Let me in /Впусти меня

      — Вики, не лети к Нему, — Дино взволнованно гладил мое запястье, — сама посуди, с чего вдруг ему тебе верить. Он, — парень явно избегал произносить имя нового антихриста нашего времени, — видит тебя насквозь. Между вами связь. Твои намерения для него ясны как день. Чтобы Вики Уокер и не пошла добровольно на плаху ради всеобщего спасения?       — в последних словах явственно слышалась горечь.       — Но Совет… — я и сама понимала, что Дино прав, — мама…       — Ребекка готова пожертвовать собственной дочерью, — печально констатировал ангел, — но она не дура. Ты всего лишь приманка, отвлекающий маневр. Мы даже не знаем, что камень преткновения, который тебе вручили, подлинный.       — Что ты такое говоришь! — конечно, я не питала излишних иллюзий по поводу матери, но это было чересчур даже для нее.       — Тебе не кажется, что я просто единственный оставшийся, кто о тебе искренне заботится?       Голубые глаза Дино говорили правду, и я порывисто обняла ангела, на несколько мгновений задержавшись у его теплой груди.       — Вики… — парень не желал меня отпускать, но я не могла, просто не могла ответить на его страсть, даже понимая, что эта ночь может стать для нас последней.       — Вики, откажись, пока не поздно! — уходя, взмолился Дино и медленно, мучительно медленно — словно надеясь, что я передумаю, закрыл дверь.       Тишина и непроглядная темнота опустились на меня удушающим коконом. Выпроводив парня, я осталась наедине с собой.       Взобралась на шаткую скрипучую кровать и подтянула колени к животу. Холодно. Тонкое шерстяное одеяло не грело. Только когда я обняла себя подрагивающими крыльями, стало чуть легче.       Мальбонте сломал все, чего смог коснуться — даже наши почти безоблачные отношения с Дино. Почти — потому что я все еще оставалась Непризнанной. Недавний властный поцелуй в полусне-полуяви будто стер все, что было до него — неловкие объятия с Энди на крыше, когда я только появилась в школе, страстные ночи с Дино месяцами позже. Мальбонте стер все и отпечатал на сердце себя.       И не сказать, что я не понимала, кто он. Я уже не маленькая наивная девочка, и нынешнюю Вики Уокер не купить слезливыми историями о несчастном детстве и несправедливости. Одна героиня из фильма, оставленного в земной жизни, тоже хотела сломать колесо. Но лишь затем, чтобы построить свое.       И Мальбонте едва ли чем от нее отличался.       Мир не построить на костях.       И да, я уже не маленькая девочка, но и не умудренная бессмертием, чтобы переманить куда более древнее существо на свою сторону. Шепфа, похоже, верит, что я смогу достучаться до светлой стороны Мальбонте, но двое суток в подвешенном виде, как туша теленка на крюке, когда в лихорадке я едва не сгорела, подточили мою уверенность. Он говорил правду, Маль уже не Бонт. Бонта не существует и никогда не существовало в отдельности.       А я… похоже, я купилась на иллюзию сходства — во внешнем облике, в голосе, даже в интонациях, поэтому и ответила на тот злосчастный поцелуй.       Неосознанно приложила пальцы к губам, желая ощутить хотя бы отголосок прикосновения Маля. Хоть малую толику, на которую все мое существо откликалось ураганом эмоций.       Вики, какая же ты дура.       Дино не заслуживает таких слабохарактерных метаний с моей стороны, он достоин верности. Он и без того поражен предательством и гибелью отца. Не подает вида, но такие раны не исцелить одним днем. Теперь же я могу нанести ему новую. Не хочу, всем сердцем не хочу, но и быть с ним… уже нечестно. Неправильно, потому что беловолосый ангел, родной, надежный и милый Дино стал как Энди, как Мими. Как друг или брат. И я не смогу притворяться.       Конечно, благодаря дару змея мои помыслы сокрыты даже от телепатических способностей ангела, но я сама не смогу. И не хочу.       Так Мальбонте разрушил мою жизнь уже дважды.       Может, когда мы одержим победу, его отравляющий морок спадет, и все вернется на круги своя? Все, что еще может вернуться?       Потому что надеяться пробиться сквозь броню Маля к Бонту слишком наивно. Бесконечно желанно, но от того не менее глупо. Тем более Бонта уже нет.       А если Дино прав, и меня отправляют как жертвенную овцу на заклание? Если у меня нет ни единого шанса переиграть Мальбонте?       Каким-то чудом я провалилась в мутный, тягостный сон — или это снова видение?       Огромная фигура Маля почти закрывала собой оконный проем, чувственные губы насмешливо улыбались, будто говоря — кто кого. Руки, сложенные на груди, бугрились мышцами… и вот уже прижимают меня к матрасу.       Однозначно видение, никто не может двигаться с такой скоростью, но если в таком сне умереть, умрешь и в реальности. Я отчего-то знала совершенно точно.       — Глупенькая Вики, ты так и не определилась с выбором?       Выбором стороны, с трудом поняла я, потому что Маль прошелся дыханием по моей шее и коснулся ключицы языком.       — Перестань. Пожалуйста.       Я забилась под тяжелым телом Мальбонте, надеясь стряхнуть с себя путы неподобающих — и постыдных — ощущений.       — Вики? Вики, очнись же!       Надо мной возвышался Лой, с исчезающими чешуйками на смуглой коже — значит, еще пару секунд назад он был Фыром. Влетел в окно, конечно же, а Мальбонте даже не пришлось насылать видения — мое подсознание все сделало само.       — Лой…       — Прости, Вики, я тебя испугал. Просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке. И знай, я тебя прикрою, — парень смущенно тараторил, и я уже поняла, что это он в облике дракона проявлял свою тайную нежность. Возможно, тоже понимал, что эта ночь может стать последней. Я не держала на него зла. Пожалуй, даже чувствовала некоторую вину за то, что невольно приручила.       Между тем небо светлело, и я решительно поднялась, чтобы умыться и привести себя в порядок. Да, собиралась несколько более тщательно, чем всегда, но оправдывала себя желанием умереть красивой. Если на то будет желание Шепфа.