быстро попытался успокоить разрыдавшегося, пока к ним подсел и старший Пак, гладя его по спине. Альфы лишь наблюдали, Сонхва вообще не проронил ни слова. —Он тебя заставил? Он тебе ещё что-то сделал? –спрашивал Лухань, будучи всегда дипломатом их семьи. —Дядя Лухань, мне так жаль… простите меня… -поднял красные глаза Хонджун. —Я честно не хотел вас подвести, но… —Всё-всё, не плачь. –вздохнул Лухань. —Юнги, как будем решать? –относительно спокойным тоном начал Сехун. —Ты сам ведь понимаешь, что свадьбы не быть. –ответил Мин. —Мне не вернуть все прошедшие в ожидании года, но… видишь, как всё случилось. –развёл в конце руками он, пока Сехун тяжело вздохнул, стиснув зубы. Он ещё раз посмотрел на иланг-иланговую омегу, потом на своего сына, лишь взглядом спрашивая: «Как ты его упустил?» —Всё, Сехун, идём ко мне в кабинет, выпьем что-нибудь… -встал Юнги взяв второго альфу за собой. —Сонхва? —Я сейчас приду. –выдавил из себя кедровый, кивнув старшим. Когда те двое скрылись, снова наступила тишина. Пак ждал, когда младший омега посмотрит на него, однако, так и не дождавшись от тоже встал. —Хонджун… -позвал его тот. Чимин с Луханом переглянулись, омега вытерев последние слёзы выпрямился. —Нам надо поговорить. –добавил Сонхва. —Д-да, давай лучше выйдем. –предложил Хонджун. Они молча вышли на улицу, направляясь в сад. Оба сели на ту самую лавочку, под иланг-иланговое дерево, вспоминая про себя, как они проводили здесь вместе тёплые вечера. Сонхва смотрел на профиль омеги, с каждым мигом утверждаясь в своих чувствах. И всё же он не хотел принимать, или даже попытаться понять, то, что Мин больше не его омега. —Что случилось между нами? –тихо осмелился спросить Пак, в то время как младший лишь поджимал губы. —Я тебе стал настолько противен, что ты даже смотреть на меня не хочешь? Мин повернулся к нему красными глазами, всё ещё не решаясь поднять голову. —Почему ты это говоришь? Ты мне совсем не противен… Просто я не могу смотреть тебе в глаза… Я чувствую себя ужасно, мне слишком стыдно. —Хонджун. –строго подал голос Сонхва. —Посмотри на меня. От такого тона, омегу охватила дрожь, и он наконец посмотрел в глаза старшего. —Прости меня… -прошептал Мин, вытаскивая из кармана золотое кольцо. —Всё это лишь по моей вине… и я должен тебе это вернуть. —Нет. Оставь себе. –с горечью смотрел на колечко, что он с таким трепетом выбирал, и создавал лишь для него. —Прости, но я не могу это сделать… -не успел договорить Мин, как альфы его перебил. —Я люблю тебя, Хони. Я уже очень давно тебя безумно люблю… -взяв его руку Сонхва, будто возвращаясь в те тёплые вечера лета. —Я не могу просто так всё забыть… —Сонхва, мне очень жаль. –вырвал руку из крепкой хватки младший. —Однако, мы ведь оба, понимали, что у нас ничего не получится. Ты всегда был для меня очень хорошим другом, но не больше… —И всё же ты сказал мне да! Ты согласился выйти за меня, Хон. Я верил, что ты меня любил. —Ты так говоришь, будто у меня был выбор. К тому-же я сам поверил, что полюбил тебя… —Так что пошло не так?! Разве ты не был счастлив со мной?! –не выдерживал уже кедровый притягивая омегу всё ближе к себе. —Почему ты поддался Сону? –с отвращением прошипел Пак, чем невольно заставил омегу трястись сильнее. Последний не знал, что добавить кроме извинений. —П-прости… Я правда не хотел, чтобы всё так обернулось. Я правда готовился к свадьбе, и думал о нашем будущем, также-как и ты… но появился опять он и… мы истинные, я… Мне правда очень жаль. —Ты правда не чувствуешь ничего ко мне? –отчаянно переспросил Сонхва, непроизвольно приблизился к губам младшего, чувствуя, как сольно тот заволновался. —Прошу, не надо… -прошептал Мин, и его сразу же отпустили. Пак разочарованно смотрел на сделанное под заказ кольцо, потом ещё раз взглянул на Хонджуна вздыхая. —Хва, ты очень хороший. Ты прекрасный альфа, и я уверен, что ты найдёшь того, кто полюбит тебя также безумно. Я честно хочу, чтобы ты был счастлив, чтобы у тебя было всё хорошо… Поэтому, это кольцо будет красоваться лучше на пальце влюблённой в тебя омеги. —Я просто не могу позволить тебе выйти за такого ужасного человека как он. –качал голову кедровый сильно хмурясь. —Ты даже не представляешь, что он вытворял… —Хва, чтобы ты мне не говорил, он мой истинный, и я выйду за него. —Нет, дослушай меня! –повернулся он к младшему жестикулируя. —Он делал ужасные вещи! Он насиловал омег и убил кучу людей! Он вообще бездушный! Да о нём идут такие слухи! Я просто не могу тебя так отпустить, я слишком беспокоюсь о тебе. —Сонхва, хватит. –сжал зубы Хонджун. —Пожалуйста, не говори такое о нём. Минги совсем не такой каким он тебе кажется. —Это факты! Я тебе говорю лишь правду… -не сдавался Пак. —Хва, эта тебя закрыта. –серьёзно сказал Мин, с обидой сжимая кулаки. Кедровый замолчал, опустив голову, он сделал несколько кругов запустив руки в свои волосы. —И что тогда будет сейчас между нами? –с неким отчаянием и непониманием безысходности спросил Сонхва. —Я хочу, чтобы мы оставались друзьями… я не смогу лишится тебя… Сонхва, ты мне очень дорог… —Хон, я честно не знаю смогу ли я относится к тебе как к другу, после всего, что было между нами. —Хва… -позвал его младший, смотря на него большими глазами, в которых невольно начали появляться слёзы. —Я хочу, чтобы ты был рядом… не исчезай из моей жизни, я прошу тебя. —Я сильно беспокоюсь за тебя, и, если ты хочешь услышать мой, теперь «дружеский» совет, ты должен ещё раз задуматься, стоит ли тебе связывать свою жизнь с таким человеком. —Сонхва, спасибо… за всё. За то, что ты заботился обо мне и не бросаешь меня несмотря ни на что. Они оба встали перед друг-другом с тяжёлой грустью в глазах. С одной стороны, Хонджун был неком смысле рад, что они разъяснили всё, однако с другой, непонятная хандра и печаль охватывала его душу. И всё же это улетучилось, как только альфа распахнул свои руки. Мин сделал шаг вперёд в объятья кедрового, почувствовав себя намного лучше, ибо этим жестом, Сонхва «сказал» ему, что он его «прощает». В это же время, для Пака, это объятье стало утешением. Он в последний раз вдыхал любимый запах, который в последние годы стал для него воздухом, и к сожалению, ни одно иланг-иланговое дерево не сможет его заменить. Хонджун был крепко сжат в объятья старшего, вдыхая полными лёгкими аромат кедра, прощаясь со своей симпатией, или же привыканием. С этого момента он мог быть спокоен, ибо был честен с Паком, с уверенностью поняв сейчас, что Сонхва, был для него лишь любимым старшим братом, и не больше. Они стояли так, не задумываясь о времени, им было это важно, однако послышался басистый рык. Кедровый отпустил омегу и посмотрел на чёрного, как чёрт, из-за злости, альфу, который к тому же сжимал кулаки. Пак незаметно ухмыльнулся, а Хонджун забегал глазами, последний не ожидал, что его истинный появится в насколько неподходящем моменте. —Что здесь происходит и почему ты обнимешь моего истинного? –решительно шагнув вперёд, больше прорычал, чем спросил, Минги. —Мы просто обсудили и переговорили всё. –встал между двумя альфами Мин, опасаясь, что те снова кинутся друг-на-друга. —Почему ты не отвечал на мои звонки и сообщения? Я волновался… вот и приехал. –нахмурился Сон, в тоже время мягко смотря на младшего. —Не зря приехал. –просвистел алкогольный переводя свой взгляд на другого альфу. —Я играл на фортепиано, и я, наверное, не услышал, потом я оставил телефон в комнате… прости. –большими глазами объяснился Хонджун. —Ничего страшного, главное, что с тобой всё хорошо. Только не могу понять до конца, что этот здесь делает? –обняв свою омегу он начал гладить его по мягким волосам, не забыв кинуть злой взгляд на Пака. —Я же уже объяснялся. Сонхва приехал вместе со своими родителями, чтобы поговорить с моим отцом… и нам тоже надо было поговорить. —А не оставишь и меня, поговорить с Сонхва? –акцентировал последние слова Минги, дублируя реплику младшего. —Нет. –категорически мотнул головой Хонджун, перекрестив руки на груди. —Хони, всё будет хорошо. Мы просто поговорим. –сжимал зубы всё сильнее альфа с запахом виски. —Да, Хонджуни. Иди внутрь и подожди нас там… -подал голос и Пак. Иланг-иланговый оглянув обоих с подозрением, направился в сторону дома, неуверенно отдаляясь от тех двоих. Оставшиеся внезапно стали серьёзны, в их глазах читалась чистая ненависть и презрение, вперемешку со злобой и враждой. —Тебе сколько раз надо повторять, что это моя омега? –через зубы просвистел Минги. —До того, как он стал «твоим», Хонджун был моей парой. –также ответил Пак. —Хонджун мой ещё сначала! Так что давай заканчивать этот тупой спор, всё равно понятно, кто прав, а кто нет. Я тебя в последний раз предупреждаю, если ты ещё раз коснёшься моего истинного, я тебе голову оторву. —А я от тебя ничего другого и не могу ожидать. Как тебя называют… -дразнящим тоном сделал вид что задумался кедровый. —Бездушный, бесхребетный, беспощадный, холодный, каменный бандит. –опускал по одному пальцу в такт со словами он, выводя из себя Сона. —Что?! Что ты сказал?! Это я бандит?! Ты тогда кто? Не ты тыкал пистолетом в главарей несколько дней назад?! –широко жестикулировал Мигни глубоко хмурясь. —На деле ты всего лишь послушный пёсик своего отца! —Кто бы говорил! У меня хотя бы есть совесть! Я никогда в своей жизни не позволял себе поднять руку на омегу, не то, чтобы насиловать или ещё хуже! —Это тебя не касается. –увёл взгляд алкогольный, не снижая тон. —Я хоть люблю Хонджуна и забочусь о нём! Ты лишь причинял ему боль! —Что?! –крикнул Сон. —Скажи это ещё раз! –толкнул того альфа с запахом виски. —Ладно… -усмехнулся Пак. —Я, люблю, Хонджуна. –медленно артикулировал каждое слово Сонхва, получив немедленно мощный удар в челюсть. —Мой должок со вчерашнего вечера. –имел ввиду свою разбитую губу он. —Ну что-же ты, монстр Сон, тебя ведь так называют, почему ты остановился лишь на одном ударе? –продолжал провоцировать его кедровый альфа, пока Минги сдерживал себя как мог. Ненависть к Паку росла с каждой секундой, равномерно и, с другой стороны. —Я просто понимаю, что ты важен для Хонджуна. Если бы не он, то ты давно был бы трупом. –выплюнул слова алкогольный. —Ты прав, я важен ему… -ухмыльнулся Пак. —Но, видимо не так как ты… -внезапно даже для себя сказал он. —Ты можешь по меньшей мере злится, когда я радом, это мне льстит. —Как я могу быть уверен, что ты не будешь приставать к нему? –всё ещё хмурясь спросил Сон. —Я просто хочу, чтобы Хонджун был счастлив. И если хоть один волосок упадёт с его милой головы, я тебя сразу отправлю в морг. Мне будет плевать даже на то, что у него твоя метка. Он станет моим, поэтому будь осторожен — не ложай. Как только Сонхва закончил, он просто прошёл мимо, задев плечом младшего, направляясь по следам Хонджуна, в сторону дома. Будучи буквально через несколько минут догнан Соном, он увидел краем глаза, как тот с интересом рассматривает деревья, что пахли как его любовь.