Увлекательный вечер сильнейших заклинателей

«Эх, Лань Чжань так много делает для меня, а я ему взамен, можно сказать, ничего. Нужно будет что-то придумать». Вэй Ин давно размышлял об этом, ведь супруг его обеспечивает абсолютно всем, а он целыми днями спит и бездельничает в Гусу. А если они выходят в город, то Вэй Усянь тратит все деньги на еду и вино. Деньги Лань Чжаня. Безусловно, он знал, что Ванцзы это делает из-за любви и никогда даже не задумывался о том, что Усянь ему что-то должен. Но чувство какого-то долга гложило изнутри. Ради него Лань Ванцзы слишком много отдал, от многого отрёкся. Каждый раз, когда у них заходила эта тема, Лань Чжань строго смотрел на супруга и говорил выбросить эти нелепые мысли из головы, предупреждая, что такие слова не приведут ни к чему хорошему. — Лань Чжань, единственное, что я могу тебе предложить — свое тело. Можешь отыметь меня до потери сознания… Нет, что-то не то, — размышлял Вэй Ин, ходя по кругу в их цзинши, — необходимо нечто новое. Хм, что же может ещё больше удовлетворить благовоспитанного Хангуан-Цзюня? Как только ему на ум пришла идея, Усянь резко остановился, схватил подбородок рукой и начал стучать пальцем по щеке, как бы прикидывая, стоит ли это воплощать в жизнь. «Если подумать, то это не такой уж и плохой вариант. Однажды он связал мои руки своей налобной лентой, поэтому уверен, предположив, что он хотел бы меня вновь связать, не ошибусь. Это же Лань Чжань, у него и не такое может быть в голове, от моего мужа можно ожидать чего угодно. Осталось тогда купить верёвку и найти приличное место для таких экспериментов. Как удачно, что он всегда оставляет деньги в цзинши для меня на всякий случай. Эх, опять его сбережения буду тратить. Но ничего, Лань Чжань, скоро я верну тебе долг с лихвой». По итогу Вэй Ин купил плетёную льняную верёвку, решив, что её свойства эластичности и прочности очень пригодятся. К тому же ему понравилось, что с неё не так сыплется ворс — верёвка сразу приглянулась. На глаз измерил, сколько примерно понадобится, и взял длину в четрыре-пять полных размаха своих рук. Выбирая себе то, чем его в скором времени свяжут, Вэй Ин ощущал волнительное предвкушение и даже возбуждение. Представляя себя связанным Лань Чжанем, почувствовал нарастающее напряжение в нижней части тела, словно процесс уже начался. «Ох, Лань Чжань, даже просто вспоминая твой взгляд, говорящий, как ты хочешь меня взять в эту же секунду, я готов кончить на месте. Что же ты со мной творишь?» — Вэй Ин уже давно признал своё поражение на этот счёт. Усянь шёл и думал о предстоящем интересном вечере, особую изюминку которому придавала верёвка в тканевом мешке. С выбором места дела обстояли проще: оно уже было. Жители Облачных Глубин не раз жаловались на странные звуки по ночам, из-за которых каждому выдавались затычки в уши. После таких ночек дядя приглашал Лань Ванцзы на воспитательные беседы, наивно предполагая, что его племянник расскаивается и сожалеет, но спокойный взгляд Второго Нефрита выводил из себя Лань Циженя ещё больше. Собственно поэтому у Лань Чжаня и Вэй Ина недалеко от Гусу был построен их скромный личный домик, находящийся в лесу подальше от людей, так что когда они неожиданно пропадали, никто даже не задавался вопросом куда. С этого момента парочка почти не беспокоила жителей Гусу. Почти. Днём они не изменяли своим привычкам. Наконец настал долгожданный вечер, Вэй Ин давно так не волновался. Был какой-то нервный, как будто постоянно спешил, но одновременно с этим не хотел, чтобы время так быстро шло, и так скоро наступал вечер. Безусловно, он вовсе не боялся довериться Лань Ванцзы, наоборот, Усянь всегда был готов отдаться своему мужу полностью и бесповоротно, ведь знал, что если не ему, то кому же ещё. — Лань Чжань, пошли сегодня в наш дом, хочу быть только с тобой, — собравшись с духом, предложил Вэй Ин. Что-то в его голосе было не то. — Мгм. Оказалось, что Лань Ванцзы как раз раньше освободился от работы, потому они быстро добрались до места на Бичэне. Когда они вошли в домик, Лань Чжань встал напротив Вэй Ина, ожидая, когда он что-то скажет. Ванцзы слишком хорошо знал своего супруга, так что сразу почувствовал неладное. Видимо, Вэй Ин слишком много думал о предстоящем и был в своих мыслях, казалось, будто потерян, так что выкинув свои размышления из головы, ничего лучше не придумал, как накинуться на мужа, обвив его шею руками, и затянув в глубокий поцелуй. Ванцзы мгновенно перенял его настроение, поэтому начал покусывать влажные губы мужа, ведь знал ответную реакцию любимого. Только когда уже стало не хватать дыхания, Вэй Ин неохотно отстранился от Второго Нефрита. — Вэй Ин, — сквозь едва учащенное дыхание проговорил Ванцзы, — что происходит? — Лань Чжань, я тут подумал и решил предложить кое-что новенькое, — на этих словах Усянь достал из-за пазухи верёвку. — Думаю, ты уже всё прекрасно понял. — Мгм, — он взял верёвку из рук мужа и поднял на него неуверенный взгляд. Ванцзы давно понял, что его мужа возбуждает подчиняться и быть ведомым, но до такого они ещё не доходили. — Ты уверен? — Конечно, Лань Чжань, я этого хочу. Но если ты этого не желаешь, то. — Нет, я хочу, — перебил супруга Ванцзы. Конечно же, Второй Нефрит от такого бы ни за что не отказался, увидеть Усяня связанным — от одной мысли кровь закипала во всех местах, — раз ты позволяешь. Вэй Ин так и стоял на месте с бешено колотящимся сердцем, смотря на мужа с вожделением. Казалось, что и Ванцзы мог бы  услышать его звук, если б не стук собственного сердца, готового покинуть заклинателя. Тогда Лань Чжань взял дело в свои руки. Если у Усяня был немного потерянный и смущающийся взгляд, то у Лань Ванцзы наоборот — решительный. Он начал медленно снимать одежду с мужа. Сначала он развязал пояс, затем принялся за верхнюю одежду. Нежно, едва касаясь Вэй Ина, развязал все завязки на нижних одеждах, послушно дающих оголись своего хозяина. Все вещи оказались на полу, что было необычным для аккуратного Второго Нефрита. Напоследок подал крепкую руку, чтобы Усянь переступил через штаны. Теперь Старейшина Илин стоял перед мужем полностью обнажённым. — Ты прекрасен. Стоя посреди комнаты без одежды, Вэй Ин почувствовал чуть прохладный воздух, обволокивающий тело, мурашки, смущение, лицо, заметно покрасневшее: предстоящее для Усяня было в новинку. Лань Ванцзы лёгкой рукой дотронулся до щеки супруга, так приятно было ощущать жар кожи под ладонью. Лань Чжань заключил Усяня в нежный поцелуй, от которого у того ноги стали ещё более ватными. Освободив уже припухлые алые губы мужа, он тихо прошептал на ухо Вэй Ину: — Всё будет хорошо. Усянь слегка кивнул, подтверждая, что полностью доверяет и готов отдаться Ванцзы. «Лань Чжань с верёвкой в руках выглядит так возбуждающе», — думал Усянь, пока его муж искал середину, чтобы сложить её вдвое. — Хм, я дал Ванцзы сложную задачу, он же никогда подобное не делал». Но Лань Чжань был не так прост — то, как он уверенно начал заводить руки Усяня за спину заламывая под лопатками, а потом их обворачивать верёвкой, поразило Вэй Ина. Лань Ванцзы долго думал, спереди зафиксировать руки мужа или же сзади. Но потом представив Вэй Усяня с заведенными руками назад на собственном члене, Лань Чжань по реакции своего нефритового жезла понял, что это то, что нужно. «Хах, видимо, давно Лань Чжань о таком мечтает. Думаю, даже не ошибусь, если предположу, что он читал определённую литературу для обучения подобному. А когда я приносил ему в прошлом порнографические книги, он был готов убить меня на месте. Ох, Хангуан-Цзюнь, что же вы ещё скрываете ото всех под своей маской благовоспитанности? Как же я счастлив, что только мне дозволено увидеть вас настоящего», — решив, что разговоры сейчас неуместны, Вэй Ин даже не пошутил над мужем, что было не характерным для озорного Усяня. Он просто стоял и смотрел вперёд, наслаждаясь каждым прикосновением, пока супруг искусно завязывал верёвки на запястьях. В сильных руках Лань Ванцзы верёвки становились поддатливыми и послушными, так что Усянь ещё больше удивлялся неожиданному таланту мужа. Тем не менее Лань Чжань положил Бичэнь недалеко от себя, чтобы быстро освободить мужа, если что-то пойдёт не так. При малейшем прикосновении к коже у Вэй Ина пробегались мурашки по всему телу. Посмотрев вниз, он осознал, что связывание очевидно возбуждает и даёт силы ещё и его мужскому достоинству. Несмотря на то, что Лань Чжань всё делал аккуратно и нежно, каждый раз, затягивая верёвку на теле, он прикладывал немалую силу, именно такую, чтобы Усяню не было больно, но при этом, чтобы он не смог никак пошевелиться, полностью подчиняя себе Вэй Ина. Тот в свою очередь при каждом затягивании издавал короткий, но глубокий стон, ясно дающий понять, что Второй Нефрит находится в нужном направлении. Когда Ванцзы закончил с руками, то осталась ещё часть верёвки. Он отошёл на пару шагов, чтобы полюбоваться своим творением. Лань Ванцзы всё время тщательно следил за дыханием своего супруга, чтобы понимать, причиняет ли дискомфорт своими действиями. Но на протяжении всего связывания Второй Нефрит слышал только учащенное дыхание, говорящее о наслаждении. Он обошёл Вэй Ина и увидел не только лицо, полностью одобряющее происходящее, но и вставший член супруга. Реакцией Ванцзы на такую картину был уже свой каменный жезл снизу. Он хотел Вэй Ина. Он был ему необходим. «Рано», — думал Ванцзы. Ещё нужно было сделать кое-что. Убедившись, что с Вэй Усянем всё в порядке, Лань Чжань взял в руки конец оставшейся верёвки. — Лань Чжань., — он был уже на пределе, поэтому сделал шаг к Ванцзы, чтобы коснуться мужа и хоть немного облегчить свои страдания. Второй Нефрит быстро разгадал план мужа, так что немного отошёл и строго посмотрел в глаза Усяня, показывая, что сейчас не время. Вэй Ин прекрасно знал этот взгляд своего супруга, поэтому пришлось приостановиться. — Пожалуйста., — буквально молил Вэй Ин. Лань Чжань прикоснулся кончиками пальцев к самым желанным губам на свете, отчего ноги у Вэй Усяня ещё больше ослабли, но он продолжал стоять, ведь знал, что его усилия будут вознаграждены. Лань Чжань сразу решил, что будет делать с оставшейся верёвкой, поэтому пришлось самому сделать глубокий вдох для приведения мыслей в порядок, чтобы продолжить. Осталось совсем чуть-чуть. На этот раз Лань Чжань взялся за грудную клетку, обмотав Усяня так, чтобы его соски идеально были посредине между верёвками, завязав узел за спиной и соединяя уже с ранее связанными руками. Теперь его работа завершена. Вспотел и устал не только Вэй Ин, но и Лань Чжань — у него была трудная задача. Он должен был следить за состоянием Усяня, одновременно с этим не затягивать слишком туго, не передавливать нервы и не задевать важные точки. Некоторое время Ванцзы просто смотрел на Усяня, признаваясь себе, что ему понравилось, то, что он видит, даже очень. Под таким пристальныи взглядом Вэй Ин ещё больше начинал гореть от возбуждения. В воздухе витало напряжение, смешанное с похотью. Оба прекрасно понимали, что сейчас будет. Вэй Усянь ждал действий Лань Чжаня, ведь из его положения на сегодня он не имел права на первый шаг, сегодня только Ванцзы решает, что и когда. Спустя минуту, показавшейся целой вечностью,  Второй Нефрит наконец начал действовать. Первым делом он решил удовлетворить губы Вэй Ина. И тут они в полной мере почувствовали жар друг друга. Два заклиинателя были словно воплощением горящего пламени. Воздух раскален до предела. Нехватка кислорода. Лань Чжань  начал несчадно впиваться в губы мужа, отчего Вэй Ин кончил бы, если б не одно «но» — Лань Ванцзы не разрешил, зажав член Усяня у самого основания. — Не делай этого, пока я не позволю, — низким шёпотом предупредил Ванцзы. Одной рукой Ванцзы притянул Усяня к себе, Нефрит на секунду как будто обжёгся обнажённым телом супруга. Другую руку запустил в  волосы, наматывая их на кулак, тем самый наклоняя голову мужа назад, начав ещё ненасытнее кусать губы. Вид открывшейся беззащитной шеи не мог ускользнуть от взгляда Нефрита, она так и манила, шепча «съешь меня». Неудивительно, что для Ванцзы в тот момент вкус кожи любимого показался бы в сотни раз лучше блюд, приготовленных самыми знаменитыми кулинарами со всего мира. Шея моментально покрылась алыми пятнами и следами укусов, плавно переходящих на область ключиц и плеч. — Мм, Лань Чжань, пожалуйста… — Будь послушным, Вэй Ин. Лань Чжань одним движением снял с себя  основную одежду. Ванцзы схватил Усяня за верёвки на груди и повёл в сторону кровати. Он сел первый, а мужа посадил себе на колени, при этом чтобы стройные ноги охватывали тело Лань Чжаня с двух сторон. Вэй Ин, сидящий практически на члене Ванцзы с расставленными ногами казался особенно уязвимым. Второму Нефриту уже становилось тяжело терпеть — слишком сильно хотел почувствовать себя в Усяне, но сначала была необходима растяжка. Поэтому он взял флакон масла, так как они в этот дом приходили с единственной целью, то припасов здесь было предостаточно, и бутыльки были понаставлены во всех местах, ведь кто знает, где б им захотелось заняться любовью в этот раз. Ванцзы вылил масло на руку и начал делать то, от чего у Вэй Ина снесло крышу — он долго ждал этого прикосновения. — Мм, Лань Чжань, вставляй уже. — Нет. Нефрит продолжал эту сладкую пытку, он помнил горький опыт их соития без подготовки, поэтому не хотел вновь причинить мужу боль. Весь процесс Ванцзы не отрывал взгляда от Усяня, смотрел в глаза так страстно и нежно одновременно. Лань Чжань слишком любил каждую эмоцию Вэй Ина, каждую морщинку на лице, показывающую желание её обладателя, глаза, такие развратные в секунды близости и в тот же момент жалобно просящие о желанном. Но было ещё одно, что привлекало внимание Второго Нефрита — затвердевшие от возбуждения соски Вэй Ина. Они выглядели прекрасно, верёвка, которая огибала грудную клетку, делала их ещё сексуальнее. Ванцзы не смог удержаться перед таким. — Ай, ты чего кусаешься? — вскрикнул от неожиданности Усянь. — Мгм. Лань Чжань медленно выдохнул на сосок, горячее дыхание подействовало моментально — Вэй Ин стал ещё гормче стонать от удовольствия. После укуса Ванцзы решил перейти на ласки, поэтому начал посасывать, крутить языком по ареолам, слегка сжимать сосок губами. Всё он это делал одновременно с плавными движениями пальцев в Усяне. К одному прибавился второй палец, затем последовал третий. Вэй Ин был готов разорваться от наслаждения, он весь уже плавился. Когда Ванцзы почувствовал, что Усяня начало немного трясти, что дыхание участилось до предела, то понял: пришло время. Пальцы Лань Чжаня постепенно покинули Старейшину Илина, раздался протяжный стон, от которого теперь уже у Ванцзы сжалось всё внутри. Вэй Ина постепенным движением насадили на нефритовый жезл, придерживая рукой за талию, в горле застрял вскрик, когда опустился до основания, у Усяня начал мутнеться рассудок от удовольствия, только после того, как Лань Ванцзы начал набирать привычный ритм, Усянь пришёл в себя. «Как же я хочу охватить его руками, хочу соприкоснуться телами, хочу ещё глубже прочувствовать его, но из-за связанных рук это не в моих силах. Всё-таки и в такой деятельности есть минусы. Но не могу не признать, как же мне хорошо. Поскорей бы Лань Чжань позволил кончить, невозможно больше терпеть», — только об этом и мечтал Вэй Ин. Чувствуя приближение конца, Ванцзы сделал последние отрывистые толчки. Развратные звуки исходили не только из их уст, но и от места их соединения. Привычные мокрые шлепки возбуждали ещё больше. Пришёл момент, когда стало ясно: это конец. — Можно, — наконец были произнесены самые желанные слова. Вэй Ин и Лань Чжань кончили одновременно, Нефрит решил в этот раз остаться в муже. Обмякшее тело, которое заключили в кольцо родных тёплых рук, повалилось вперёд. В воздухе витал запах плотских утех, слышалось тяжёлое дыхание двух людей, тела которых были покрыты потом. В таком положении — обнятый и сидящий на любимом — Вэй Ин ощущал себя так, словно он впервые учится дышать. — Лань Чжань, это было восхитительно, — был слышен хриплый, слегка дрожащий голос. — Развяжешь мои руки, хорошо? — Мгм. Ванцзы взял на руки мужа и положил на кровать лицом вниз, продолжая наслаждаться видом связянного Усяня. Его лопатки так красиво сходились, образовывая притягательную выемку вдоль позвоночника. От неожиданного прикосновения губ любимого к своей коже Вэй Ин вздрогнул, и по телу прошлись мелкие мурашки. — Мм, Лань Чжань, ты лучший. Надеюсь, тебе понравилось. — Да, более чем. Но как ты пришёл к этому? Ты никогда не показывал любовь к подобному, — неохотно отрываясь от любимого тела, спросил Ванцзы. — Кхм. Д-да просто захотелось чего-то новенького, вот и вспомнил, как ты меня однажды связал налобной лентой. Да и должен же быть от меня хоть какой-то толк, — Усянь сразу осекся, понимая, что этого не стоило говорить. Лань Ванцзы уже тянул руки к верёвкам, чтобы развязать аккуратные узлы, но последние слова как будто ошпарили его кипятком. — Повтори, — холодно приказал Ванцзы. От такого голоса Лань Чжаня у знаменитого своей жестокостью и безжалостностью Старейшины Илина кровь как будто начала течь в другую сторону. — Лань Чжань, я это сказал по глупости, не слушай. Д-давай забудем об этом, ладно? — эти слова больше походили на «забудь, а то я ещё жить хочу». — Вэй Ин, неужели ты и правда так думаешь? Я разве когда-то давал повод таким мыслям? — Конечно же нет, ты меня слишком любишь для этого, просто я сам это чувствую, да и в Гусу постоянно ходят слухи об этом. Не то чтобы мне было до них дела, но всё же есть доля правды в этом, — Усянь уже сто раз пожалел о сказанных словах, понимая, что Лань Чжань однозначно будет расстроен, а ещё хуже — разозлён. Так и не дотронувшись до верёвок, Ванцзы приблизился, повернув грустное лицо супруга, казавшееся слишком уязвимым. Взгляд Усяня был направлен куда угодно, но только не на мужа. — Посмотри на меня, Вэй Ин, — спокойным голосом сказал Ванцзы. Не дождавшись ответа, Лань Чжань схватил Усяня за подбородок и повернул ещё более в свою сторону. — Ты же говорил, что будешь меня слушаться, — поглаживая губы подушечкой большого пальца, предупредительно произнёс Лань Чжань. — Вэй Ин, ты самое дорогое, что у меня есть, никогда не думай о себе, как о ноше, как о бесполезном человеке. Ты мой смысл жизни, ты тот, ради кого я пойду на всё, что угодно. Все те годы без тебя меня удерживал на этой земле только Лань Сычжуй, ты сам прекрасно знаешь, что я при возможности я бы отправился за тобой. Но после этого ты произносишь такие слова, — теперь серые глаза, полные сожаления, неотрывно смотрели на Второго Нефрита, — забери эти слова обратно и выкинь их из головы. — Но ты же сам прекрасно понимаешь, что. — Нет, не понимаю. Даже мысли об этом нет. И у тебя никогда такого не должно возникать в голове. — Чувствовать чью-то заботу. Так приятно. Спасибо, Лань Чжань. И прости. За всё прости. Я слишком много раз причинял тебе боль, — растерянность в глазах сменило сожаление, каждый раз, когда эти двое вспоминали прошлое, два родственных сердца сжимались. В воздухе напряжение явно превышало границы. — Вэй Ин, ты же знаешь, что между нами не должно быть места для «спасибо» и «прости». Так что просто забери свои слова и больше о них не вспоминай. — Если бы это было так просто, — тяжело вздохнув, Усянь опять погрузился в свои мысли о неоплатном долге. Послышось, как Лань Ванцзы сердито набрал воздуха в лёгкие, затем Вэй Ин почувствовал, как его придавили к кровати — Второй Нефрит сел на поясницу мужа и собирался силой заставить вразумить любимого. — Вэй Ин, это твой последний шанс, — угрожающим тоном предупреждил Ванцзы. — Лань Чжань, чего ты хочешь добиться, давай просто забудем, как будто этого не было. Хорошо? — Нет. Второй Нефрит пошёл в атаку. В планах была самая страшная пытка для Вэй Ина — щекотка. Лежащий вниз лицом Усянь со связанными сзади руками был сразу в проигрышном положении. — Ахахахахах, Лань Чжань, пожалуйста, хватит, — молил о пощаде Усянь, но Ванцзы не собирался отступать. Заклинатель весь извивался, пытался уклониться, самым лучшим решением было бы встать, но Второй Нефрит этого не позволял, к тому же Ванцзы был тяжелее и сильнее тела Мо Сюаньюя, поэтому, когда у Вэй Ина начали выступать слезы на глазах, когда возникали мысли о скоропостижной смерти от щекотки, он сдался. — Всё, Всё! Я признаю, что не являюсь твоей обузой! Больше никогда не произнесу такое, тем более подумаю, обещаю! Пожалуйста, хватит! В ту же секунду Лань Чжань прекратил. Медленно освободив супруга от своей тяжести, он наклонился к уху Вэй Ина и нежно прошептал: — Молодец, — дыхание было таким горячим, что Усянь почувствовал, как будто раскаленное железо находилось над ним. Затем он ощутил прикосновение этого железа своей ушной раковиной, по периметру которой прошлось горячее дыхание с пламенным языком. Ванцзы оставил самое сладкое напоследок — мочку. Присасая и прикусывая её, Второй Нефрит уже знал реакцию своего мужа на такие действия. Уши всегда были эрогенной зоной Усяня, поэтому в удовольствии супруга он не сомневался. Когда поощрение за слова закончилось, Второй Нефрит сел в исходное положение на пояснице Усяня. — Вэй Ин, тебе идёт быть связянным, — говоря такие откровенные для себя слова, Лань Чжань уже почти развязал все узлы на теле любимого. После этого никто не произносил ни слова, они делали всё постепенно и аккуратно. Никто не хотел нарушать ценную интимную тишину. Наступила их любимая идиллия: Вэй Усянь весь раскрасневшийся и без сил лежал на животе с прикрытыми глазами, после занятия сексом его всегда клонило в сон, и он мог себе это позволить, ведь знал, что Лань Чжань обо всём позаботится. Порой Вэй Ин, просыпаясь, оказывался в бочке с теплой водой, чувствуя родные руки на своём теле или нежно перебирающие волосы пальцы, мог смело заново заснуть, не думая о безопасности, ведь находился в самом приятном и охраняемом месте — рядом с любимым. Особенно Усянь любил, когда Ванцзы массировал кожу головы, получая от этого безграничное удовольствие. Когда все верёвки были сняты, Вэй Усянь решил сесть, чтобы растереть немного затекшие руки. Не думал, что верёвки оставят настолько ярко-красные следы, и самое удивительное: ему это нравилось, было приятно, что эти следы оставил Лань Чжань. Именно по этим следам Усянь мог увидеть аккуратную и искусную работу мужа. — Красиво, — невольно вылетело из уст обоих. — Хах, Лань Чжань, теперь мне нужно будет одеваться очень внимательно. Невесть что могут подумать другие, увидя такие следы, — с широкой улыбкой сказал Вэй Ин. Заклинателю было не впервой скрывать последствия их ночей — Ванцзы мало волновал тот факт, что другие могли увидеть красные следы на Усяне, наоборот, Второму Нефриту нравилось, что они так и кричали своим видом: «Он мой». — Мгм. — Знаешь, а у тебя очень хорошо получается связывать людей, но, надеюсь, только я удостоен такой сладкой пытки, — игриво приподнятые уголки губ вызвали покраснение ушей Ванцзы, — хотя, Лань Чжань, я не против побыть твоим единственным и неповторимым подопотным кроликом в подобном. Когда-нибудь потом можно будет повторить~ — Да, завтра нужно будет купить больше верёвки, чтобы связать всё тело и подвесить. — А? Лань Ванцзы безмолвно обнял в кровати тело Усяня сзади и заснул после занятного вечерка. — Ааа???