Мир пресечь

В кинотеатр Чонгука затащил Хосок. Он же настоял на том, чтобы они посмотрели «Тэтэ из острова дружбы». Рисованный мультфильм о человеке, который жил вместе с животными на неизвестном волшебном острове в центре безымянного океана – создатели не стали утруждать себя детальным изучением географии. С самого начала мультфильм захватил атмосферой непроходимых джунглей и пушистого леса. Здесь было всего понемногу: и свисающие со всех сторон лианы, и высокие разноцветные деревья, где жили самые разные птицы, и огромные кустарные растения с тяжелыми листьями. Животные, которые в настоящем мире ни в коем случае не смогли бы ужиться вместе, замечательно ладили в острове: медведи доставали мед крокодилам, а те, наевшись сладкого до отвала, перевозили через реку на скользких спинах ежиков от одного берега к другому. — Такое невозможно, — сказал Чонгук, закинув в рот попкорн. Хосок посмотрел на него как на идиота: — Это мультик, расслабься. Следующие двадцать минут зрители уже наблюдали за людьми, которые, допив алкоголь из деревянных бочек, начали собираться в путь. И когда деревянный корабль, отбиваясь от лап бушующего океана, несся в сторону острова, облаченные в коричневую кожу люди заранее пировали, воодушевившись мыслями о несметном богатстве и вечной жизни. Снова запестрили сцены жизни из острова. Обитатели делились по парам и наряжали друг друга цветами – это шла подготовка к местному празднику. Всем руководил павлин. Он вовсю гонял зверей – тех, что вызвались помочь – по округе, заставляя одних украшать покорными светлячками деревья, вторых – приготовить побольше медовой воды. Чонгук подумал, что сейчас-то на остров и нагрянут люди, испортят праздник, убьют зверей и мультфильм перестанет быть мультфильмом. В общем-то, впоследствии он не сильно ошибся. Но сцены из острова продолжались, показали хорошо нарисованные деревья – художники старались – огромный океан, с силой которого боролись золотоискатели и неожиданно на весь экран – человеческие крепкие ноги. — Это, типа, Маугли? — спросил Чонгук, еще не подозревая о том, что его ждет, ведь персонажа не показали полностью. Хосок пожал плечами: — Ну да. Только это... Тэтэ. Тем временем мускулистые смуглые ноги заскользили по ветке и остановились из-за резкого шума, какие можно услышать только в глубине настоящего леса. Человек присел, и зрители увидели его одеяние: белая накидка с золотыми цепями обвивала его руки, закрывала пах, спину и грудь. На бедрах у него были белые татуировки в виде египетских дробей. Чонгук узнал об этом позже, сейчас же он пригляделся и видел непонятные рисунки на смуглой золотистой коже и чувствовал такое захватывающее волнение вперемешку с желанием, что, скосив взгляд на жующего попкорн Хосока, закинул ногу на ногу и прочистил горло. Не хватало еще, чтобы у него встал на мультяшного героя. Приехали. Это же… ненормально, нет? Тем временем неизвестный герой стал ловко перепрыгивать с одного дерева на другое, не тревожа причудливые по форме листья и не раня ни собственных рук, ни ног. Показали крепкую шею, красиво очерченный подбородок. И наконец – саундтрек, идущий крещендо, в этот момент достиг кульминации – светлые волнистые волосы и лицо на фоне чистого голубого неба. Руки Чонгука, до сих пор мирно лежавшие на подлокотниках, скользнули вниз. Он был, мягко говоря, ошеломлен. Кто же рисует таких героев? Кто этот художник, создавший это лицо? Срисовал ли он с кого-то или его кто-то вдохновил? И если да, то кто? Есть ли он здесь, в этом мире, этот человек, который сейчас смотрел с огромного экрана кинотеатра на многочисленных зрителей выразительным осмысленным взглядом темно-карих живых глаз? Они смотрели так, словно обещали в ту же секунду освободить от всех печалей, обещали уютное тепло и свет, за которым Чонгук мог бы следовать всю жизнь. Когда он оторвался от глаз, он опустил взгляд на губы. А затем кто-то грубо дернул его за рукав худи. — Какого хрена, Чонгук? — разгоряченно шептал Хосок. — Ты чего, блядь, встал? Извините, прошу прощения, у меня друг – идиот... Чонгук! Он очнулся – выбросило в действительность – и опустился в кресло, все еще глядя на экран круглыми глазами. Растерявшийся Хосок высыпал немного попкорна на пол, чертыхнулся и уставился на него: — Ты в порядке? В туалет собирался? Чонгук следил за происходящим на экране неотрывно и подал голос только после того, как вместо Тэтэ показали людей на корабле. Те праздновали по-настоящему удачное прибытие на остров. — Я… нормально, — выдавил Чонгук, не глядя на Хосока. А на экране противно двигая грязными усами, люди точили ножи, заряжали ружья и нацепляли на себя несколько слоев одежды для защиты. Они были готовы убивать, а Чонгук их заранее ненавидел. И сразу за этим последовала сцена с монологом Тэтэ. Тот сказал, что любит остров всем своим сердцем и взял на себя роль защитника, поскольку верил, что ему суждено быть одному. Не зная о мире людей, о том, что где-то за океаном существовали такие же, как он – двуногие, он был готов даже пожертвовать собой ради защиты зверей. Эти слова Чонгуку не понравились. Сцены тем временем начали накладываться одна за другой все быстрее. Люди двинулись в глубину острова, а на поляне вовсю шел праздник парных. Тэтэ был здесь тоже. Сидя рядом с белыми медведями, он глядел на то, как танцуют звери и улыбался уголками губ, отчего его лицо принимало мечтательное выражение лица. Устремив взгляд вдаль, он думал о том, что где-то, может быть, есть кто-то для него, и он ищет его и мечтает о нем тоже. Но странным образом Вселенная забросила их в разные миры, оставляя каждого из них тосковать о нерастраченной нежности. Но Тэтэ не дали помечтать еще немного. Нахмурив брови, он вгляделся в глубину острова. Где-то там зашевелились кроны обычно спокойных деревьев и устремились в небо разбуженные птицы – те, что не пожелали прийти на вечер. Кто же это здесь? Чонгук вытер вспотевшие ладони об темные джинсы и с шумным вздохом откинулся на спинку кресла. Он начинал нервничать. Хосок метнул на него непонимающий взгляд, но Чонгук никак не отреагировал, полностью сосредотачиваясь на мультфильме. Тэтэ оставил животных, попросив самых сильных в случае чего защитить слабых, и запрыгнул на дерево, а следом на другое, пока не настиг места, откуда шел шум. Устроившись поудобнее на дереве, он мягким аккуратным движением опустил мешающуюся ветку и вгляделся вниз. В ту же секунду глаза его округлились и он, позабыв о том, что ему надо прятаться, скользнул вниз и уселся на ветке чуть ниже. Глаза его не обманывали: эти существа были такими же, как он. Они умели ходить на задних лапах, у них тоже было по пять пальцев на каждой руке и ноге, и они смешно двигали губами, издавая звуки, какие порой издавал Тэтэ. Боже мой! Откуда они тут взялись? Почему он их раньше не видел? И, если такие, как он существуют, значит ли это, что где-то есть кто-то для него? Чонгук мелко затряс ногой. Он соображал, к чему может прийти мультфильм и рисовал в голове разные сценарии того, как в итоге все может закончиться. Он, черт возьми, не хотел, чтобы с Тэтэ что-то случилось. Впервые за долгое время он так переживал за вымышленного героя. Тэтэ долго следил за золотоискателями и, набравшись смелости, спрыгнул вниз, оказавшись точно перед ними. Люди подпрыгнули на месте, а кто-то, испугавшись, пустил пулю в сторону. У Чонгука чуть не выпрыгнуло сердце. Тэтэ остановился перед людьми, а те, удивленные, подошли к нему ближе. Несколько мгновений они присматривались друг к другу, а затем один из них заговорил. К удивлению, Тэтэ ответил вполне себе человеческим языком. — Это невозможно, где бы он научился говорить? — спросил на этот раз Хосок. — Расслабься, это мультик, — небрежно бросил Чонгук. Несмотря на любопытство, поедающее его, и искреннее удивление, Тэтэ, однако, не пускал людей на остров. Он заявил, что «двуногие пришли с недобрыми намерениями», но люди парировали в ответ, что они – ученые и лишь хотят взять парочку растений для эксперимента. Тэтэ им снова не поверил. Он указал на их оружия, ножи и одежду и сказал, что если бы они пришли за растениями, не стали бы так одеваться. Но искатели настаивали, заверяли, подхалимничали и разом замолчали, когда подал голос их лидер и спросил Тэтэ о его друзьях. Он ответил, что дружит с добрейшими животными, и он никогда не даст их в обиду. Люди переглянулись, сообщили друг другу что-то, чего не смог понять Тэтэ и заговорили о мире за океаном, который заселяли такие же, как он. Они носили шляпки и золото, они читали книги и играли в покер. Их – людей – там было так много, что, наверняка, нашелся бы кто-то и для Тэтэ. Лицо Тэтэ помрачнело. Ему бы хотелось найти такого же, как он для компании, но он не хочет покидать остров. Что же ему делать? Люди поспешили его успокоить: он может поплыть вместе с ними и вернуться назад не один, но они не пустят его на корабль, если он в свою очередь не пустит их на остров. Желание найти свою пару оказалось сильнее разума, шепчущего об опасности, которую несли с собой эти двуногие. Тэтэ отступил, провел их в самое сердце острова, и вскоре они дошли до широкой зеленой поляны, где толпились радостные животные. Чонгук не понимал, чем же может это все закончиться. Уплывет ли с ними Тэтэ? Или же когда поймет, что не так, начнет отбиваться и защищать остров и его обитателей? Ему дали ответ: люди спросили Тэтэ, где находится самое старое дерево. Ничего не подозревая, Тэтэ проводил их до тысячелетнего дуба и с наивной гордостью сказал, что это дерево жило еще со времен, когда звезд на небе было куда больше, чем сейчас. Но люди проигнорировали его слова и принялись копать землю. Тэтэ это не понравилось, ведь там, на земле, были дома некоторых животных и поэтому он остановил их, призвав к помощи львов, которые, встав от него по бокам, обнажили клыки. А людям это надоело. Самый свирепый и вспыльчивый вытащил ружье, направил дуло в сторону одного из львов и выстрелил. Оглушающий звук разнесся по острову, заставляя животных разбежаться по сторонам. Тэтэ отшатнулся в ужасе от раненого льва и зарыдал, глядя, как угасает жизнь в глазах его друга, как вытекает из теплой крепкой плоти кровь капля за каплей. Другой лев, лишившийся пары, взревел от ярости и, зарычав, бросился на непрошенных гостей. Новый выстрел оглушил остров. Обоих львов не стало. Заплаканный Тэтэ в истерике бросился драться с людьми, но те быстро одолели его, завязали ноги и руки, заткнули рот и, смеясь, посадили под деревом. Тэтэ прижал подбородок к груди, не зная, что делать. — Это точно детский мультик? — поинтересовался у Чонгука Хосок, на несколько секунд возвращая его в настоящее. А у Тэтэ тем временем назрел план. Пока люди обсуждали, что они могут сделать из шерсти льва и как замечательно смотрелось бы чучело в гостиной, Тэтэ устремил взгляд к дереву, где, прячась в густой листве, сидели напуганные, но смелые белки. Кроме них, в их сторону – Тэтэ хорошо узнавал шаги – неслись тапиры и носороги вместе с зебрами и слонами. Они были за несколько километров, но их топот вдруг стал так отчетливо слышен, что люди засуетились. Один из них рванул к Тэтэ, грубо поднял его и приказал ему отогнать животных, на что Тэтэ несколько раз кивнул головой. Когда люди оказались окружены животными, они освободили Тэтэ и, тыча дулом пистолета в спину, диктовали то, что нужно было перевести и донести животным. Но сообразительный Тэтэ сделал иначе. Активно жестикулируя, словно показывая, что животным надо уйти, он объяснил им в двух-трех словах на нечеловеческом, что нужно сделать, чтобы спасти остров. — Действуйте сообща, — говорил он, — на несколько мгновений навострите уши, услышьте и слушайте друг друга, помогайте друг другу и тогда вы спасетесь. Сейчас я отвлеку их, а вы пустите самых юрких к их ногам, заставьте их чесаться, танцевать, отберите их ружья – без них они никто – и не пожалейте сил, когда решите ударить. Но не убивайте. Вы правы, они убили львов, но мы не можем отвечать им тем же. Завяжите им руки, глаза и ноги, лишите их зубов. Договорив это, Тэтэ для большей убедительности подарил людям улыбку и, повернувшись, бросил животным напоследок: — Я подам вам сигнал. Этим сигналом оказался его громкий возглас, боевой клич секунды спустя. Золотоискатели встрепенулись и не заметили, как заскользили по земле змеи, после чего в их штанины залезли мышки и хомячки. Жирафы стали бросаться тяжелыми плодами фруктов прямо на головы людей, а слоны затоптали оружия. И вместе они одолели людей. Друзья не оставили Тэтэ одного, и они вместе спасли их дом. Но, погодите, что там зашевелилось в кустах? А это же лидер этих двуногих существ. У него ружье и он ужасно разозлен. Шатаясь, он вышел из темноты, направил дуло пистолета в самое сердце Тэтэ и выстрелил. Чонгук снова вскочил. Люди за ним недовольно заныли. Хосок дернул его вниз: — Ты спокойно сидеть можешь, нет? — Да не, не может быть, — прошептал Чонгук, оседая, — не могут они его убить… Но, оказалось, могут. Тэтэ умер, отдав жизнь за свободу острова и его обитателей. Грустная музыка, сопровождающая сцену, подтверждала происходящее. Умирая, Тэтэ попросил животных не грустить, ведь здесь для него все равно никого не было и, видимо, ему выпала такая судьба. — Отстой, а не мультик, — заключил Хосок.

* * *

Чонгук никогда не думал, что один мультфильм может заставить его испытать такую палитру чувств и эмоций. Диалоги не выходили у него из головы, он плакал, вспоминая сцену, где Тэтэ приказывал животным объединиться и не мог без боли вспомнить момент, когда тот умер. Мультфильм в прокате провалился. Известные люди обрушились с критикой, заявляя, что для мультфильма конец мрачноват и детям такое показывать не стоит. Все меньше людей шли смотреть «Тэтэ из острова дружбы» и все больше фанатов по всему миру рисовали и писали ему такое будущее, где он не умирает, а находит среди прибывших своего человека и вместе они дерутся против жадных золотоискателей. И пока одни разбирали мультфильм на отдельные сцены, рисовали фан-арты, придумывали фанфики, где Тэтэ непременно счастлив, Чонгук медленно терял всякую связь с действительностью. Он сходил на мультфильм больше десяти раз, четыре раза оказавшись в зале один. И когда его начали узнавать в кинотеатре, он стал тратить лишний час, чтобы проехать в другой район и зайти в другой кинотеатр смотреть один и тот же мультфильм. С двадцатого раза он начал уходить с половины мультфильма, чтобы не видеть сцену смерти Тэтэ и все равно шел по улице, утирая слезы и ругая художников и сценаристов. Художников за то, что подарили миру Тэтэ, сценаристов – за то, что не дали ему жить. — На самом деле, согласись, это было тупо, — говорил Хосок, когда они выходили вместе на прогулку, — зачем надо было убивать такого клевого героя? Если бы они его оставили, могли бы сделать вторую часть, да и веселее было бы… Чонгук молчал. Чонгук не находил себе места. Чонгук влюбился. Влюбился в нарисованного несуществующего персонажа. Он мог бы сказать, что теперь, наконец, понял свою сестренку, которая облизывала экраны телефонов, откуда на нее глядели рисованные мужчины, но его зависимость была куда сильнее обычной фанатской любви. Да, на экране блокировки в телефоне он поставил фан-арт с Тэтэ, на рабочем столе – светловолосого Тэтэ на фоне голубого неба, между страницами редких книг – собственноручно распечатанные и аккуратно вырезанные карточки с Тэтэ. Но он пошел дальше и начал жить иллюзиями, останавливаясь под деревьями в надежде заметить там белое одеяние, золотые цепи или белые татуировки на смуглой коже. После уже неизвестно какого просмотра, Чонгук нашел некоторых создателей мультфильма. Отыскав профиль художника, придумавшего образ Тэтэ, в одной из социальных сетей он написал ему огромное сообщение, где просил рассказать, как он придумал его и кем вдохновлялся. К его удивлению и счастью, ответ не заставил его ждать: художник сообщил, что никем не вдохновлялся, что («забавно, что вы спросили меня об этом!») Тэтэ ему приснился, и он никогда не встречал хотя бы похожих на него. Вот именно. Чонгук иногда всматривался в лица прохожих парней и не видел даже близко похожих. Это сумасшествие становилось болезнью. Когда он купил очередной билет на «Тэтэ из острова дружбы», он подумал, что, наверное, только он ходит на этот мультфильм и его деньгами покроется потраченный на мультфильм бюджет. В ту секунду, когда Тэтэ праздновал победу вместе с животными, Чонгук встал. Ему хотелось думать, что это и есть конец мультфильма: счастливый Тэтэ в окружении лучших друзей. Он зашагал в сторону выхода. И остановился. Внезапно все те выученные звуки прекратились, и Чонгук услышал чей-то тихий голос. Этого точно гарантированно не было в мультфильме. Он обернулся и… прирос к полу. На него глядел Тэтэ. Все такой же нарисованный он робко шагал по сцене перед замерзшим экраном кинотеатра и, не отрываясь, смотрел на него. От него исходило странное свечение, как от миниатюрного солнца, из-за чего Чонгуку приходилось жмуриться. Наверное, это понравилось Тэтэ. Он улыбнулся ему квадратной улыбкой и, подойдя к краю сцены, уселся на пол. У Чонгука спутались мысли, ноги подкосились, а руки ощутимо задрожали. — Ты всегда уходишь, — обиженно произнес Тэтэ. Чонгук несколько раз открыл и закрыл глаза, поглядел по сторонам. — Я… — начал он, запнулся и, смирившись с тем, что он совершенно, абсолютно точно рехнулся, продолжил: — Я не хочу смотреть, как ты умираешь. Тэтэ поджал губы, качая ногами совсем как ребенок. — Тогда… — Он подправил полы белого одеяния и протянул к нему руки. — Спаси меня. Чонгук раскрыл рот и, проглотив идиотскую шутку, выдохнул: — Как же я это сделаю? Тэтэ заглянул в его глаза: — Пойдем со мной. — Куда? — Чонгук сделал несколько неуверенных шагов. — Ту… Туда? — В мой остров, — подтвердил Тэтэ. — А как же… этот… — Чонгук остановился, пытаясь подобрать нужное слово, — этот… мир? Тэтэ все так же тянул к нему руки: — А тебе здесь нравится? Нет. Ему никогда здесь не нравилось. Его выбросило в этот мир по ошибке. Он знал это еще с детства; он чувствовал это на каждом шагу. Он хочет к Тэтэ, в его удивительный остров; к животным, питающихся фруктами, а не друг другом; он хочет по праздникам украшать цветами блондинистые волосы Тэтэ; он хочет покрывать поцелуями его ноги и белые татуировки на сладкой смуглой коже. А, может быть, она вовсе не сладкая, а солоноватая на вкус? Он хочет это узнать. Он не хочет, чтобы Тэтэ чувствовал себя одиноким, ведь Чонгук не понаслышке знает, что это за дурацкое чувство. — Хорошо, — произнес Чонгук. Он замешкался на несколько секунд, а затем поднялся на сцену и подошел к Тэтэ. Тот встал, все так же протягивая к нему руки. Чонгук коснулся его ладоней, и тепло со светом обхватили его со всех сторон, тело его вдруг втянуло куда-то, словно он стал жидкостью, которая бежала по трубам канализаций... И мгновенье! Он забыл, что такое канализация, цивилизация, социальные сети, кинотеатр и прочее. Мир его закружил вокруг Тэтэ и острова. Их острова. Сознание его обновилось, и он больше не помнил прежней жизни, а прежняя жизнь не помнила его. Оказавшись в окружении уже знакомых ему животных, Чонгук осмотрел свои мускулистые руки, покрытые черными татуировками, и черное одеяние, схваченное золотыми цепями по бокам. — Тэтэ, — произнес он твердым голосом. Тот поднял на него взгляд, но вдруг подпрыгнул на месте и крикнул, оттаскивая его в сторону: — Осторожно, Гуки! Гуки услышал шаги и, действуя так, словно делал это миллионы раз, ловким движением схватил тяжелый камень и запустил его в голову человека-лидера с ружьем. Выстрела не случилось.

* * *

Хосок и Юнги вышли из кинотеатра такие радостные, какими не были уже давно. — Это просто потрясающий мультик, скажи! — вопил Хосок, прыгая вокруг Юнги. — А когда появился Гуки, это было так круто! Он такой хоба, и влепил тому по роже камнем! А еще этот Тэтэ! Такой красивый персонаж! И музыка! Офигенно! — Соглашусь, — сдержанно сказал Юнги и, широко улыбнувшись, спросил: — Сходим еще раз? — Да, давай! Возьмем еще с собой Тэхена и его парня! — Его парня? — Да, — кивнул Хосок. — На той неделе Тэхен познакомился с каким-то Чонгуком в кафе и заявил, что этот парень – его судьба. — Смелое заявление, — хохотнул Юнги. — Ага, но я рад, что он наконец-то себе кого-то нашел, а то все уши прожужжал о том, какой он одинокий… — Видимо, наконец-то во Вселенной случились какие-то подвижки, — задумчиво произнес Юнги.