Всему есть конец.

      Новый день — новые приключения, подумают читатели, но нет. Все монстрики тихо сопели в кроватках. Они так глубоко провалились в сонное царство, что пробудить их будет сложно, наверное... Вдруг в коридоре раздается резкий звон. — Дети, пора вставать! Утро уже наступило! — приятный голос воспитателя еле-еле доходил до ушей из-за звона маленького колокольчика. Множество монстриков сразу встало, что можно было определить по гулу разговоров из других комнат. Чернильный уже не спит. Его глаза, переливаясь цветами и то и дело меняя форму, разглядывали комнату. Встав и потянувшись, он сладко зевнул. Вспоминая вчерашний прекрасный день, белоснежные косточки зашагали кругами по комнате в ожидании пробуждения его напарника. Заставлять долго себя он не стал и через пару минут тут же разомкнул очи, вставая и потягиваясь. — Доброе Утро, Ошибка! — звучит грубо, но темнокостнный привык. — Доброе, чудик. — Как спалось? Что-то приснилось? — заинтересованно глядя на скелетика, Чернильный замер в ожидании ответа, будто от этого зависила его жизнь. — Нормально и нет... Снова ничего не приснилось. Я уже вырос из сказок. — Говорит тот, кто слушает их перед тем, как уснуть. — обиженно произнес скелетик. — тем более, мы ровесники! — Во-первых, я не это имел ввиду под словом "сказка". А во-вторых, мы не можем этого знать. Я могу быть и старше тебя. — явно разозлившись из-за того, что его мозг выносят с самого утра, Ошибка понизил тон. Чернилку это еше сильнее обидело, по этому он вышел из комнаты, актерски хлопнув большой дверью. Такие ссоры и разногласия у них часто, беспокоиться не о чем. Темнокостнный глубоко вздохнул, вставая с кровати. Снова придется петь ему на ушко (анигиляторная пушка) сотни извинений. В принципе без этого утро в последнее время не обходилось. Потерев глазницы, Ошибка пошел на ощупь искать дверь. Открывая ее, он видит типичную размытую картину. Множество детей уже встали и направлались в столовую завтракать. Еле как по памяти темнокостнный нашел свой тихий уголок. Ему было сложно ориентироваться с близорукостью. Какое было разочарование, когда в деревушке не было таких же одаренных как и он, ведь тогда деревне, легко говоря, париться надо было меньше. Тем не менее не все верили в то, что Ошибка проживет и больше года. Но вот, по словам Чернильного, ему уже семь лет. В деревушке была одна школа и то нужен был платеж, по этому дети приюта учились в приюте. (Логично) Читать и писать их учат в первую очередь после лет так шести. Темнокостнный скелетик не был награжден даром читать и писать, зрение подводило и как бы он не щурился - все равно не разглядит и строки. По этому его напарник был единственным путем в сказки, что все-равно нравились ему своей атмосферой. Там говорилась лишь чушь о добре и позитиве, но мораль все равно присутствовала. Эх, только сейчас напарника нет рядом, а Ошибка уже соскучился по лепету этого чудика. Вдруг рядом раздается тихий стук. Чудик вернулся! Он выглядел до сих пор обиженно, но общаться с другими ему не хотелось, ведь сразу затронут тему темнокостнного друга. Что-то на подобии - "Да как ты сним дружишь? Он ворчун, что свет не видал! Настоящий монстр!". Но он всегда либо уходил в компании этого "настоящего монстра", либо разводил руками и невинно проговаривал лишь одну фразу - "Не знаю". Не смотря на Ошибку, к Чернильному относились очень даже положительно, да и настолько, что они сомневаются в выборе друга этого невинного чудика. — Прости. — сразу же промолвил виновник ссор. Скелетик удивленно зыркнул на него. — Ох, не стоит, приятель! Я тоже от части виноват. - поделив вину, он похлопал темнокостнного по плечу. — Хей, Чернила! — до сих пор непривычно от этого имени. Парочку монстриков подошли к скелетам. Нет, они не были хулиганами, не все так банально. — Пойдем с нами сегодня? Мы хотели пойти к озеру Белого золота! — дети выглядели так наивно, упрашивая о невозможном. — Э.. Нет, простите, в следующий раз! — виновато улыбаясь, словно это его ошибка, он развел руки. — Ты уже какой раз это говоришь! — сказала чуть ли не синхроно кучка. — Идите сначала хоть белку поймайте, чем бесполезно разгуливать по окрестностям. — словно взрослый пробубнил темнокостнный. У кучки в мыслях мимолетно пролетело "зануда", после чего, приняв поражение, они всё-таки ушли. Это не первый раз, когда Ошибка вмешивался в разговор, и находил слова показать всю глупость того или инного похода. Его до безумия злили попытки других переманить Чернильного. Даже не побоюсь этого слова, но Ворчун присвоил себе это чудо. Точнее он хотел присвоить его себе как драгоценную вещь. Скорее всего такие желания что-то присвоить из-за того, что внимания и любви с заботой таковой не было, да и сам он уже понял, почему его назвали ошибкой. Его позитивное мышление было сломано еще год назад, когда из разговоров небольшой компании взрослых он узнал все мнение о себе. На вряд ли он забудет это к тридцати годам. — Я слышал о том, что сегодня странные существа пытались пробить оборону нашей деревни. У них к счастью не получилось этого сделать.. — пробубнил Чернильный с набитым ртом. — Странные существа? — Да, они не были похожи на монстров по словам рыцарей. Говорили, что похожи были на людей. — Людей!? Им крышу на службе снесло? Это лишь миф! Тем более откуда нам знать как они выглядили по настоящему? — возмутился темнокостнный. Люди и вправду были лишь мифом и давними легендами, но лишь по истории их деревушки. — Но вдруг они все-таки есть? И война из легенд повториться? — Не бери этот бред к себе в голову! Они хотят нас напугать, чтобы деревня из-за обороны платила больше, хотя это будут обыкновенные налоги, только еще и с процентами до небес. — Ошибка всем своим видом не хотел продолжать эту тему, по этому чернильный утих.

***

Остаток дня прошел в тишине. Чернильный даже уже не хотел рассказывать истории. Они сидели у того самого ручья. Время близилось к вечеру. — Ошибка, можно вопрос? — вдруг белоснежный скелет открыл рот. — Не обязательно спрашивать разрешения на это. — Пробубнил темнокостнный не отрывая взгляда от кристально чистой воды. — Ладно. У меня давно была одна идея.. Что ты думаешь насчет прозвищ? — В каком смысле? — вопросительно он перевел взгляд на чудика. — Ну, смотри... Наши имена не так уж и хороши и для удобства можно придумать друг другу прозвища! — Это глупо. — Это весело! Ну, Ошибка! — снова надулся скелетик. — Зачем и с каким смыслом? — лицо темнокостнного было серьезнее рыцаря на патруле. — Можно ведь придумать забавные прозвища! И.. И.. Угх... Да ну тебя! — Чернильный уже и забыл что он хотел сказать ввиде аргумента. — Угх, ладно, допустим, придумаем себе прозвища и что с того? — Ну, это будет весело же! Почему ты вечно такой серьезный? — Нету смысла веселиться, когда моя жизнь сплошные руины. — Ну.. — скелетик задумался. Он пытался найти неплохую причину. — Ох, я знаю! Я твоя причина для радости! — подскосив к приятелю начал от радости чуть ли не прыгать. — Ну, не совсем это я имел ввиду.. То есть, ну... Порадуйся и побудь дурачком хотя бы ради меня, если мы и вправду друзья. — чернильный снова виновно улыбнулся, придавая себе образ невинного дитя. — Угх, уговорил, дурачек. — н-да, эти глазки купили не одного монстра. — Ура! — восторженно вскрикнув, он накинулся на темнокостнного с объятьями, чуть ли не скинув того с камня. — И какие у тебя есть идеи насчет прозвища? — пробубнил в макушку скелетика Ошибка. — Хм, я думаю я могу придумать тебе прозвище...— отлепившись, Чернила задумался. — Ру-ру! — Кого? — нахмурившись переспросил скелет. — Ру-ру! Потому что ты мурчишь когда спишь! — Ошибку смутил такой факт о себе. — Было бы странно дать прозвище "кот" или же "мур-мур".. По этому и Ру-ру! Повисла неловкая тишина. Темнокостнный пытался переварить информацию о себе и думал как можно было бы избежать того, чтоб чернильный снова не застал такую картину. — Ты чего? Тебе не нравится прозвище? — обиженно произнёс скелетик. — Оу, у тебя щеки голубые.. У тебя точно все хорошо? — Голубые? — глухо произнес он и дотронулся до них. Темнокостнный только что обнаружил, что сейчас просто сгорает от стыда. Он почувствовал как его лицо медленно нагревалось с каждой секундой еще сильнее. — А-аргх! — он попытался спрятать лицо. Так неприятно жжет, словно он поднес лицо к костру. — Если тебе не нравится прозвище, то я могу придумать другое.. — Не надо, мне это нравится! — глухо донеслось с уст Ошибки. Он пытался скрыть лицо, обнимая и прижимая к себе колени. Он явно не желал услышать еще один смушающий факт из-за которого Чернильный придумает прозвище. — Правда? — Да!.. — Но тогда... Что с твоим лицом? — белоснежный еще сильнее смущал своим пристальным взглядом. — Ничего серьезного, все нормально.. — более спокойно донеслось из колен. — То-о-очно? — продолжая пялиться в наглую, чуть ли не пропел Чернильный. — Кхм, да точно.. - поудобнее сев на камень, он перестал обнимать свои колени. Довольно быстро ему удалось успокоить эмоции. Сейчас у него было совершенно спокойное лицо. — Отлично! Теперь твоя очередь! — Очередь.. В смысле? — снова нахмурившись спросил. — Ну придумывать прозвище мне. — сев у камня и пристально смотря на Ошибку. — Хм, как насчет певец? — ярко улыбнувшись, темнокостнный что-то задумал. — В-в смысле? — яркие краски пропали, из-за чего глазницы опустели. — Ох, ну у того самого озерца, что недавно тебя приглашали, помню такую картину... - Ошибка так заманчиво с интересом тянул каждое слово. — Нет! Молчи! — во всю нехотя узнавать не только о том, что ошибка знает об этом, так еще и подглядывал. — Как ты пел, плескаясь в озере, словно лебедь. — сквозь крики проговорил темнокостнный. Это не было похоже на комплимент, а скорее ядовитый факт. Чернильный успокоился и сам начал гореть от стыда. Он сел на свой камень и отвернулся от друга. — Хах, да ладно тебе! Я просто пошутить хотел.— по-детски аргументируя поступок, Ошибка пытался не засмеяться. Чернила что-то пробубнил себе под нос. Вдруг, раздается мелодия, глухо доносящаеся с кустов. Оба скелета повернулись к ним с неподдельным интересом. — С каких пор у нас музыканты в деревушке? — нахмурившись, темнокостнный скелетик во всю отбрасывал мысли о том, что это не вражеская "мелодия". — Посмотрим, Ру-ру?~ — Пропев прозвище, чернила ядовито улыбнулся, пристально глядя на друга. — Ух, пошли, певец, черт возьми. — кажется это прозвище он будет ненавидеть еще сильнее чем свое имя. Скелетики направились в деревню. Загадочная мелодия становилась громче. Выходя из-за кустов открылся вид на главную улицу в деревушке. На ее середине, с Арфой в руках, стоял неизвестный Бард. Скелетоподобные монстрики сразу подумали, что он один из бродячих бардов, что путешествуют в города за горсткой серебра на свое пропитание. — Вау, впервые вижу здесь хотя бы одного бродячего барда. — тихо восторгаясь барду на улице, чернильный впился в него взглядом. — Он какой-то странный. Почему он во всем белом? Еще и.. Капюшон?.. — Ошибка никогда не видел, что бы барды одевались в такие яркие одеяния. Но кто сказал, что книжки не обманывают нас даже внешностью сословий? Этот бард мог себе позволить белоснежную ткань, что на солнце словно светилась. На его шее был более тусклый красный шарф. Его длинный плащ с капюшоном был чуть ли не до земли. А разглядеть, что была за одежда под плащем - было труднее, по этому детские разумы на этом не зациклились. Вдруг, взгляд из под капюшона направился в сторону этих двух. Его "кожа" была белоснежна, а глаз словно светился в тени ткани. Оба скелетика ахнули, испугавшись этого взгляда, но бард продолжил игру на золотистой деревянной арфе. После игры многие ему похлопали и кинули в небольшую сумку, что принес бард, пару серебрянных, кто-то даже парочку золотых. Белоснежный Бард сразу же обратил внимание на скелетиков, проверяя до сих пор ли они там. Они были там. Один из них восхищенно смотрел на него, а другой с мимолетным подозрением. Вытянув руку в их сторону он позвал из жестом, надеясь, что те не испугаются. Чернильный не испугался и побежал к барда, не смотря на приглушенный крик Ошибки. — Привет, приятель, - ласково прозвучало из уст барда. — как дела? — В-вы бродячий бард, с другой территории!? — восхищаясь и одновременно утопая в приятном голосе, чернильный пытался сдержать себя в руках и не начать пилить глупость. - Ох, хахах, да, малой. — коснувшись кончика носовой кости скелетика, белоснежный бард ярко улыбнулся. Сейчас его лицо можно было немного развидеть. Белоснежное око, странный нос, яркая улыбка и другой глаз, что был, по непонятным причинам, закрыт тканью. — Вау, здесь никогда не было путешественников! — восхищаясь еще сильнее, чернила не заметил темнокостнного, что стоял уже за его спиной. — Странно.. Вы единственные скелеты в этой.. Деревушке? — Да! — восторженно вскрикнул чернила. — Оу.. — его лицо замерло в удивлении, — Ладно. — после он ярко улыбнулся, словно узнал очень радостную новость. — А что? Это плохо? — Чернильный заметил то, как лицо барда содрогнулось в удивлении. — Ох, нет, нет. Как вас зовут, ребетье? — переводя тему, белоснежка обратил внимание и на темнокостнного скелета. — Я Чернила, а это Ошибка! — скелетик указал пальцем на друга. — Я.. Гено, приятно познакомиться. — словно скрывая что то, белоснежный бард протянул руку для рукопожатия. Его руки были перевязаны тканью. — Приятно познакомиться, мистер Гено! — ответив на рукопожатие, скелетик улыбнулся еще ярче, пытаясь не запищать от радости, что теперь он знаком с одним из бродячих бардов. — Ох, малой, просто Гено. Мне еще и тридцати не стукнуло, чтоб я был мистером, хах! — вдруг, белоснежка снова обращает внимание на второго малыша. Он тихо стоял и недоверчиво смотрел в его белоснежное око. — Хей, ты Ошибка, так ведь? — Ну.. Да.. — вдруг, в глазах пронеслась небольшая паника. Ошибка никогда не умел разговаривать серьезно с теми, кто старше его как минимум на десять лет. Он привык видеть ребятчество своего возроста перед глазами, ведь их можно легко прочитать, словно книгу, узнать характер, поступки от того или инного действия. Сейчас перед ним стоял бард, лет так двадцати шести и совсем с непонятными намерениями. — Ты.. Щуришся? — белоснежный бард заметил, как скелет пытался вглядеться в тень под тканью, пытался увидеть выражение лица того. — Не- — Да, он не видит вдали, да и в близи не лучше. — перебив Ошибку, чернильный рассказал известный "секрет" на всю деревню. — Оу, сожалею, я сам плохо вижу. — невинно улыбнувшись, белоснежка усмехнулась. — Ой, стой! — вдруг что-то зажглось в его разуме и он подскочил к своей маленькой сумке. Шарясь в боковом, большом кармане он старательно пытался что то найти, среди множество вещей. — Ох, вот они! — радостно вскрикнув, он встает и на лучи солнца попадается интересный предмет. — Ну-ка.. — старательно что-то одевая на носовую кость скелета и поправляя, он отходит. — А тебе идет! Ошибка посмотрел на свой нос. На нем были самые обычные старые очки. Из-за маленького размера в них было сложно что разглядеть, но и сам скелетик был малого размера, по этому они ему были как раз. Он поднял взгляд на барда. Не смотря на очки, мир все равно был немного размыт, но намного лучше чем быть практически слепым. — Ну и как тебе!? — вдруг прямо перед лицом темнокостнного появился Чернильный. — Ты.. Видишь меня? — наклонив голову в бок он пристально смотрел в этот мутный от стекл взгляд. — Твои глаза... — заворожено посмотрев прямо в эти краски, он затаил дыхание. По словам Ошибки, он иногда не видел всех черт лица его друга. Сейчас он видит краски, что как бешеные переливались цветами и меняли форму. — Вау.. — касаясь щеки, словно кот, боясь задеть края глазниц, он продолжал просто молчать. Его взгляд говорил сам за себя. Белоснежка-бард смотрел на эту картину с неподдельным счастьем. — Если хочешь, можешь оставить их себе, они мне не к чему. Я все равно не нахожу времени читать книги. — прервав тишину, Бард пытался влиться в их "диалог" глаз. — Оставишь, Ру-ру? — А. — вдруг его слух пронзило гадкое прозвище. — Да, кхм. — нахмурившись за секунду, он оторвал взгляд от красок в глазах, пытаясь снова в них не смотреть. Чернильный посмеялся увидев реакцию Ошибки. — Мм, могу ли я где-то тут у вас переночевать? — спросил бард, выражая всю неловкость ситуации. — Как насчет нашего приюта? — резко развернувшись к белоснежке-барду, поинтересовался "певец". — Оу, разве так можно..? — Не думаю, что Мисс Ториэль будет против! — ярко улыбнувшись, он вспомнил свою временую мачеху. По словам чернил - она - то, о чем можно только мечтать. — Даже не знаю..- — Хорошо, пойдем-те! — схватив барда за руку, он потащил его в приют. Белоснежка-бард еле-как смог ухватить свою сумку, а темнокостнный, закатив глаза, пошел за этими двумя.

***

— Мисс Ториэль, Миссис Ториэль! — раздалось с выхода из приюта. Монстриха сразу подскочила к скелетику. — Что-то случилось, дорогой? — ласковый и приятный голос начал греть душу с самого прохода. — Мисс Ториэль, можно мистер Гено у нас переночует? — тянув за руку огромного мистера, он умоляющи посмотрел на козу. — Мистера Гено? Ох, это же тот самый музыкант с главной улицы! — Ториэль сразу изменилась в лице. Ее яркая, заботливая улыбка растянулась, чуть ли не до свисающих ушей. Но вдруг ее лицо изменилось в удивлении, когда она попыталась вглядеться в лицо незнакомца. Гено моментально закрыл его капюшоном, испугавшись внимательности старого воспитателя. — Это значит можно? — прервав эту неловкость, поинтересовался Чернила. — Думаю, можно.. — удивленно, она смотрела то на скелетиков, то на незнакомого барда. — Ура, пойдемте, мистер Гено! Вы будете спать. в нашей комнате! — потянув за рукав взрослого, он утащил его на второй этаж. Ошибка поплелся за ними.

***

— Это наша комната! — громко провозгласив, скелетик указал на кровать, что стояла рядом с их кроватями. — Будете спать тут! — Ох, спасибо, Чернила..— удивившись такой доброте, он почесал свою шею. — Скоро будет ужин, вы пойдете с нами? — Нет, спасибо, Чернила.

***

Ужин прошел так же громко, пока Гено сидел в комнатке и пытался прочитать текст в книжке сказок. — Как дела, мистер Гено? — с криком вошли белоснежные косточки. — Нормально, малой. — ласково и тихо произнес бард, закрывая книжку и положив на кровать. — Гено, а можно вопрос!? — громко, словно граммофон, сел на кровать белоснежный. — Конечно, малой. — Вы же путешествовали, да? Можете рассказать историю из прошлого!? — А какую ты хочешь услышать? — Одну из самых при-самых интересных, что запомнилась вам на всю жизнь! — Хах, хорошо.. — присев поудобнее, в сторону детей, он глубоко вздохнул. Ошибка присел на кровать и снял очки, ожидая рассказа. — Давным-давно...